Киви и малина. Рассказ⁠⁠

Лидия переехала в посёлок прошлой осенью. Дом достался от тётки, небольшой, но уютный, с палисадником и старой яблоней. Соседи встретили её радушно, кто с пирогом, кто с советом, кто просто с добрым словом.

Лидия быстро вписалась в местную жизнь, ходила на посиделки к бабе Клаве, помогала дяде Мише окучивать картошку, даже в местный клуб иной раз захаживала, где кино поглядеть, где песни послушать. Со всеми нашла общий язык.

Кроме одного соседа.

Виктор жил рядом, через забор, аккуратный дом, ровные грядки, ни соринки. Сам он был сухой, поджарый, с вечно нахмуренным лицом. Военный в отставке, говорили соседи. Одиночка. С ним никто не дружил, никто не здоровался первым. Злой, нелюдимый, так о нём шептались за спиной.

Лидия попыталась однажды поздороваться. Виктор буркнул что-то неразборчивое и ушёл в дом. С тех пор она не навязывалась. Баба Клава махнула рукой.

- Да ну его. Со всеми он так. Противный.

-Он что, один живёт?

-Один. Ни жены, ни детей. И собак не держит, и кошек. Человек-леший, прости Господи.

Лидия не огорчалась. Она и так нашла с кем общаться.

А ещё у неё был Киви.

Киви - старая аляскинская маламутка, огромная, лохматая, белая как снег. Сын привёз её полгода назад, когда переезжал в квартиру-студию. Виновато топтался у порога.

- Мам, ну она не помещается. Ты же на участке живёшь, ей хорошо будет.

Ох, как она ругалась поначалу! Даже обиделась на сына, не разговаривала неделю. Хотела в доме жить как королева, ни забот ни хлопот, а тут - вари целыми днями, шерсть чеши, иначе колтуны потом, за клещами следи... Еще хуже чем детей растить, честное слово. И надо ей это было на старость лет?

Да и не держала она никогда собак. Тем более таких, с лошадиными лапами и медвежьей головой. Но куда деваться? Сын просил, Киви смотрела преданно и махала хвостом, сшибая всё на своём пути.

И Лидия полюбила эту махнушку, что же поделать...

Вставала в пять, выводила её во двор, кормила кашей с мясом. Киви была спокойная флегматичная, любила спать на крыльце, вытянувшись во весь рост, как белый ковёр. Лидия тревожилась только об одном - чтобы сосед не кинул отравы. Мало ли, злой человек, а собака лает по утрам, у забора роет...

- Киви, к забору не ходи! Оттуда злой дядька выглядывает!

Киви вздыхала и ложилась у крыльца.

Но однажды утром Лидия проснулась и не услышала привычного сопения. Накинула халат, открыла двери.

-Киви?

Тишина.

На крыльце пусто. У бани никого.

Сердце ухнуло в пятки. Лидия заметалась по дому - может, зашёл? Нет. Выбежала во двор - пусто. Голос её дрожал. Никогда она не сбегала.

- Киви!

Она уже почти бежала к калитке, надевая туфли на босу ногу, прикидывая, куда бежать - может, к речке, может, на дорогу. И тут краем глаза заметила у забора, у соседских зарослей, знакомый белый хвост. Пушистый, как пышное облако.

Лидия притормозила. Пригляделась.

Киви стояла на задних лапах, оперевшись передними о соседский забор, и с достоинством уплетала малину. Жёлтую, розовую, крупную - дорогие сорта, которые Виктор явно высаживал с любовью. Киви жевала с таким удовольствием, что розовая морда была испачкана ягодным соком.

Лида зашипела, опасаясь, что это увидит сосед.

-Что ты делаешь?! Киви! Отойди! Огребём мы с тобой по полной!

Она схватила собаку за ошейник, с силой потащила от забора.

- Ты с ума сошла! Он же нас пристрелит! Он же ружьё держит! Иди отсюда! Ну и дура же ты! Никакого страха!

Киви недовольно вздохнула, дала себя увести. Отошла к бочке с водой, напилась, и целых два дня к забору не подходила. Лидия одобрительно кивала ей головой.

"Соображает".

Но на третий день история повторилась.

Лидия выглянула в окно в шесть утра и обомлела. Киви стояла на том же месте, оперевшись на забор, и с нетерпением поглядывала на малиновые кусты. Видимо, новый урожай поспел и она выбирала как получше открыть пасть. А в это время как раз сосед поливает огород...

-Ну всё. Сегодня он нас точно убьёт.

Она накинула калоши на босу ногу, натянула старую кофту и почти на цыпочках выскользнула во двор. Может еще успеет незаметно оттащить эту любительницу малины? Лицо у Лиды было такое, будто она шла на расстрел. Она уже мысленно просила прощения у Киви, у сына, у всех соседей - мол, так и так, застрелили нас с собакой по глупости.

Она подошла к беседке, что стояла в углу участка, собираясь схватить Киви за ошейник и замерла.

Прямо перед ней, по ту сторону забора, стоял Виктор.

Стоял и собирал малину. Спокойно, деловито, как будто так и надо. А рядом с ним, на задних лапах, стояла Киви, двухметровая лохматая туша, смотрела на него с обожанием и терпеливо ждала.

Виктор набрал полную ладонь ягод. Голос его был хриплый.

- Ну...На.

И кинул Киви.

Та с молниеносной скоростью раскрыла пасть и поймала. Все до одной. Прожевала, облизнулась и снова уставилась на соседа.

- Ещё? Ну ты даешь...

Киви тявкнула.

Виктор снова начал собирать, кидать, приговаривать что-то тихо, почти ласково:

- А ничего, что немытая? Ну, ладно... Вкусно, да? Умница.

Лидия стояла в беседке и не дышала. Ей казалось, что она спит. Сосед-злодей, сосед-нелюдим, который, по словам всей улицы, способен только на зло, стоял и кормил её маламута малиной с руки. Дорогой малиной - она знает сколько стоят саженцы!

Лида на цыпочках, задним ходом, пятясь, вернулась в дом. Закрыла дверь, прислонилась к ней и долго стояла, переваривая увиденное.

А потом пошла на кухню. Достала фарш - свежий, фермерский, только вчера купила. Замесила тесто, налепила беляшей, нажарила их так, что запах по всему участку разнёсся. Хрустящие, румяные, дымящиеся.

Ближе к обеду она выглянула в окно. Виктор полол грядку, согнувшись, как дуга. Лидия взяла тарелку, застелила чистым полотенцем, выложила гору беляшей и пошла к забору.

- Виктор.

Он выпрямился, насторожился, натянул привычную хмурую мину. Лида протянула тарелку через забор.

- Вот. Я тут... нажарила. От души.

Он посмотрел на неё. На тарелку. На беляши, от которых пар поднимался и запах шел такой, что кругом голова. Нарочно помедлил, но руки у него сами потянулись, против воли. И в глазах такое удивление появилось, словно он совсем маленький и подарок от деда мороза получил.

-Спасибо. Давненько я такого не ел... Всё макароны...

- Это вам спасибо. Моей дурынде всю свою малину скормили. Надо было её отругать, а не поощрять... Я слышала!

Он чуть улыбнулся, едва заметно, краешками губ.

- Я с ней секретничал. Мы уже неделю так сотрудничаем. Тайком от вас, боялись, что вы нас наругаете.

Лидия хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

Он стоял - нелюдимый, чёрствый, нездоровающийся... Улыбался. У него были тёплые глаза, и руки, которыми он гладил Киви, были большие, натруженные, добрые.

-Приходите.Завтра я творожный пирог сделаю. И азу по своему секретному рецепту. Специально для вас.

Он кивнул.

-Я малину принесу....

Смутился, взял тарелку и пошёл в дом.

Лидия вернулась на кухню и села на табуретку. На душе у неё было тепло и спокойно. И стыдно ей было немного, что она плохо думала о соседе, что боялась и верила чужим словам.

А он простой человек. Одинокий, сухой, но человек.

Киви лежала на крыльце, сытая, счастливая, и во сне перебирала лапами -видно, догоняла во сне убегающие ягоды...

Лидия смотрела на неё и думала - а ведь хорошо, что сын привёз ей этого зверя.