Идеальный порядок смерти⁠⁠

Ответ

Улики, которые навели Дюбуа на мысль о том, что это не самоубийство:

1) Незавершённая сигара.

Декан, принявший «окончательное решение», либо докурил бы её, либо не зажигал вовсе.

2) Путёвки в санаторий на следующую неделю.

Аккуратно разложенные, для всей семьи. Человек, решивший покончить с собой, не планирует отдых и не приводит в порядок будущие поездки.

3) Положение тела.

Как справедливо было подмечено - не очень удобно стреляться приставив пистолет ко лбу, а не к виску.

4) Улики изображенные на иллюстрации (пепельница с левой стороны, положение книг).

Тоже засчитывается, но отнесем это к категории ляпов художника :) Также к ляпам отнесем "потертую" рукоять наградного оружия.:)

5) Книга с пометкой «9:6».

— Прямая улика на Переплетчика.

...Лекция о средневековом быте тянулась со скоростью улитки, страдающей артритом. Преподаватель, сухой старичок с голосом скрипучей телеги, как раз перешёл к захватывающим подробностям диеты крестьян в период Столетней войны.

— И заметьте, коллеги, — вещал он, потрясая указкой, как копьем, — отсутствие специй компенсировалось обилием репы. Репа вареная, репа пареная, репа, забытая в печи... Это формировало особый, смиренный менталитет!

Билли с тоской посмотрел в окно. Его собственный менталитет сейчас был далек от смирения. Желудок исполнял китовые песни, требуя хотя бы круассан, а мозг отчаянно сопротивлялся информации о кишечных расстройствах двенадцатого века. Он чувствовал себя ментальным заложником: снаружи где-то происходили убийства, интриги и загадки Переплётчика, а здесь, в душной аудитории, единственной интригой оставалось то, выживет ли среднестатистический крепостной после миски прогорклой похлебки.

Когда прозвенел звонок, Билли вылетел из аудитории первым, с грацией выпущенного из пушки ядра, едва не сбив с ног проходящую мимо студентку. Свобода пахла не репой, а тревожными слухами, которые уже ползли по коридорам университета, как ядовитый туман: «Декан... Кабинет... Застрелился...».

К кабинету декана Билли подошёл, когда Дюбуа уже заканчивала первичный осмотр стола. Желтая полицейская лента перечеркивала вход, словно говоря: «Не влезай, убьет, или, что еще хуже, заставит писать отчеты».

— А, вот и наше стихийное бедствие, — пробормотала Дюбуа, не отрываясь от изучения пепельницы. В её голосе больше не было подозрения, только усталая констатация факта. За последние два дела она смирилась с тем, что Билли — это неизбежное зло, вроде дождя на пикнике: неприятно, но приходится учитывать.

Билли, польщенный тем, что его не пытаются арестовать с порога, решил войти максимально профессионально. Он поднырнул под ленту, выпрямился, принял серьезное выражение лица и тут же зацепился ногой за край ковра.

Полет был коротким, но выразительным. Билли взмахнул руками, пытаясь ухватиться за воздух, и с грохотом врезался в антикварную напольную вешалку. Вешалка пошатнулась и, словно мстя за годы простоя, уронила тяжелую фетровую шляпу декана прямо на голову Билли. Шляпа съехала ему на глаза, погрузив мир во тьму.

— Идеально, — прокомментировала Дюбуа. — Ты единственный человек, который способен устроить погром в комнате, где уже есть труп. Ничего не трогай, просто... стой и дыши. Желательно тихо.

Билли стянул шляпу, виновато улыбнулся и поправил сбившийся пиджак. — Я просто проверял гравитацию. Работает. Что у нас тут?

— Суицид. На первый взгляд, — Дюбуа наконец отошла от стола и подошла к телу декана. — Дверь заперта изнутри. Оружие его. Записка в наличии.

Она надела свежую пару перчаток и аккуратно отогнула лацкан пиджака мертвеца. — Но есть нюансы. Наш «Переплётчик» любит театральность, но декан любил порядок. А здесь... — Дюбуа сунула руку во внутренний карман пиджака убитого и медленно извлекла предмет, который совершенно не вписывался в идеальную картину мира покойного педанта.

Это были очки. Старые, в дешевой роговой оправе, с дужкой, перемотанной синей изолентой. Одно стекло было покрыто сетью мелких трещин, словно паутиной.

— Странно, — прошептала Дюбуа, вертя находку в руках. — У декана было стопроцентное зрение. Он гордился этим так же сильно, как своим умением увольнять людей перед Рождеством. Зачем ему в кармане этот хлам?

Она посмотрела на Билли, который, стараясь не дышать в сторону хрупких ваз, разглядывал Библию на столе.

Дюбуа аккуратно положила разбитые очки в пакетик для улик. — А теперь скажи мне, книжный червь, что значат цифры «9:6» на этой Библии? Потому что если это время его смерти, то у нас проблемы с причинно-следственными связями.

Солнечный заяц степенно перешагивал с книги на книгу...