Рабочие будни
Удивился такой, спрашиваю - Йо, дяди, а вы почему прикалываетесь так сильно, вы в ловушке же, страдать должны, ай.
А они мне отвечают - Брат, ты шо, кто в ловушке тут, а? У нас смотри - ёлочки маленькие тараканьи растут, дует свежий тараканий ветерочек, ручеек жучиный весело журчит. Ты когда свет включаешь, мы даже уже не суетимся давно. А у тебя шо? Журчит только эспрессо, дует только форсунка на кофемашине, а растет так вообще геморрой на жопе исключительно. Так может, - говорят, - это ты в ловушке находишься, брат?
Я говорю - Ваша правда, дядьки тараканьи, а можно к вам тогда в тайгу я полезу лучше?
Тараканцы отвечают - Так полезай, брат, конечно, ты шо менжуешься вообще зачем, полезай.
Ну так я, - говорю, - полез тогда.
И полез! На дверь табличку "Перерыв 8 лет" повесил, догола разделся, залез, а они говорят - А ты шо, для чего разделся, брат, догола, зачем?
Не знаю, - отвечаю им, - показалось правильным.
Ну, таракашки головогрудями своими попожимали дружно, да побежали, пошуршали прикалываться, а я вместе с ними. Вдруг слышу - телефон трезвонит, я телефон достаю, вижу - начальник. Говорю - Дяди, ну-ка ша, хозяин леса набирает.
Тараканцы поудивлялись, спрашивают - Брат, а ты откуда телефон достал, не очень понятно.
Секрет. - говорю, - Алло.
Ало, Михаил-Яков, а ты почему перерыв на 8 лет устроил, а куда? - слышу, - Хочу понять причину беспорядка.
Так, а мне шо, я обрисовываю картину в красках, но что мне ответ - Да что ж, сука, такое, опять Тайга забирает лучших. Ша я приеду, будем обкашливать. - И бросил, значит, трубку.
Ну, я думаю - раз пока едет, можно пошуршать, поприкалываться в тайге-то, гляжу - а тараканцам не до приколов, сидят съёживаются.
Я говорю - А вы чего, дядьки, с лица спали? Кто шуршать, будет? Прикалываться?
Не до приколов, брат, - отвечают, - ты шо - думаешь прям первый кто на тайгу повелся? Был еще один братюсёк, захаживал временами. Хозяин леса, как узнал, так сказал шо следующий такой мув в рабочее время наша тайга не переживет, ой погибнет.
Тут глядь - буркалы пронзительно тайгу свербят. Я чай не дурак, понял сразу что это начальник в тайгу таращится, да на меня прямо.
Привет, - говорит, - а ты для чего голый совершенно?
Не знаю, - отвечаю ему, - показалось правильным.
А на работе поработать тебе правильным, Михаил-Яков, не показалось? - задает он резонный вопрос.
А мне, честно говоря, не показалось, но я ж не буду прям ему так отвечать, мне ж скромный заработок мой еще требуется. Ну я глазки потупил, говорю - Извинясь тысячекратно, более не повторится.
Не повторится конечно, - он отвечает, - вылазий ну-ка.
А я шо, я засуетился, засобирался, я человек маленький, куда мне конфронтации такие выдерживать. Ужо собираюсь уходить, а тараканцы не хотят отпускать меня, остаться просят, лучшие крошки сулят.
Я слезки умиления повытирал, говорю - Дяди, ну вы шо, это же я так для виду ему сказал, а так конечно еще пошуршим, поприкалываемся.
А они мне - Нет, брат, ты извиняй, но мы тебя уже не поотпускаем, ты шо - не понимаешь? Ты только из тайги выскочишь, так он ее сразу всю попортит, поломает. А пока ты здесь, он на себя мокруху брать не будет, так шо ты заложник теперь тараканий.
А я не дурак же, я смекнул давно что к чему, я уже поэтому пока они лясы точили, спиной вперед от них пятился, да края тайги, дошел и выпрыгнул.
А дядьки тараканьи тоже не дураки, так шо я когда выпрыгивал, они меня схватили за шо дотянулись, а до тянулись они, значит, до непосредственно хуя, конечно же. Вцепились и держат.
И вот, стою я на работе голый абсолютно, потому что мне так показалось правильным, хуй в ловушке для тараканов застрял, и тут представляете, господин судья, ловушка превращается в двенадцатилетнего мальчика!
Концовку я спиздил, извините.