Песнь декабрьской тыквы. Глава 6⁠⁠

(продолжение текста)

6.

Веселый Роджер.

Впрочем, к черту левенгуков. К черту лестницы, эволюции, метры и правила научной повторимости. Свободы жаждут наши сердца, несмотря на миллионы доводов против.

Мы выходим в моря, где ветра и бури – это наши вековые стоны тревоги и тоски, а темные воды – слезы отчаяния, пролитые всеми живыми существами в этой вселенской банке с пауками. Мы, вставшие под черные знамена Универсализма, отвергаем методики и провозглашаем Метод, отвергаем правило и провозглашаем принцип, отвергаем знание и провозглашаем познание. Мы отвергаем правила хорошего тона и просто правила, и благоразумие и просто разумность - как убогие, калеки, юродивые, клоуны и простаки. Мы отвергаем, и мы отвержены.

К нам, мытарям и ничтожествам! а не к благоразумным и благообразным, пришел Он и беседовал. Но мы отвергаем и Его. Ибо именем Его монотеизм навязал нам личность, а в месте с ней – социум и порабощающие дисциплины морали, имущественных прав и состязательности.

Сдирая с глаз бинты этих проворных манипуляторов, возлюбленных ближних своих, мы слышим в благой вести что-то свое, родное: «Не мир принес я вам, но меч». И хоть гробы мы еще, но уж не повапленные, не возлагаем руку на плуг и не заботимся во что одеться и что поесть. Мы крадем.

Мы заимствуем, цитируем, интерпретируем, компилируем, реплицируем, «пропускаем через призму своего восприятия» и ссым, как псы, на недоеденные куски. Пусть наши законодатели и знатоки заповедей стерегут свои сундуки, приготовив мошонки для обменов.

Сидя на своих кучках, они подгребают под себя все досягаемое добро в этой вселенной, созданной великим актом щедрости. Изобретатели смерти, они изобрели деньги, чтобы обозначить «количество», то есть, фантазмы об остановке процесса неостановимого акта Щедрости.

«Папа, а почему при коммунизме не будет денег? – Потому что продукт будет не товаром, а моментом производственных отношений, сына».

Апологеты частной собственности, изобретатели личности, изобретатели тактической лжи и стратегического невежества, потрясают законом Всевышнего, пытаясь ввергнуть нас в преисподнюю (впрочем, не до конца, ибо кто же будет тогда покупать), вколачивая свои истины в наши жестокие лбы толстыми связками бумаг Святых версий «Имени Его!».

Пишите и дальше, формулируйте, доказывайте и стройте заборы Единого из золотого песка, сидя на бескрайнем золотом берегу Щедрости у моря Свободы. Нам не нужно знать это имя, ибо

Имя мое – Легион.

Сойди, брат, под наши черные знамена, чтобы накормить тухлым мясом своей личности тьмы изголодавшихся червей мыслей, идей, озарений, наваждений, шепотов, диалогов, чужеродных влияний, несуразностей, измен, подвигов, насилия, жертв, шизофрении, растления, эмоций и рефлекторных подергиваний. Никто на нашем корабле не поставит и полушки на твою удачу, здоровье и остальную продолговатость. Наше вино крепче запаха лотоса, отбивающего память о Родине, чернее глубин за бортом и холоднее ледяных вершин на горизонте.

Сделай глоток и ты узнаешь цену нашего пути в неведомое.