Оружейная столица. Начало⁠⁠

Споры о том, какой из «оружейных» городов России более достоин этого звания, не утихают много лет...

Поскольку понятие «оружейная столица», в отличие от просто «столица», не имеет чёткого определения, то участники дискуссий по этой теме оперируют по большей части эмоциональными, а не рациональными аргументами.

Автор - Михаил Драгунов (к.т.н.), член редколлегии журнала «КАЛАШНИКОВ».

Особенно активен в обсуждениях ижевский краевед-искусствовед Евгений Шумилов, обосновывающий «столичность» Ижевска количеством наградных, или «царских» кафтанов, пожалованных ижевским оружейникам в период с начала 1820-х гг. и до 1915 г. Он упорно продвигает тезис о том, что наградные кафтаны — это якобы эксклюзивная награда ижевских оружейников.

Однако в реальности к концу XIX столетия в Российской империи существовало четыре вида наградных кафтанов: простые, мастеровые, почётные и нарядные. При этом «мастеровые» (мастерские) кафтаны, согласно указу 1857 года императора Александра II, «жалуются отличнейшим оружейникам Тульского, Сестрорецкого и Ижевского заводов за усердие и искусство». Ижевск в этом указе никак не выделен.

Вообще-то, «оружейная столица» — метафора. Из того же разряда, что и «Пеле/Месси/Роналду — король футбола». Официально этот титул им никто не давал, но так считают миллионы знатоков и любителей футбола по всему миру. Но метафору всё равно надо пояснять, откуда она взялась и насколько правомерна.

Точное определение есть для понятия «столица» — это главный город независимого государства или государственного образования в составе федеративной страны, в котором обычно размещаются высшие органы государственной власти. В культурном отношении могут быть и неформальные «функциональные» столицы. Существует множество вариантов конструирования «столичности»: по географическому положению, экономической или промышленной специализации, смешанные варианты и т. д.

«Столичность» Ижевска, безусловно, конструируется на его промышленной специализации. Но, поскольку «оружейных» городов в России шесть — Тула, Ижевск, Подольск, Ковров, Вятские Поляны и Златоуст, то возникает необходимость формулировки признаков «столичности» для оружейных городов.

На мой взгляд, когда мы говорим об «оружейной столице», то надо принимать во внимание следующие факторы:

1. Объёмы производства.
2. Разнообразие номенклатуры, как по видам оружейной продукции, так и по моделям (внутри одного вида).
3. Наличие инженерной школы в широком понимании этого слова (это и собственные наработки, и система подготовки специалистов).

Вот когда эти три компонента сошлись в одной географической точке, то использование этой метафоры становится правомерным.

По этим трём факторам понятию «оружейная столица» соответствуют два города из шести вышеупомянутых — Тула и Ижевск. Но путь у них был очень разный.

Когда после падения Казанского ханства старейшины удмуртских родов присягнули на верность русскому царю, и эти земли вошли в состав Российского государства, в Туле уже существовала оружейная слобода.

Через два века в междуречье Камы и Вятки были основаны железоделательные заводы, один из которых разместился на Иже, правом притоке Камы (собственно, вот тогда началось создание индустриальной базы на территории нынешней Удмуртской республики). А в Туле к тому времени уже полвека работал оружейный завод.

Ещё через четыре десятилетия в руководстве России сформировалась мысль о необходимости наращивания объёмов оружейного производства. Задачу создания нового оружейного завода поставил ещё Павел I, но реализовал её Александр I.

Проект завода был разработан горным инженером, обер-берггауптманом 4 класса (чин горного ведомства, соответствовавший генерал-майору) Андреем Фёдоровичем Дерябиным.

Место для устройства завода Дерябин выбрал с учётом того, что железоделательный завод, на базе которого он проектировал оружейный завод, имел большой заводский пруд (фактически водохранилище, длиной 11 км, максимальная ширина более 2 км) — источник энергии для работы технологического оборудования, которое в XVIII — первой половине XIX века было вододвижимым.

Кроме того, он отмечал большие лесные запасы для выжига угля и строительства, удобство получения качественного металла для производства оружия (железоделательный завод, использовавший уральскую руду), обширность места для населения и достаточно плодородную округу.

Но это — предварительные условия. А вообще, основу любого завода образуют четыре элемента: «железо», «руки», «мозги», «вожжи».

«Железо» — уровень технологий и технологического оснащения. Надо отметить, что выстроенный «с нуля» завод давал возможности для внедрения усовершенствованных технологий и оборудования.

Наиболее серьёзной проблемой было качество металла, использовавшегося для изготовления стволов. По словам инженера-металлурга Андрея Михайловича Соловьёва, выпустившего в 1907 г. брошюру «В память столетнего юбилея основания Ижевского оружейного завода», «... самая трудная и серьёзная работа заключалась в приготовлении ствольного железа и заварке стволов».

Генерал-лейтенант артиллерии И. Гогель (бывший инспектор Сестрорецкого оружейного завода) в изданном в 1825 г. «Подробном наставлении о изготовлении, употреблении и сбережении огнестрельного и белого солдатского оружия» даёт описание особенностей технологии производства стволов на Ижевском оружейном заводе:

«На иных же заводах, где к тому есть удобность, как например на Ижевском, который соединён с железоковательным заводом, дают заварщику уже готовую ствольную пластину которую он прямо уже загибает в трубку. Также и заварка из трубок стволов на иных заводах, как отчасти и на Ижевском, производится не ручною, а машинною работою, то есть приготовленная на дело ствола пластинка, в трубку загнутая, как и при ручной работе раскаливается в горне постепенно, малыми частями; но при вынутии из огня заковывается уже не ручными молотами, а машинными, кои приводятся в действо посредством водяного колеса к тому приспособленного, таковая заварка идёт поспешнее, и выгоднее ещё и тем что менее потребно людей чем при ручной; ибо тут молотобойцы уже не нужны, потому что заварщик сам пускает в действо и останавливает водяное колесо, приводящее в движение молот над наковальнею его».

Прошу прощения за длинную цитату, но здесь очень подробно описывается ответственнейшая операция ствольного производства — заварка ствольной заготовки из железной полосы; технология, которая применялась вплоть до 1870-х годов.

В период с 1832 по 1836 г. брак по стволам на Ижевском оружейном заводе находился на уровне 50 — 55%. Стволы, для которых использовалось железо горных заводов, давали до 65% брака.
Вопрос с качеством ствольного железа вышел на уровень генерал-фельдцейхмейстера, который распорядился (20 января 1832 г.) образовать при артиллерийском департаменте комитет для приискания способов лучшей выделки железа и стали. С этого времени на Ижевском заводе начали делать опыты по улучшению качества ствольного железа, в которых участвовали специалисты из Петербурга, горные инженеры. Опыты проводились и на заводах горного ведомства.

Появлялись новые технологии получения железа — контуазский способ (по сути, усовершенствованный кричный способ), пудлингование (способ, дававший качественное железо, но весьма трудоёмкий и малопроизводительный).

С переходом на заряжание с казны и уменьшение калибра до 4,2 линии (10,67 мм) появилась настоятельная необходимость в стальных стволах. Арендатор Тульского оружейного завода генерал-майор Стандершельд (1863 — 1868 гг.) закупал стальные стволы на заводе Бергера в Вестфалии (в то время — провинция Пруссии); производства ствольной стали в достаточном объёме в России ещё не было.

В конце 1860-х годов на Ижевском заводе арендатор полковник Фролов начал производство литой стали в небольших объемах и удачные результаты дали ему основание выйти с предложением об устройстве в Ижевском заводе крупного сталелитейного производства.
Сталелитейное производство было организовано вторым арендатором завода, гвардии капитаном Бильдерлингом, и уже за три с половиной года (1873 — 1876) было поставлено более 230 000 стволов, из них — 140 000 для Тульского оружейного завода (к винтовкам Бердана).

К 1879 г. Ижевский завод производил ежегодно:
80 000 винтовок Бердана;
100 000 стволов для Тульского оружейного завода;
1150 тонн ствольной стали;
984 тонны мартеновской стали для оружейных деталей.

В это же время завод поставлял контуазское железо (240 тонн) и пудлинговое железо (984 тонны).

В 1882 г. на Ижевском заводе была устроена прокатная мастерская, что позволило избавиться от поставок стали из-за рубежа. Образцы стали были посланы на Тульский и Сестрорецкий оружейные заводы, получили положительное заключение; ижевская сталь начала поставляться на все оружейные заводы России.

В 1880-е годы Ижевские заводы образовали производственный комплекс, получивший по возвращении в казну в 1884 г. наименование «Ижевские оружейный и сталеделательный заводы», ставший за восемь десятилетий основой оружейной промышленности империи.
Но три последующих компонента «руки», «мозги» и «вожжи» — они уже упираются в кадровую проблему.

Коренное население совершенно не имело опыта работы на промышленном предприятии. Поэтому кадры пришлось завозить. С Тулой складывалось не очень (Дерябин запросил разрешение на перевод на Ижевский завод 309 мастеровых из Тулы, но получил отказ); поэтому набирать специалистов пришлось из-за границы.

В 1808 году на заводе работали 24 иностранных мастера и 48 подмастерьев; при них 202 русских ученика. Русских мастеров работало 34, при них — 49 русских учеников.

Иностранцы и их потомки ещё долго работали на Ижевском заводе. Например, на 6-линейной стрелковой винтовке обр. 1856 г. был установлен «гессенский прицел, усовершенствованный мастером Ижевского завода Юнгом» —  фамилия явно немецкого происхождения.Кадровые проблемы начали решать в период арендно-коммерческого управления заводом (1865 — 1884).
В 1870 г. при заводе была создана Ижевская оружейная школа; в 1876 г. — ремесленная школа.
Оружейная школа была учреждена приказом генерал-фельдцейхмейстера и предназначалась для подготовки оружейных мастеров, которых направляли в войска; лучших выпускников оставляли, как правило, на оружейном заводе. Срок обучения составлял четыре года; при десятимесячном учебном цикле 13 месяцев занимал теоретический курс, 27 месяцев — практический.

В теоретический курс входили Закон Божий, арифметика, геометрия, теория ручного огнестрельного оружия, русский язык, черчение и рисование. Специальный курс преподавали по учебнику Потоцкого и Юрлова «Современное ручное оружие», изначально предназначавшемуся для курсантов военных училищ. Для оружейной школы он был значительно сокращён и включал описательную часть оружия, основы баллистики, сведения о производстве порохов, патронов и ружей. С 1870 по 1918 гг. было подготовлено около тысячи оружейных мастеров.

Ремесленная школа была организована по инициативе второго арендатора завода капитана Бильдерлинга. В 1874 г. в докладной записке в ГАУ он писал: «Отсутствие школы весьма чувствительно отразилось на самом ходе заводских работ полным отсутствием молодых мастеров... Общий уровень умственного развития рабочих непременно должен быть поднят для того, чтобы они с пользою для дела и с выгодою для себя могли работать при сложных машинах и станках... Наконец, удалённость Ижевского завода от больших центров Государства и вызванная этим необходимость в самостоятельности и самопомощности в техническом отношении вызывает существенную потребность развития рабочего класса, дабы он не отставал от развивающейся и совершенствующейся техники».

Обучение в ремесленной школе было рассчитано на четыре года; теоретическое обучение включало Закон Божий, русский язык, арифметику, геометрию, алгебру, историю, черчение, рисование и географию, основы механики, физики и химии (в 1885 г. из теоретических курсов исключили историю и географию).

За четыре десятилетия ремесленную школу окончили около 360 человек. В оружейную школу поступали до 50-80% выпускников.

Во время ижевского восстания 1918 г. в нём на стороне повстанцев участвовали многие выпускники оружейной школы, вследствие чего обе школы были расформированы. Восстановление оружейного образования в Ижевске началось только в конце 1920-х годов, и своё завершение образовательная система получила в 1952 г., с организацией Ижевского механического института.

В истории Ижевских заводов заметный след оставили выпускники школы Михаил Петрович Пушин (выпуск 1874 г.) — организатор инструментального производства, Савелий Гордеевич Селюков (выпуск 1876 г.) — руководил первой плавкой на мартене, введённом в эксплуатацию в 1877 г., Александр Максимович Коврижников (выпуск 1880 г.) — участвовал в изготовлении серии миниатюрных «трёхлинеек» в ¼ натуральной величины, в 1906 г. организовал расширенное производство охотничьего оружия, Виталий Александрович Щербаков (выпуск 1915 г.) — конструктор охотничьего оружия: участвовал в разработке ИЖ-БК, автор оригинальной конструкции замка, который использовался на ружьях ИЖБ-46, ИЖБ-47, зам. начальника Школы ружейного мастерства мотозавода.

Ижевскую ремесленную школу окончил Прокопий Васильевич Алексеев (выпуск 1891 г.) — участвовал в изготовлении серии миниатюрных «трёхлинеек», экспонировавшихся на Всемирной выставке в Париже; в 1910 г. был пожалован мастерским кафтаном.

А Тула в конце XIX — начале XX столетий была лидером в освоении принципиально новых, сложных изделий:
1. Револьвер «Смит-Вессон». Был принят в 1871 г. на вооружение кавалерийских частей. В 1880 г. был принят на вооружение всех родов войск и флота. В начале 1880-х годов Россия приобрела у фирмы «Смит-Вессон» лицензию на производство револьвера, и с 1885 г. производство револьвера было организовано на ИТОЗ. С 1885 по 1894 гг в Туле было произведено около 200 тысяч револьверов «Смит-Вессон».
2. 3-линейную винтовку обр. 1891 г. разработал начальник мастерской Тульского оружейного завода Сергей Иванович Мосин
3. Револьвер Нагана. Был принят на вооружение приказом по военному ведомству № 156 от 26 июня 1895 г. Полномасштабное производство револьвера на ИТОЗ началось в 1900 г. Ввиду относительно небольшого числа револьверов (по сравнению с винтовками) их производство было сосредоточено только в Туле. Программа перевооружения была выполнена к 1902 г.; в начале 1913 г. был выпущен полумиллионный револьвер.
4. Пулемёт Максима. Лицензию на производство пулемёта Россия приобрела в 1902 г. Для изучения технологии в Великобританию были командированы начальник инструментальной мастерской ИТОЗ Павел Петрович Третьяков и старший мастер Иван Алексеевич Пастухов. Серийное производство пулемёта было поставлено в 1907 г. За время производства в конструкцию Максима было введено более 200 изменений; туляком Соколовым был сконструирован колёсный станок. В Туле ходила такая поговорка: «Пулемёт знают только Бог, Пастухов и Третьяков!».

Разумеется, не случайно в 1875 г. Тульский оружейный завод получил звание «Императорский». А в 1912 г, в ознаменование 200-летия со дня основания, получил имя основателя — императора Петра 1: «Тульский императора Петра Великого оружейный завод».

С учётом всех приведённых фактов, нельзя не признать, что в XIX — начале XX столетий звание «оружейной столицы России» по праву заслуживала Тула, а вся дальнейшая история заслуживает отдельного разговора.

Продолжение следует...