Настоящее богатство⁠⁠

— Бонжур, синьор. Принести вам что-нибудь из напитков для начала хорошего вечера?

— Привет, Илья, — улыбнулся Олег Леонидович. — Ты почему каждый раз по-новому здороваешься? Я уже коллекцию могу собирать. Давай воды.

Он часто заходил сюда, когда приезжал по делам в этот небольшой курортный город. Не столько из-за кухни — хотя она была отличной, — сколько из-за настроения. Маленький зал, тёплый свет, негромкие разговоры. И эти жизнерадостные официанты. Например, этот Илья.

Илья умел сделать так, что твой вечер становился уютнее, в каком бы настроении ты сюда не пришел.

— Ваша вода, сэр, — сказал он, аккуратно поставив на стол стакан.

Рядом он положил белоснежную салфетку с логотипом ресторана и корзиночку с приборами.

Олег Леонидович посмотрел на него внимательно.

— Слушай, вот что я не понимаю. Ты почему всё время такой… довольный? – Было видно, что это был искренний интерес. Возможно, он задавал его уже не в первый раз. - Тебе сорок шесть, ты работаешь официантом в маленьком кафе, семья, ребёнок… Это же постоянные расходы. А я — предприниматель, у меня вот бизнес, деньги, возможности… И при этом — пусто как-то. Даже успехи уже не радуют. Всё приелось. А ты ходишь и светишься. Как так?

Илья улыбнулся.

— Вы хорошо помните мою биографию.

— Так ты сам рассказывал.

— Точно, — кивнул Илья. — Просто… а чего расстраиваться? Мне здесь нравится. Людям нравится. Город у нас курортный, сейчас несезон. Посмотрите вокруг — половина заведений закрыта. «Заморозили бизнес». Слово какое-то… холодное.

Олег Леонидович машинально посмотрел в окно. Вдоль набережной стояли тёмные, закрытые кафе. И только горели огни ресторана напротив. Большого, пустого.

— А у нас тепло, мы работаем, — продолжил Илья. — Люди заходят. Местные, туристы. Кто-то на кофе, кто-то просто посидеть. Это ли не радость.

Он пожал плечами.

— Я, если честно, не особо об этом думаю. Утром бегаю, читаю. Иногда что-то записываю. С семьёй много времени проводим. По выходным куда-нибудь выбираемся. У меня много друзей. Мы часто вместе встречаемся, много смеёмся.

Он чуть замолчал.

— Все живы-здоровы. Всего хватает. Маленькие радости в рутине забываются. А я их замечаю.

Он сказал это спокойно, без напускной важности. Как констатацию.

В этот момент к двери подъехал человек в инвалидном кресле. Илья сразу двинулся к нему, помог заехать, усадил за столик, коротко переговорил с коллегой и вернулся.

— Иногда смотришь на такого человека и понимаешь, как тебе повезло, — сказал он уже тише.

Олег Леонидович кивнул, но ничего не ответил.

— У вас сколько человек работает? — сменил он тему.

— Двое официантов. Я и Маша, дочка хозяина. Плюс хозяин - он сам на кухне. Пиццу делает.

— Да-да, знаю. Историю про Италию тоже помню. Приехал на месяц — остался на четырнадцать лет.

— В этом году как раз четырнадцать. Почти юбилей. Только неполный. — улыбнулся Илья. — У нас, правда, тут каждый день праздник.

Олег Леонидович посмотрел на него чуть дольше обычного.

— Да вы ведь сами всё это знаете и чувствуете. Вы же почему-то приходите к нам. Хотя у вас, между прочим, свой ресторан есть… Напротив. Большой, красивый.

Ненадолго повисла пауза.

— Может, что-нибудь закажете? — спросил Илья.

Олег Леонидович посмотрел на стакан с водой, потом на зал, на свет, на людей.

— Нет, спасибо — сказал он. — Сегодня я что-то не голоден.

Александр Васильев