(Поход 3) За чертой. Глава 3⁠⁠

(Поход 3) За чертой. Глава 2

Лас быстрым, уверенным шагом вёл Сумрака коридорами Цитадели. Лёха иногда пользовался истинным зрением, сравнивая маркировки на стенах — сейчас различий он не видел. Да и в целом, метки эти были похожи на цифры, которые указывали номера коридоров. Похожие знаки Лёха наблюдал и на дверях.

Своим устройством Цитадель напоминала Сумраку космическую станцию из фантастических фильмов: однообразие длинных витиеватых коридоров, множество дверей, ровный электрический свет. Однако станция эта казалась безлюдной: за весь путь Лёха никого не встретил, а за многочисленными дверями не раздавалось ни звука. Царило удручающее безмолвие.

Лас вдруг резко остановился у неприметной створки. Приложил палец к панели и, когда дверь отъехала вбок, шагнул за порог. Сумрак последовал за изгнанником.

В комнате — как две капли воды похожей на все прочие — за монитором сидел Вир. Техник кивком поприветствовал Ласа, мельком взглянул на Лёху и снова уставился в монитор.

— Дай ему третий уровень доступа, — сказал Лас.

Вир указал Лёхе на маленький прозрачный треугольник, лежащий на столе.

— Приложи палец.

Сумрак повиновался. Техник быстро пробежал пальцами по клавиатуре — и Лёха ощутил лёгкое покалывание. Сначала в пальце, а затем неприятное ощущение поднялось выше — к локтю. Оно ползло вверх по руке — и вот уже Сумрак почувствовал, как у него отнимается плечо. Он попытался отдёрнуть руку, но невидимая сила словно приклеила палец к треугольнику. И лишь спокойное лицо Ласа, его едва заметный кивок, удержали Лёху от крика.

Миг — и неприятное чувство пропало. Сумрак рывком убрал палец, потирая онемевшую подушечку.

— Мог бы и предупредить, — буркнул он.

Вир лишь пожал плечами.

— Есть новости? — спросил Лас.

Техник бросил быстрый взгляд на Сумрака. Затем откинулся на спинку стула и посмотрел на Ласа — молча, не двигаясь. Лас слегка склонил голову на бок.

— Можешь говорить при нём, — сказал изгнанник.

— Но… — замялся Вир. — Это как раз о нём.

— Тогда тем более.

Лёха напрягся.

— Хорошо, — сдался техник. — Пока это лишь поверхностный анализ, но уже по косвенным характерным маркерам я могу судить о некой аномалии. Что это — пока не берусь утверждать. Быть может, сбой системы. Станции сотни лет, аппаратура не новая, так что…

— Другой у нас нет, — в голосе Ласа читалось раздражение.

Вир вскинул руки в примирительном жесте.

— Это может быть что-то… от них? — Лас интонационно выделил последнее слово.

— Нет, — Вир мотнул головой. — Точно нет. Он чист.

Лас окинул Лёху быстрым изучающим взглядом.

— Возможно, не жертва; возможно, в тебе есть нечто большее, — задумчиво произнёс он и перевёл взгляд на Вира. — Могли они выяснить это в его мире? Или как-то иначе?

Техник покрутил рукой в воздухе, раздумывая.

— И да, и нет, — сказал он наконец. — Мия, вероятно, могла. Ей позволяют больше, чем нам.

Лас повернулся к Лёхе.

— Так, вспоминай, — взгляд его стал строгим. — Виделся ли ты с Мией до того, как попал в зону перехода?

— Нет, не думаю, — быстро ответил Лёха.

После возвращения, когда к нему пришли кошмары, он часто прокручивал свою жизнь, пытаясь понять, почему это случилось с ним, почему он помнит, а другие нет. Впрочем, после новых вводных о способностях этой семейки, и Мии, в частности, Сумрак уже ни в чём не был уверен.

— Но есть ещё кое-что: после возвращения я всё помнил, — добавил он. — Хотя, как я понял, Гавр тоже. А вот другие — нет.

— Это тут ни при чём, — отмахнулся Лас. — Дело наших рук. Гавр нужен был мне, ты — Лоэн. Есть лазейки в правилах.

Это прозвучало уклончиво, впрочем, как и всё прочее. Раскрывать карты никто не собирался. Лёха скривился.

— А ты говоришь: я ей приглянулся, — ухмыльнулся он. — Выходит, голый расчёт. Твоим родственникам нужны лишь наши души. Не более того.

Лас одарил Сумрака тяжёлым взглядом. Прикрыл глаза и глубоко вдохнул.

— Не суди о том, чего не ведаешь, — очень тихо, но отчётливо сказал он. — Уж поверь, я свою сестру знаю.

Вир украдкой покрутил пальцем у виска, мол, думай, что говоришь. Сумрак скрестил руки на груди, глядя на изгнанника из-под бровей.

— Ладно, — резко сказал Лас. — Это можно отложить. У нас есть более важные дела. Идём.

Он кивком указал Лёхе на дверь, бросив Виру через плечо:

— Удели проблеме время, Вир. И сделай это своим приоритетом.

Лас снова вёл коридорами. Лёха шёл позади, погрузившись в свои мысли. Мало ему было перемещения между мирами, истинного зрения, заунывных бесед об истине, так ещё и это — аномалия. Казалось бы, куда хуже? Но чертовка судьба решила взяться за Сумрака основательно, подкидывая ему всё новые и новые препятствия на пути.

— Не забивай голову, — сказал Лас, словно прочитав его мысли. — Вир обязательно докопается до сути. Чем бы эта аномалия ни оказалась — нам это только на руку. Определённо это усилит тебя. Но у меня уже есть некоторые догадки…

Лас сбавил шаг.

— И? — Лёха поравнялся с ним.

— То, что тебе дал Сэнрин, — изгнанник коротко указал на его глаза. — Это не убило тебя, когда ты перешёл в наш мир.

— Что?! — Лёха остановился, будто вкопанный.

Лас тоже замер, обернулся. Взгляд его был пуст.

— То есть, ты… ты позвал меня, зная, что… — Лёха потерял дар речи от возмущения.

— Но ты же живой, — беззлобно улыбнулся Лас.

— И ты хочешь, чтобы я тебе доверял после такого? — Лёха гневно сжал кулаки.

— Тебе придётся.

— А если нет?! — Лёха стоял на своём.

— Тогда погибнут люди.

Лас произнёс это без пафоса, но слова его вонзились в сознание, породив вереницу жутких видений: пустые глаза, искажённые ужасом лица, рассыпающиеся в прах миры. От этих картин спину пронзил холодный пот, а желудок скрутило в тугой узел.

— Пойми, — тихо, почти шёпотом, сказал Лас. — Тлен способен уничтожить наш мир.

— Да мне плевать, — вырвалось у Лёхи.

— Понимаю, но он не остановится. Он пойдёт дальше, просачиваясь во все миры, куда мы проложили дороги.

Лёха молчал, подавленный тяжестью этого признания.

— Риск был, но он того стоил, — продолжил Лас. — Ты первый из землян, кто смог принять технологию Стражей и при этом сохранить разум. Это большой прорыв.

— Лоэн знала, что я могу… могу умереть при переходе? — спросил Сумрак, и его собственный голос показался ему чужим.

— Думаю, да, — кивнул Лас. — Но у них больше ресурсов. Вероятно, она на что-то надеялась.

Сумрак горько усмехнулся. Он не почувствовал ничего. Эти слова не задели ни одной струны в его душе — лишь подтвердили его подозрения.

— Моя головная боль, — сказал он, глядя в пустоту коридора.

— Что?

— В первый раз у меня жутко раскалывалась голова, — пояснил Лёха. — Она сводила меня с ума. Если бы не эта боль, я бы смог перейти тот чёртов мост.

— Но ты не перешёл. — Лас задумчиво почесал подбородок. — Знаешь, а ведь я ошибся. Неправильно расценил твоё состояние тогда. Вероятно, Лоэн пыталась провернуть всё с первого раза — наделить тебя технологией. Признаюсь, я купился. Счёл тебя самым бесполезным.

— Угу, — буркнул Лёха. — Зато с остальными ты не церемонился.

— Я сделал то, что должен. Мне нужен был Гавр, так что я убрал остальных, чтобы Лоэн забрала с собой как можно меньше.

— «Убрал остальных», — повторил Лёха, удручённо покачивая головой. — Тебе же это раз плюнуть, да?

— Не цепляйся за слова, — Лас закатил глаза. — Я знал, что они вернутся. Среди них не было тех, кто шёл через Перевал повторно. Мы не убийцы. Мы всего лишь пытаемся исправить свои же ошибки. Но пропускать всех без разбора нельзя.

— Как складно у тебя всё выходит, — скривился Лёха. — Вы накосячили, а теперь пытаетесь загрести жар нашими руками!

Лас тяжело вздохнул и вдруг резко приблизился, сократив дистанцию до полушага. Лёха понял, что нащупал больную тему, но не отшатнулся, выдержав тяжёлый, давящий взгляд изгнанника.

— Мы сожгли свои руки по локти, — прошипел Лас так, что по коже пробежали мурашки. — И нет никакой гарантии, что даже вы сможете нам… всем нам, всей ткани реальности — чем-то помочь. Да, мы накосячили и понесли кару за своё безрассудство. Но если мы сейчас не объединимся, будем играть в упрямцев, то кару понесут все.

Лас отступил и зашагал, меря коридор нервными шагами. Сумрак не двигался, наблюдая за ним.

— Я могу вернуть тебя ей, — наконец сказал Лас, остановившись. — И делу конец. Ты готов?

Лёха ощутил ледяной укол страха где-то под рёбрами.

— Нет, — выдохнул он.

Лас смерил его долгим взглядом.

— Тогда забудем старые обиды, — он протянул руку.

Сумрак колебался несколько секунд, но всё-таки пожал руку изгнанника, смутно подозревая, что только что подмахнул договор с очень мелким шрифтом внизу.

— Это всего лишь благочестивый жест, — Лас поспешил разубедить его. — Теперь ты волен управлять своей судьбой. У нас тут нет слепой веры или жёсткой автократии. Хотя, — он усмехнулся, — я, при желании, мог бы устроить и то, и другое. Идём.

Лас снова повёл длинными коридорами. Они всё шли и шли, а бесконечная череда одинаковых дверей и мерцающих панелей размывалась в глазах, не предлагая ни ориентира, ни выхода. Лёха решил разрядить обстановку:

— Цитадель больше внутри, чем кажется снаружи?

— Нет, — коротко бросил Лас.

— Тогда почему мы так долго идём?

— Я хожу кругами, — пояснил Лас. — Сначала это нужно было тебе, чтобы осмыслить услышанное. А теперь мне, чтобы остыть.

— И часто ты так делаешь? — Лёха приподнял бровь.

— Иногда. Порой следует просто двигаться куда-то, но не достигать цели. Как по мне — лучшего способа для рефлексии нет.

Сумрак кинул на Ласа быстрый взгляд. В чём-то он был прав. Иногда Сумрак тоже любил просто гулять, никуда не спеша. Наверное, за этим он и ходил в походы.

— Слушай, — Лёха решил сменить тему. — Ты сказал, что я первый, кто получил технологию Стражей. Но Гавр — я видел, как он растворялся в воздухе, когда явился в мой сон с предупреждением о вестниках.

— Это был я, — ухмыльнулся Лас.

Лёха ничего не сказал. Мог бы догадаться и сам — лицемерие оказалось фирменным стилем этой странной семейки. Сначала Алёна-Лоэн обвела его вокруг пальца, после Лас.

— Пришли, — изгнанник остановился у ничем не примечательной двери. — Приложи палец к панели — проверим, как станция принимает тебя.

Лёха пожал плечами и протянул руку, но Лас вдруг рывком перехватил её за запястье.

— И ещё одно: не говори ничего о своём даре, — в его тоне не было просьбы, а был приказ. — Не сейчас.

— А я думал, что мы пожали руки, и тайны остались позади. — Сумрак покачал головой.

— Всё так. Я всего лишь опасаюсь… неудобных моментов, — Лас понизил голос. — Некоторые здесь дольше тебя. Тебе нужно влиться в коллектив. Притереться.

— И что, мне теперь скрываться? — удивился Лёха.

— Нет, просто пока не говори. Не всем сразу.

— Как я пойму, что время пришло?

Лас лишь усмехнулся и убрал руку, взглядом показывая на панель.

Сумрак колебался. Будто первокурсник, опоздавший на первую лекцию и переминающийся у двери аудитории. Вздохнув, он приложил палец — и дверь ушла в сторону. Лёха перешагнул порог.

Посреди вытянутой комнаты стоял большой стол. Столешница светилась, а на гладкой стеклянной поверхности крутились странные узоры. Над столом низко нависала световая панель, забранная по периметру защитными пластинами — свет фокусировался на столешнице-мониторе, а у стен и в углах комнаты сгустился полумрак. Там кто-то сидел: три тени сразу возле стола и ещё трое — в дальнем углу за круглым столиком.

Лёха шагнул в сторону, пытаясь рассмотреть лица. Ближайшая тень метнулась к нему, схватив за руку. Сумрак узнал Дашу.

— Лёша! — воскликнула она.

Лёха растерянно улыбнулся.

— Ты как? — спросил он.

— Я переживала за тебя, — Даша понизила голос, завидев Ласа.

Изгнанник вошёл в комнату и провёл рукой над столешницей — стены помещения отозвались мягким светом.

— Привет, Лёша, — Мег кивнула Сумраку, подходя к столу.

Губы её тронула едва заметная улыбка. С момента их последней встречи — а по земному счёту уже прошло больше года — девушка разительно изменилась: светлые волосы теперь торчали смешным ёжиком, а на правой щеке тонкой полоской белел шрам; мешковатые штаны из плотной ткани, неброская футболка и тяжёлые ботинки. Лишь пронзительные голубые глаза оставались прежними — впрочем, во взгляде её поселилась тоска. Так показалось Сумраку.

А вот Гавр, напротив, не изменился вовсе. Долговязый вальяжно развалился на стуле, закинув щиколотку на колено, и скучающим взглядом смотрел на окружающих. Присутствие Ласа его нисколечко не смущало. Лёху он одарил лишь кривой ухмылкой.

Сумрак поискал взглядом того парня, который ушёл через мост вместе с Гавром — кажется, долговязый называл его Хмелем — но среди троицы незнакомцев в дальнем углу его не было. Этих парней Лёха видел впервые.

— Оставим сентименты, — мягко сказал Лас, глядя на Дашу.

Девушка выпустила Лёхину руку и смущённо поправила волосы.

— Это Лёша и Даша, — изгнанник указал на новеньких. — Но, вероятно, им понадобятся прозвища.

Не то спросил, не то уточнил Лас — и взглянул на Гавра.

— Да, имена по фигу, — долговязый рывком встал со стула. — Этот, — он указал на Лёху, — Хмурый. Она, — палец сместился на Дашу, — будет… хм…

— Я Даша, — девушка сделала шаг вперёд. — Не надо мне никаких прозвищ.

— Не-не, — Гавр замотал головой. — Всё это туфта. Ты у нас кто? Стесняшка? Ну вот, будешь Няшей. И точка.

Мег закатила глаза, но промолчала.

— Я Сумрак, — напомнил Лёха. — Если эти прозвища для тебя так важны.

— Как по мне — один хрен, — раздалось из дальнего угла.

Голос — словно скрип несмазанного механизма. Сумраку он не понравился.

— Тебя не спрашивали, Сиплый, — бросил Гавр не глядя.

— Твоя забота, — парировал Сиплый. — Можешь не спрашивать.

Лас поднял руку.

— Раззнакомитесь потом, — очень тихо сказал он, но в голосе его звучала сталь. — Теперь к делу. Сергей, что у вас?

Сиплый вышел на свет. Волосы короткие, худощавый. Движения резкие. Взгляд внимательный — Сумрак бы сказал, даже добродушный, что странно контрастировало со скрипучим голосом.

Бросив косой взгляд на Гавра, Сергей подошёл к столу.

— У меня много информации, — сказал он.

— Тогда отложим, — кивнул Лас. — Разберёмся позже.

Он на миг задумался.

— В общем, так: раз у нас пополнение, можно разыграть карты иначе. Вы довольно хорошо освоились в земном Перевале.

Лас посмотрел на Гавра, затем на Лёху.

— Сможете меня заменить. К тому же новичкам надо освоиться перед настоящей работой.

Лас выделил интонацией последние два слова. Мег молча кивнула.

— Перевал до и Перевал после. — Сиплый загадочно улыбнулся. — Воспринимаются несколько иначе.

Гавр скривился, но промолчал.

— Стой, — Лёха поднял руку. — А как же я и… Лоэн? Ты не боишься, что она захочет завершить начатое?

— Нет, — Лас качнул головой. — В зоне Перевала у неё возможностей ровно столько же, сколько и у тебя. Если только она не станет нарушать правила дальше. А она, вероятно, не станет. Уж извини, но ты — разыгранная карта.

— Я видел, что вы вытворяли у портала, — Лёха недоверчиво скривился. — Ты хочешь сказать, что я… мы справимся с таким?

— Хмурый, не ссы, — Гавр демонстративно хрустнул пальцами.

— Да я не то, чтобы… — замялся Лёха.

— Они не пойдут на прямую конфронтацию, — Лас покрутил рукой, взвешивая варианты. — Я уже говорил, что они… мы заигрались. И если продолжать в том же духе, Стражи могут закрыть земной Перевал. Навсегда. На такой риск Лоэн не пойдёт.

Лёха молчал.

— Нам нельзя пропускать партии, — продолжил Лас. — Чем больше землян мы отсеем, тем больше шансов замедлить отца. Теперь, когда нас больше, мы можем разделиться. Я слишком много трачу времени на борьбу с отцом. Не суетитесь там. Помните о правилах. Ваша задача: завернуть назад сильных. Если удастся кого-то переманить — отлично, но сильно не рискуйте.

— Завернуть назад? — уточнил Лёха. — Ты хотел сказать: устранить?

Гавр одарил его многозначительным взглядом. Мег смотрела отрешённо.

— Называй это как хочешь, Сумрак, — прохрипел Сиплый. — Но я скажу так: видел я одну тропу — каждые две сотни метров с десяток изувеченных тел; и чем дальше — тем покойников больше. Все земляне. Так что завернуть — это меньшее зло.

— Меньшее зло, — задумчиво повторил Лас, глядя куда-то сквозь стену.

— Он не готов, — сказал Сиплый. — Лас, я серьёзно.

— Я готов, — Лёха с вызовом посмотрел на Сиплого, чувствуя, как загораются уши.

— А иначе никак, — кивнул Лас, и взгляд его обрёл ясность.

— Как Хмель? — спросил он у Гавра.

— Уже на ногах, — кивнул тот.

— Справится?

— Куда он денется, — ухмыльнулся долговязый.

— Ты же знаешь, что риски нам не нужны, — Лас нахмурился.

— Он в норме, — подтвердила Мег. — Вир дал добро. Да и я в медицине тоже что-то понимаю.

— Хорошо. Тогда не задерживайтесь. Помните о правилах. И постарайтесь вернуться нормальным способом. Никто не знает земной Перевал лучше вас.

— Не сдохните там, — ухмыльнулся Сиплый. — Хотя бы не все.

Последнее напутствие Лёхе сильно не понравилось. Он хотел ещё что-то спросить, но Гавр уже тянул его к выходу.