Кровь и Град (рассказ второй)
По узкой, извилистой стезе они прокрадывались в пущу леса. Сквозь кроны проникал белесый лунный свет. Они остановились перед старым пнем и низко поклонились. Ярополк достал из-за пазухи в расшитом полотенце хлеб, Прокоп поставил сладкую кашу, а Морган – соль.
- Здравствуй, Леший, - замолвил Ярополк. - Уважаем тебя и чтим. Помоги нам с нашей просьбой. Ищем мы гигантский дуб, с нашими предками не связанный, да такой большой, чтобы листья его молочных коров на небе вскармливали.
Ярополк посмотрел растеряно на Прокопа, а тот продолжил.
- Чтобы не обнять его было трёмстам богатырям, но твердь его под нашими руками послушно играла…
- Такой могучей, - перебил его Морган, - что бы вода ее сама боялась!
Мужики еле сдержали улыбки сквозь смех и остановились на ночные бдения.
Ближе к полуночи на лес опустился туман. Мать сыра земля стала дарить промерзлый холод. Болотистые очи промелькнули и побежали в пущу леса.
- Вот оно! – резко поднялся Морган и направился в дебри.
Богатыри последовали вслед за ним.
Лес показал свои дремучие раны. Там, где должна буять трава, разлагалась грязь. Медленно чахли деревья с переломанными стволами.
- Это что за божий гнев на Лешего свалился? – с некой досадой заявил Ярополк.
- Сомневаюсь, что божий, – ответил Прокоп, смотря на оскверненную березу.
Когда рассеялась туманная мгла, а ночной пастух отогнал коров да овечек, перед ними в ясном свете показался дуб, да такой огромный, что они его так сразу и не приметили.
От его могучести у мужиков помутнело в глазах, ладони вспотели, а тело наполнилось дрожью.
- Это то, что нам нужно, - сказал Ярополк.
- И не только это! - встревоженным голосом вскрикнул Морган.
Перед ними явилась могила, усыпанная черепами медведей и кабанов. Под корягой валялся беспомощный остов лося.
- Неужели Упырь!?- закричали они в один голос.
- Так. Я ушел за колом, - двинулся в лесные дебри Морган.
Мужики схватили черепа и начали откапывать могилу. Рыли они с такой силой, что земля сама поддавалась их рукам. Моргана не было долго. В могиле показалась крепкая домовина.
Но, только скинув крышку гроба, богатыри опешили. Там лежала бледная, младая девица. Белая рубаха на ней была свадебно вышита. Русые волосы украшали наушницы с бирюзой в серебре. Глаза ее были нежно зарыты, а тонкие пальцы держали алый цветок.
- Нет, она не упырь, - прошептал Ярополк.
Дерзкий холод прокатился по их спине. Волосы на голове зашевелились. Тихое дыхание раздалось позади. Они обернулись и увидели два красных глаза.
Из чащи с колом вылетел Морган и что есть силы помчался на него. Упырь попятился назад, прямо к дубу. В его мертвое сердце вошел осиновый кол. Два красных глаза налились едкими слезами. Он издал последний вопль, смотря на вскрытую могилу. Схватился за ветку дуба... и, громко упав, выдрал его с корнем.
- Вот тебе и упырь, – с сожалением произнес Ярополк. - Помогите мне, давайте затащим его в могилу.
- А ну ка, бледная девица, принимай своего суженного, - промолвил Морган, вонзая в них обоих кол.
- А ежели младая его не хотела, так посему и померла? – задался Прокоп вопросом.
- Ну, тогда бы от нее осталась труха, – ответил Морган.