Гл. 6 Гитлер - Капут
Андрюха шёл расставлять капканы. Вываренные в полыни с ночи, чтобы отбить запах железа, капканы не весело позвякивали на боку. В руках у Андрюхи был топор, забивать колья, для крепежа капканов, что бы зверь не уволок капкан в лес.
Обходя заброшенную деревню по кругу, Андрюха расставлял капканы в самых «злачных» местах, ориентируясь по примятой траве оставленных звериных тропок. Над хитро замаскированными капканами, в метре над землёй, подвешивался кусочек сальца. Предполагалось, что зверушка, обнаружив по запаху сальцо, как щирый хохол на ярмарке, попытается его достать, начнет подпрыгивать, оступится, и попадет в капкан.
Пару капканов поставил на мусорке, пару в лесу, на козьей тропе. Капкан прикопал под огромной елью у заброшенного дома в начале деревни. Ещё капкан спрятал в основании развалившейся бани. В раскатившейся, подгнивающих бревнах которой, часто мышковали лисы.
Выйдя на бывшее поле, превратившееся в луг, на окраине деревни, Андрюха пошёл к реке. Местами луг был перепахан кабанами. Тут то Андрюха и увидел её, подкову, как потом он сам утверждал: «счастливую подкову, слетевшую с коня Александра Невского» Перепахивая луг в розыске каких ни будь съедобных корешков, кабаны вывернули из земли, ржавую подкову с остатками гнутых гнилых гвоздей с квадратными шляпками. Когда и кем была утеряна подкова неизвестно, но в глазах Андрюхи она несла огромный исторический след. «Не так важна подкова, как история, которую можно к ней приплести» - согласился с собой, в этот момент, Андрюха. Приметить надо место, потом заберу, - решил он и двинулся дальше к речке.
Ещё два дня назад, когда расставляли сети, Андрюха заметил небольшую балку, которая спускалась к реке. Сверху балку прикрывал заросший кустарник. «О! идеальное место для зверя спускаться к реке.» - подумал Андрюха. – «кто в балке, со стороны не видно, вход сверху прикрывает листва, спокойный спуск к воде, с кромки хорошо просматривается вся речка. Отличное место ходить на водопой.»
Туда-то и шёл Андрюха поставить последний капкан. Оставалось только точно определить вход в балку. Подходя к заросшему ивами и кустарником на краю луга, он принял в лево, определяя по верхушкам знакомых деревьев направление. «Так, вход в балку должен быть где-то здесь». Оставалось пройти метров десять, и уже скрывавшую балку кусты расступились, приоткрывая вход. Как вдруг Андрюха увидел голову крупной енотовидной собаки. Собака лежала, как раз у входа в балку мордой в сторону луга. Положив голову на передние лапы, с широко раскрытыми глазами смотрела на Андрюху. От неожиданности Андрюха вздрогнул, и встал как вкопанный. Такой встречи не ожидал не он, не, наверное, собака. Сдерживая дыхание, и прижимая топор к груди, Андрюха медленно стал пятится назад. Собака по-прежнему смотрела на Андрюху и не как не реагировала. «Так, почему она меня не испугалась? Почему не убегает?» От подскочившего в крови адреналина мысли в Андрюхиной голове неслись как птицы. «Да ведь, взгляд у него пустой, он сука спит с открытыми глазами. Он же пьяный. «Гитлер»! Сука! Попался!» Андрюха медленно, не поворачиваясь отступал к деревне. Когда, по мнению Андрюхи «пьяный Гитлер» не мог его видеть, и слышать, он развернулся и помчался, через весь луг в деревню.
Забежав на импровизированный, охотничий, постоялый двор, Андрюха кинулся к спасительной беседке. Там, кочетом, за столом председательствовал Лёха.
- Вискаря! Срочно! - Андрюха слёту выхватил зеленоватый пузырь из по лавки и тяжело дыша, налил в стакан импортное пойло. Удивительным образом янтарная жидкость зашла в Андрюху, даже не сбив дыхание.
- Енот!.... Сука!.... Там!... Гитлер! – На выдохе стал произносить Андрюха.
Глаза Лёхи выразили недопонимание.
- Да, там он, в балке. За деревней. Спит пьяный, сука. Я сейчас, чуть не споткнулся об него. Пойдем пристрелим.
- Покажешь где?
- Да. Собираемся. Пока он не ушёл.
- Дим! – окрикнул Леха сына. – зови мужиков пойдем, Енота валить.
Охотники стали деловито собираться. Все надевали своё любимое снаряжение, как будто в лесу намечалась презентация охотничьего форума. Андрюха по верх куртки накинул на себя тактический разгрузочный пояс с патронташем, сунул туда 20 дробовых патронов нулёвок. Прицепил на старое охотничье ружье новый трёхточечный ремень. Поправил охотничий нож на поясе. Настроение от суетливого быстро перешло в героическое. Каждый чувствовал себя красноармейцем панфиловцем, а Лёха -легендарным командармом. Всё готовились спасти деревню и отразить натиск дивизии Енотов.
Выдвинулись. Дойдя до середины луга Андрюха махнул на вершины деревьев, указывая направление. Четко, по-военному, молча, развернулись в цепь. Андрюха шел по середине цепи, в направлении балки. В метрах в десяти из зарослей опять показалась голова енота. Он всё так же пустым взглядом глядел перед собой. Андрюха поднял ружьё и нажал на курок. «Бам!» над лугом разнеся звук выстрела. Енот не пошевелился и всё так же продолжал смотреть на Андрюху. «Не убил.» - подумал Андрюха – «контрольный в голову, как учат к криминальных детективах». «Бам!» - повторил Андрюха выстрел. Енот медленно закрыл глаза. Андрюха неторопливо стал двигался по направлению к собаке.
«А вдруг я его не убил? А он бешеный? Щас как кинется»
Подойдя к собачьей тушке, Андрюха стволом ружья постарался перевернуть «Енота-Гитлера» на спину. «Надо горло перерезать, чтоб наверняка» От волнения он даже забыл, что у него на поясе висит охотничий нож.
- Дим, дай нож. Есть у кого нож? –
Подойдя по ближе, Димка сунул нож в руку Андрюхе. Наклонясь над собакой Андрюха пырнул её ножом в горло, немного правей гортани, предполагая, что где-то там находится сонная артерия.
- Ну, теперь точно пизд@ц. -диагностировал состояние «Енота-Гитлера» Андрюха.
Поняв, что дело сделано, мужики молча собрались вокруг «Енота». Легким движением ветерок шевелил листья склонившейся ивы и отдельные шерстинки на тушке убиенного.
- Представился! Спасли бабку от «Гитлера».
Андрюха, взяв за холку тушку, поднял добычу. «Енот- Гитлер» был толстым, мягким и пушистым. Хорошо вылинявшая его серая шкурка с черными полосками на мордочке и спине, на свету, казалась, отливала серебром.
Мужики, как заправские модели с охотничьих журналов с ружьями, меняя позы, стали фотографироваться с «Енотом-Гитлером», по очереди передавая собачью тушку из рук в руки.
Закончив фотосессию, потащили тушку на «базу».
- Сука! А он тяжёленький – констатировал Андрюха. - Что, делать то будем? У нас вроде есть прекрасный повар, который енотов умеет готовить. Лёх, как ты? Сготовишь енота? Вот тебе и деликатес к ужину.
- Да не вопрос, сейчас, мы из него Хе сделаем. Только его разделать надо. Мне одну ногу дать, а из остального маманя картошечки потушит. А кто енот-та то разделает? – обратился Лёха к честной компании.
- Я тебе енота разделяю, опыт имеется, тесть свиней держал, потом резал, я ему помогал, потом вдвоём мы их расчленяли «по-Питерски», так сказать, разделывали. – утвердительно кивнул Андрюха - да вот беда, я шкуру не когда с животины не снимал.
- Димка умеет, он на Кирпиче с бобра снимал. Дим шкуру снимешь?
- Да, сниму, только вы подвесите мне его как надо для разделки.
- Ну, и порешали. Пошли.
