Добрые Люди. Глава 7⁠⁠

Утром я проснулся от шума. Гариус проклинал на чём свет стоит мастера Ригго, жестикулировал руками и грозился жалобами, на что красноглазый лишь добродушно улыбался, будто и не о нём речь вовсе. Чистый помешивал что-то в котелке и отвечал односложно: «Да, мэтр. Я понимаю, мэтр».

Вскоре Гариус сдался и, махнув рукой, вышел из грота. Мальвик последовал за ним.

— Это он для вида, угомонится, ну а если нет, то в Тизе ему объяснят знающие люди, что к чему, — ответил мастер Ригго на многозначительный взгляд Тэсс, и, одарив меня хмурым взглядом, сказал: — А ты бы мог всё же воздержаться.

— Я тоже начинаю думать, что поспешил, — скривился я. — Надо было позволить могги забрать чью-то жизнь.

Мастер Ригго промолчал.

— Где ты был вчера? — спросил я.

— Когда я говорю, что лес любит тишину, то это означает, что в лесу слушаем птиц, ветер и прочие звуки природы, а не россказни друг руга.

Чистый зыркнул в сторону жандарма. Де Мори сделал вид будто его сильно заинтересовали топоры и принялся разглядывать оружие.

— Пришлось подчищать за вами, — продолжил мастер Ригго.

Я не стал интересоваться подробностями. За неполную неделю, проведённую на Крайнем Рубеже, я успел убедиться, что врагов тут куда больше союзников. Кто-то намеренно разворошил осиное гнездо, стравив кланы могги и теперь местные аборигены готовы были вцепиться в глотку любому.

Вернулся Мальвик.

— Там есть навесная тропа! — воскликнул он.

Мои догадки насчёт второго пути подтвердились.

— Мастер Ригго, какие сюрпризы нас ждут ещё? — спросил сэр Тормик. — Наши владеющие ещё не восстановили силы, как мне кажется. Возможно, нам стоит переждать тут несколько дней?

— Исключено. — Чистый снял котёл с огня и стал насыпать кашу в миски. — Отряд могги будут искать, а значит есть риск, что найдут нас. Нет. На плато будет безопаснее. К тому же там начинаются земли дружественного нам клана.

Я был согласен с ним — оставаться в пещере неразумно, а вот подготовится к горным переходам стоило. В углу рядом с бочками для стрел с потолка свисали не то шкуры, не то скатки одеял, но при ближайшем рассмотрении стало понятно, что это некие одежды из серого меха: длинные шубы с белыми капюшонами, к рукавам пришиты варежки, так же имелась меховая обувь с подошвой из толстой кожи и плотным войлоком внутри, меховые же штаны. Такую одежду я встречал только в самых северных поселениях Цвана, где зима лютует больше полугода, что для относительного тёплого Этима было слегка странно. Это наводило на мысль, что в Белых Горах будет очень холодно.

Комплектов оказалось много, поэтому я без труда подобрал по размеру шубу и унты. Подумал и решил собрать комплект для Тэсс. Оружие меня не впечатлило, так как я не питал симпатии к армейским топорам, а приличного полуторника с правильным балансом в пещере естественно быть не могло, про стилеты и думать было нечего. Щиты я проигнорировал — лишний вес. Впрочем, один из топоров всё же приглянулся, но я отказался, так как понимал, что всё равно выброшу его после очередного крутого подъёма.

Тэсс мило улыбнулась, получив от меня комплект тёплых вещей, за что я тут же заработал гневный взгляд Гариуса. Возможно, между этими двумя что-то было, Я нарываться не стал и, кивнув владеющей, отошёл в сторону.

После завтрака мастер Ригго принялся расхаживать с важным видом и раздавать цельные указания: что и как укладывать в мешки, как упаковать тёплые одежды — они понадобятся только в горах; сколько провизии брать и кому что нести, а что и вовсе выкинуть. Я с интересом наблюдал за ним и у меня в который раз возникли подозрения: на самом ли деле красноглазый из ордена Чистых или умело маскируется? Он скорее походил на мастер-сержанта Горного Полка, чем на интригана, коими чистые и являлись по сути своей — ведь только Создатель знает, кого воспитывают за стенами замка в Оклоде.

Собирался отряд довольно долго, особенно это касалось жандарма, но в конце концов мастер Ригго одобрительно крякнул и когда все мешки были затянуты направился к выходу.

— Постой, — сэр Тормик задержал меня. — Возьми.

Рейтар снял перевязь с ножнами и протянул мне.

— Хочу быть уверен, что кто-то прикроен спину, — сказал он и похлопал по ольстре. — С пистолетами я лучше справляюсь.

Я принял ножны и вытащил клинок наполовину. Меч имел тяжёлое навершие и сложную витиеватую гарду, заходившую на короткий рикассо[1], на нём клеймо в виде двух пистолетов — крест на крест.

[1]  Рикассо — незаточенная часть клинка, прилегающая к гарде.

— Красивый райтшверт, но тяжеловат, — сказал я.

— Таких выковано всего несколько штук. Сам капитан вручал после Поэнтье! — вскинул подбородок сэр Тормик. — Отличная сталь, работа лучших мастеров Цвана! Береги его!

— Премного благодарен, — я был с ним честен.

Вешать на пояс клинок не хотелось — не любил я болтающиеся железки, которые лупят по ногам, — поэтому приторочил меч к рюкзаку. Всё же лучше грубых пехотных топоров. На этом с приготовлениями мы закончили и поспешили к выходу. На полке стоял только де Мори, но вскоре и он исчез из виду.

На уступе я осмотрелся. При свете дня открылись интересные детали: справа от входа в грот виднелись вбитые в породу металлические скобы, которые уходили вверх и скрывались за нависающей частью скалы. Сэр Тормик тяжело вздохнул, и стал взбираться, а следом поднялся и я. Мы оказались на широкой площадке, а у её края брала начало навесная тропа. Маленькие круглые брёвна верхнего ряда прикрепили к стене на некотором расстоянии друг от друга: один торец зафиксировали скобами в рукотворных нишах, к другому была привязана верёвка, которая под углом крепилась к таким же скобам чуть выше, а снизу брёвна подпирали укосины. Снизу на высоте в человеческий рост тянулся ряд таких же брёвен с укосинами, только крайние торцы были подвязаны к торцам верхних брёвен, а между верёвками натянули перилла. На брёвнах, как снизу, так и сверху лежали доски. Тропа выглядела внушительно и оставалось только диву даваться, кто и когда это всё построил.

Сэр Тормик с опаской шагнул на настил и тут же вцепился в перила, но, сделав несколько шагов, осмелел и ускорил шаг. Я выждал, пока он удалиться на двадцать шагов и пошёл следом. В принципе, конструкция казалась надёжной, но я всё же старался быстро преодолевать пролёты между брёвнами и прислушиваться к скрипу дерева.

С подъёмом открывался живописный вид на ярко-зелёное море леса, раскинувшееся до самого горизонта, куда глаз ни кинь. Набрав ещё высоты, я смог рассмотреть вдали нитку южного тракта, над которым стояла пылевая завеса — это могло означать лишь одно: по тракту вереницей тянутся обозы. Мастер Ригго был прав и ван Ауден торопиться захватить Тизу до наступления холодов.

У самого края скального выступа тропа упёрлась в очередную полку, от которой вверх была протянута верёвочная лестница — настоящее испытание для нашего отряда: сэр Тормик сорвался на середине пути и, зацепившись мешком за один из крюков, к которым крепилась лестница, завис. Совместными усилиями мы сняли бедолагу с крюка и отряд благополучно вышел на плато.

— Вы это видели?! — воскликнул Гариус, тыча пальцем в сторону тракта. — Ван Ауден идёт маршем на Тизу!

— Нет, это скорее всего войско нортимцев, — парировал жандарм. — Мастер Ригго, что это за изгиб тракта вон там.

Он указал направление.

— Хм… — чистый почесал бороду. — Это, должно быть, перед таверной месье Буонорэ. Там когда-то стоял кордон охотничьих угодий де Вастов.

— Да-да, — закивал де Мори. — Точно так. Вон та полоска — мост через Руллу. А это значит, что мы видим войско Онорэ де Биро. Рёсинарцы должны быть южнее, они отстают на пару дней.

— Они ещё смеют устраивать пари, кто первым возьмёт Тизу?! — Гариус в гневе сжимал кулаки. — Ублюдки!

— Отсюда не видно, но вон там. — Мастер Ригго указал за горизонт, где скрывалась лента тракта и продолжил: — Стоит замок барона де Сэнотт и гарнизон там поболее тилерборского.

— Но Онорэ не сможет осадить замок, у него нет ресурсов для этих целей! — воскликнул жандарм. — Если только…

— Да, — кивнул красноглазый. — Проделать точно такой трюк как с Тилербором. Заставить гарнизон выйти в поле. Говорят, барон тот ещё задира. Он точно клюнет на провокацию.

— Они же ничего не знают! О Создатель! — взмолился де Мори. — Нужно срочно сообщить! Владеющая, прошу вас, попробуйте ещё раз!

Тэсс кивнула. Она отошла от края и, усевшись прямо на голые камни, закрыла глаза.  Хмурилась, что-то шептала, а у рук её вспыхивали синие искры. Это длилось минут пять, затем владеющая открыла глаза и отрицательно покачала головой, во взгляде её поселилась тоска.

— Diol clane! Stronzoe! — выругался Гариус на заморском.

— О! — оценил сэр Тормик. — Как грубо. Вы знаете алианский?

— Конечно, я знаю алианский! — буркнул щёголь. — Я там учился! Единственный орден, где изучают силу пламени, находится в Алии!

— Я не знал.

И я не знал этого тоже, хотя, что уж кривить душой — даже не интересовался. Выходит, я мог ошибиться насчёт Мальвика? Сиплый голос, низкие стойки. Ну, конечно, он из Алии! С толку меня сбила его нетипичная внешность, и я, грешным делом, принял Мальвика за рёсинарца. Теперь всё сходится.

«Бесов праздник!»

Мантикоры Рёсинара куда как уступают драконам Алии, потому что в школе Дракона помимо фехтования так же изучают азы управления потоками. Это я вчера ещё легко отделался.

«Мальвик опасен. Даже для меня».

— Мастер Ригго! — не унимался де Мори. — Неужели мы ничего не можем сделать?!

Чистый с минуту думал, затем резко дёрнул головой в знак отрицания и устремился быстрым шагом в сторону далёких Белых гор, которые просматривались у края горизонта. Я поспешил следом. Позади ещё какое-то время раздавались голоса Гариуса и де Мори, но вскоре ветер, поднявшийся над горным плато, поглотил их.

К вечеру мы пересекли долину и вышли к редколесью. Лагерем встали у небольшого озера с прозрачной, но жутко холодной водой. Группа так выдохлась за день, что некоторые повалились, не дожидаясь ужина. Лишь Мальвик, мастер Ригго и я оставались в форме и условились поделить дежурство. Первым вызвался я, так как спать мне совершенно не хотелось.

Я подкинул дров в костёр, закутался в тёплую шубу и стал просто смотреть на огонь. Что-то мне подсказывало — это один из последних дней, когда можно греться у костра на открытом воздухе. Ночью где-то ревел лось, я надеялся, что это был лось, так как звук был довольно жутковат. Старался не думать о предстоящем переходе и начинал сомневаться в правильности выбранного пути. Если ван Ауден и де Биро возьмут Тизу или осадят её, то какой смысл нам, нет, мне, идти в город? В мою задачу никогда не входили планирование и подготовка работы: я исполнитель — появился сделал дело и исчез. Обстоятельства сыграли против нас всех, в том числе и против Добрых Людей, но на руку епископу-коадъютору Арману де Битроль. Такое порой случалось, и работа вновь переходила на этап планирования: другое место, другие исполнители и методы. Я со спокойной душой и чистым сердцем мог доложить наверх, что задача невыполнима, и для этого мне не обязательно было переться в Тизу через горные перевалы. Я бы мог повернуть назад, выйти на южный тракт и, прикинувшись бродягой, уйти в Рёсинар. Но тогда до Ласвонга я бы добрался только к следующему лету. Ещё я понял, что мне не хотелось оставлять Тэсс: Гариус с Мальвиком могли легко бросить её, на мастера Ригго надеяться глупо, потому как у чистого были свои мотивы и задачи, жандарм и рейтар в данном случае мало чем отличались от бесполезного груза — этих бросят в первую очередь.

Я вздохнул и решил, что сперва нужно преодолеть Белые горы, а там видно будет. Потом и расстаться можно со спутниками. Не раньше.

Владеющие ворочались в тревожных снах, видимо сказывались последствия резкого выброса силы — по моим прикидкам, восстановиться они должны к утру следующего дня. Кавалеристы же спали как убитые, с этих станется: в регулярной армии подобные нагрузки не в диковинку, хотя благородные господа всё же были всадниками, а не пехотой — им так же должно быть нелегко. Мечник и мастер Ригго и вовсе лежали безо всякого движения, не издавая никаких звуков. Я подкинул ещё дров и уныло взглянул на заснеженные шапки пиков, которые слабо светились в лунном свете.

Вторым дежурил Мальвик. Он молча поднялся и сел у костра. На меня даже не смотрел. Ну вот и славно. Признаться честно, я тоже не испытывал никакого желания вести с ним беседу: следовало с пользой провести остаток ночи и хорошенько выспаться.

Мастер Ригго разбудил отряд, когда небо едва посерело.

— Сегодня длинный переход, — пояснил он.

— Что?! — Гариус пытался продрать глаза спросонья. — Ещё длиннее, чем вчера?!

Чистый благоразумно промолчал, так как привык уже к стенаниям щёголя.

В это утро отряд собрался на удивление быстро, и довольный мастер Ригго уверенно задал темп по направлению к ближайшему хвойному островку среди серых камней. За лесом начинался курумник, подпирающий первые скалы, среди которых, как я понимал, должен был быть какой-то проход к перевалам. Белые горы сейчас выглядели особенно зловеще, подсвеченные лучами восходящего солнца. Мне тоже не понравились слова чистого о долгом переходе, потому как картина складывалась такая, что ночь мы встретим уже на высоте, а ночевать под стылым ветром мне очень не хотелось. Но у красноглазого был план, и я был склонен доверять ему.

Солнце уже забралось высоко, когда мы вышли на лесную опушку с горным ручьём. Мастер Ригго сразу вскинул руку в предупреждающем жесте, и я замер, внутренним чутьём осязая опасность. Замер и Мальвик, по-видимому, он тоже что-то почувствовал. Кавалеристы держались расслабленно и только Гариус бранился на чём свет стоит.

— Ну что ещё?! Снова эти ублюдки?! Я спалю этот лес! Слышите?! Твари?! Только суньтесь.

— Гар! Умолкни. — Тэсс стукнула щёголя локтем в бок.

Мастер Ригго никак не реагировал. Он снял шапку, отложил лук, топор, тул со стрелами, затем поднял левую руку и направился к ручью. Из леса навстречу вышел мужчина в меховых одеждах, в руках он держал точно такой же лук, какой был у чистого — слишком крупный для низкорослых могги. Я слегка расслабился, так как воин имел светлую кожу и тёмную бороду. Он, скорее всего, один из разведчиков Горного полка.

Чистый быстро перекинулся с мужчиной несколькими фразами и тот добродушно похлопал красноглазого по плечу. А затем показались они: пятеро лучников и четыре воина со щитами и короткими топорами вышли из лесной чащи на поляну, причём все с разных сторон. Одеты они были так же, как и командир, а точнее — десятник. Двое появились позади нас. Я бы мог поклясться, что не чувствовал присутствия человека, когда мы проходили там. Маскироваться разведчики умели.

— Десятка Валло, — представил воинов мастер Ригго. — Лучшие следопыты Старого форта!

— Владеющая, мэтр, — склонил голову разведчик. — Десятник Валло, командир специальной отдельной группы четвёртой роты капитана Ромура.

— Расслабься. — Гариус небрежно махнул рукой. — Так значит это вам выпала честь сопроводить нас через Белые горы?

Щёголь явно шутил, но разведчик сошёл с лица и неуверенно покосился в сторону чистого. Тот почесал бороду и сказал:

— Дело заключается в следующем. Валло, как давно твой отряд вышел из Старого форта?

— Две недели как в дозоре.

— Тогда слушай.

Мастер Ригго вкратце пересказал десятнику события последней недели. Надо отдать должное командиру — не один мускул не дрогнул на его лице.

— Пресвятая Дейла, — выдохнул он под конец рассказа. — Это что ж за напасть пришла в наши земли?

— Ван Ауден, — скривился Гариус. — И иже с ним.

— Мы идём в Тизу, — сообщил чистый. — Идём единственным коротким путём через Белые горы. Я не могу требовать от тебя подчинения, но нам бы пригодилась ваша помощь.

Десятник запустил пятерню в кустистую бороду, покосился в сторону своих людей и тихо произнёс:

— Тут такое, значится, дело. Ребята не из робкого десятка, но то ли могги выслеживать или браконьера какого скрутить, то ли с силой поганой связываться. Страшатся ребятки изменённых, знаете ли. Вот если бы мэтр фокус какой показал, тогда бы воспрянули духом парни мои. В горы эти не ходим мы уже с год как, дела там скверные творятся…

— Еловый перец! — воскликнул щёголь. — Ну я вам, что? Шут гороховый? Фокусы им подавай! Да я…

— Гар! — Тэсс снова саданула напарника в бок.

— Чтоб вас… — сдался Гариус. — Фокус, говоришь? Ну на!

Владеющий хлопнул в ладоши и сухой кедр на краю поляны взорвался облаком пламени. Меня обдало жаром и слегка толкнуло волной от взрыва. Я стал искать укрытие от надвигающегося пламени, но Гариус развёл ладони и пламя с глухим хлопком опало.

— Пресвятая Дейла! — десятник снял шапку и протёр испарину на лбу.

Разведчики оживились. Они тихо перешёптывались и тыкали пальцами то в нашу сторону, то в сторону взорвавшегося кедра.

— Ну как? — Щёголь сложил руки на груди и приподнял бровь. — Хорош, фокус-то?

— Хорош, мэтр! — закивал Валло. — Ой как хорош!

— Значит решено? — спросил чистый.

— Пойду покумекаю с ребятушками, — кивнул десятник и отошёл к разведчикам.

Как я и предполагал, разведчики согласились сопроводить нас через перевалы и дело тут было вовсе не в представлении Гариуса. Авторитет мастера Ригго заслуживал уважения, а хитрый десятник просто решил приободрить своих ребят. Отказать чистому Валло вряд ли бы осмелился, а солдаты бы подчинились любому приказу. Насколько мне было известно, армейские недолюбливали владеющих, некоторые даже не верили в способности последних: ведь те не ходили среди простых смертных и не использовали поток по случаю и без, поэтому любая демонстрация для солдат было сродни грому среди ясного неба.

Хоть наш отряд и увеличился в численности, но этого заметно не было. Рядом с нами ступали только двое солдат с луками, остальные, включая десятника, скрылись в лесу и никак себя не выказывали. И даже когда мы выбрались из зоны леса и начали затяжной подъём по курумнику, то и тут я не смог обнаружить следопытов и лишь у подножия скал наш отряд собрался целиком. Как разведчики добрались на возвышенность раньше нас — для меня оставалось загадкой.

Дальше путь вёл прямиком на скалы, поэтому мастер Ригго объявил длинный привал, чем, собственно, я и воспользовался — растянулся на тёплом от припекающего солнца камне и попытался вздремнуть.

«Послушай, — услышал я голос Тэсс. — Без сфер Дейлы я мало что могу. Тот человек в жёлтом очень силён, он одним заклинанием разрушил полную сферу. Ты слышишь меня?»

«Да».

«Ментальная связь требует большей концентрации без сфер, а поскольку ты не способен воздействовать на пятую сферу, то я трачу в два раза больше. И если…»

«Тэсс! Я понял. Ментальную связь можно не использовать».

Она замолчала. Надолго.

«Я не знаю, что нас ждёт на перевалах, — наконец сказал она. — У меня плохое предчувствие».

«Держись меня».

Поспать мне так и не дали. То ли передалась тревога Тэсс, то ли неумолкающий Гариус, который о чём-то в голос спорил с де Мори, но сон так и не пришёл. Наконец мастер Ригго скомандовал подъём, и мы снова отправились в путь. Десятка Валло уже взбиралась на скалу, провешивая перилла, что не могло не радовать. Подниматься по верёвке всегда легче, нежели карабкаться полагаясь только на силу собственных рук. Да и вряд ли такой подъём осилили бы наши кавалеристы.

Хоть скала была и невысокой, но подъём отнял порядочно времени и сил. Сверху открывался замечательный вид на прилегающее плато и редкие зелёные островки леса. Вдали плыли тёмные облака, и я очень надеялся, что ветер не снесёт их в сторону гор, так как в дождь, который, скорее всего, на высоте превратиться в снег, попадать не хотелось.

— Нужно торопиться, — нахмурился чистый, подтверждая мои опасения.

Дальнейший путь пролегал по осыпи — мелкие камешки постоянно выскальзывали из-под ног, норовя утащить зазевавшегося путника вниз, а то и вовсе вызвать обвал обломков породы. Группа двигалась зигзагом. Первым шёл десятник Валло — замыкал мастер Ригго. Они следили чтобы отряд не растягивался, а держался как можно плотнее, мотивируя это тем, что если кто-то скинет крупный камень вниз, то шанс получить этим валуном по лбу меньше, нежели если бы отряд растянулся в длинную цепочку. Я счёл такой способ вполне логичным и даже вечно недовольный Гариус не стал возмущаться, мол, не к лицу ему придерживаться каких-то норм и правил.

Подъём мы преодолели, когда сумерки уже спускались на плато, а солнце стремительно клонилось к горизонту. Перед нами открылась горная долина с довольно крутым подъёмом вдали, а в лицо тут же ударил холодный ветер. Взлёт вёл к одинокой башне и, вероятно, там находился первый перевал. На хребтах вокруг долины местами просматривались снежники, которые не таяли даже летом.

— Хранитель, — кивнул в сторону башни десятник Валло.

— Вы всем строениям даёте названия? — ухмыльнулся Гариус.

— Этой башне сотни лет, — пожал разведчик плечами. — Неизвестно, кто её так назвал.

— И вы предлагаете лезть туда в темноте?

— Придётся. Там должны быть дрова, и от ветра можно укрыться. Уж поверьте, через час-другой вы меня ещё будете благодарить.

Гариус явно крутил на языке очередную колкость, но натолкнувшись на строгий взгляд Тэсс, решил промолчать.

— Я один это вижу?! — воскликнул де Мори.

Я проследил за направлением его взгляда и увидел: снизу, как раз над тем участком леса откуда мы поднялись, клубилось тёмное облако, оно было столь неестественным, что думать о лесном пожаре не приходилось, а через мгновение я рассмотрел знакомые тени, которые вырывались из тёмной дымки и снова скрывались в ней, и мог бы поклясться, что слышал мерзкий вой, хотя это, скорее всего, было моё воображение.

— Ах ты ж… — выдохнул Гариус.

— Быстро переодевайтесь! — приказал чистый. — С наступлением ночи температура сильно упадёт. Нам нужно сегодня успеть подняться к Хранителю.

— Пресвятая Дейла! — ужаснулся сэр Толмик. — Он идёт по нашему следу?!

— Вполне возможно, — кивнул мастер Ригго.

— У меня волосы на руках шевелятся от подобного выброса силы. — Тэсс не мигая смотрела на облако тьмы. — Кто они такие? И сколько таких у ван Аудена?!

— Сомневаюсь я, что они подчиняются королю Рёсинара напрямую, — скривился Гариус. — Скорее они заодно, но преследуют какие-то свои цели. Иначе плохая дисциплина в армии ван Аудена, раз его наёмные владеющие бродят по тайге и сжигают прорву силы. Вот кого он там приложил таким мощным заклинанием?

— Возможно это могги, — ответил десятник. — Здесь земли лояльного клана. А возможно изменённые. С закатом солнца наступает их пора.

— Появились идеи? — Тэсс перевела взгляд на щёголя.

— Всего лишь предположения, — отрицательно покачал головой владеющий. — В Алии я слышал байки про Первородных или Первозданных. То ли древний орден, ныне запрещённый церковью Создателя, то ли новый орден из растущей на юге культуры материалистов, или как там они себя называют?

— Еретики! — буркнул де Мори.

— Они самые. Но, как по мне, так чушь несусветная.

— Эта чушь чуть не отправила нас на встречу с Создателем!

— Женщина, я заметил это! — развёл руками Гариус. — Но верить байкам не собираюсь. Пусть церковь разбирается с этой ересью.

— Кто такие изменённые? — вмешался сэр Толмик.

Никто не спешил с ответом.

— Что они из себя представляют, — спросил я у Тэсс.

— Я видела только начальную стадию в Дубом Щите. Сложно объяснить, они чем-то похожи на больных бешенством. Так же не могут сглотнуть слюну и пить воду, бредят. Но не умирают.

— Если не ускоримся, то у нас появятся все шансы увидеть окончательную стадию, — поторопил мастер Ригго.

— Что за дела творятся на Крайнем Рубеже?! — воскликнул жандарм.

— Идёмте скорее, я вам всё расскажу по пути, — сказал чистый с натянутой улыбкой.

Выражение лица красноглазого не внушало доверия. Я выругался про себя и стал натягивать меховой костюм.