Белее выпавшего снега и тоньше первого ледка...⁠⁠

"Виноградовский" фарфор

История русского фарфора длинна и неоднозначна. Начнём с того, что в 1744 году Её Императорское Величество Елизавета Петровна озаботилась тем, что в ея коллекции нет, как не было, посуды отечественного производства. Всё китайская, да немецкая. Возможно, к этой мысли государыню подтолкнули предложенный ей заграничные дары. Воля императрицы подтолкнула исследования инженера и химика Дмитрия Ивановича Виноградова, собственноручно разработавшего, как технологию изготовления фарфоровой смеси из местного сырья, так и составы красок и позолоты для фарфора. Первые отечественные печи для обжига фарфоровых изделий также созданы инженером Виноградовым.

В 1747 году Д.И. Виноградов представил императрице результаты своих трудов, и Её Величество осталась весьма довольна, за чем воспоследовала организация первой русской порцелиновой (от немецкого Porzellan или французского porcelaine – фарфор) мануфактуры. Правда, некоторые историки считают, что первенство в его основании принадлежит русскому министру Н.А. Корфу, в том же 1744 году заключившему при датском дворе договор с неким туземным специалистом Х.-А. Гунгером, обязавшимся наладить фарфоровое производство в России. Заинтересованность императрицы в новом производстве подкрепляет и тот факт, что надзор за работами был поручен управляющему кабинетом Её Величества барону Н.А. Черкасову. А уж он, как говорят, пригласил на работу инженера Виноградова.

Специалист Гунгер, как утверждают всё те же заводские историки, оказался мошенником, так и не сумевшим создать ни одной фарфоровой вещицы, его труды, тщательно скрываемые от русских, как производственные секреты, окончились лепкой и обжигом обычного глиняного горшка. По мнению заграничного спеца, в России и глины плохие, и дрова для обжига негодные и люди – бездельники и неумёхи. Тем не менее, барон Черкасов два года ждал результатов от датского специалиста (полагаю, что и средства из казны на его содержание капали немалые). Затем терпение барона (или Её Величества) лопнуло и специалиста отправили восвояси. Ладно хоть, что не по частям. Тут-то у Дмитрия Ивановича Виноградова и пошло дело, из плохих глин, при помощи негодных дров и бездельных людишек инженер создал первый русский фарфор. Кстати, инженер, как человек образованный и обладающий даром предвидения, секретов мастерства хранить не стал, а написал для последователей монографию «Обстоятельное описание чистого порцелина как оной в России при Санкт-Петербурге делается купно с показанием всех к тому принадлежащих работ».

Порцелиновая мануфактура начиналась с малого – с изготовления пуговиц, мелких украшений, курительных трубок и модных в то время табакерок. Самым большим изделием мануфактуры стал «собственный Ея Величества» сервиз для парадных обедов.

При Екатерине Второй (что-то у нас славятся правители всё больше вторые, о первых хорошего не так уж много, разве что Пётр Великий отличился) Порцелиновая мануфактура преобразована в Императорский фарфоровый завод, перед мастерами которого императрица поставила задачу: «удовольствовать всю Россию фарфором». И, как очевидно, мастера «удовольствали». Сегодня мало кто не видел фарфора Ленинградского фарфорового завода имени Ломоносова, или, хотя бы не слышал о нём. Кстати, «екатерининский» (да и более поздний тоже) фарфор у антикваров ценится наравне с произведениями искусства, невзирая на плохие глины и негодные дрова. Ещё бы, ведь завод выпустил не только изящные «императорские» сервизы, вроде «Кабинетского» или «Арабескового», но и великолепную скульптурную серию «Народы России», состоящую из более ста фигур авторства мастера Павла Каменского. Работа над серией шла с 1907 по 1917 год, до самой революции.

Несмотря на презрительное отношение революционных масс к «царским безделкам», Императорский фарфоровый завод всё-таки выжил, м был национализирован в 1918 году. При этом ассортимент выпускаемых изделий разительно изменился, теперь завод включился в революционную агитацию по полной, согласно ленинскому плану монументальной пропаганды. В двадцатые годы прошлого столетия русский фарфор отразил всю мощь революционного движения и становления новой страны. Заводские историки пишут: «Под руководством С. Чехонина, которого впоследствии стали называть «мастером советского ампира», в создании агитационного фарфора принимали участие А. Щекотихина– Потоцкая, Н. Данько, В. Кузнецов, Лебедева, Адамович и др. С фарфором 20- х годов связаны имена Б. Кустодиева, К. Петрова–Водкина, М. Добужинского, ставших всемирно известными К. Малевича и В. Кандинского». Некоторые из этих имён известны во всём мире, и не только антикварам.

Конечно же, завод занимался не только искусством, мастера работали над химическим и техническим фарфором, на ЛФЗ впервые в России получили оптическое стекло. С конца 1930 годов на заводе изготавливались даже барельефы для станций Московского метро и речного вокзала. Тем не менее, основными оставались художественные изделия. В 1925 году на Всемирной выставке в Париже тысяча экспонатов ЛФЗ принесла создателям золотые медали и мировое признание. Не стоит думать, будто «золото» получено за знаменитый «екатерининский» фарфор, на выставке было широко представлено новое пролетарское искусство, поразившее мир.

Тем не менее, соцреализм, как и лозунг «искусство – в массы» не оказал подавляющего влияния на производство ЛФЗ, ленинградский фарфор остался тонким («костяной» фарфор), изящным, отличающимся характерным «лунным» цветом и изысканными формами. Благодаря этому он востребован в мире и сейчас. За создание тонкостенного «костяного» фарфора мастера получили Государственную премию СССР.

С перестройкой завод едва не «ушёл» в чужие руки посредством незаконной скупки акций иностранными предпринимателями. Тем не менее, пережив чёрное время, ЛФЗ был выкуплен российским предпринимателем Николаем Цветковым и остался отечественным. В 2005 заводу вернули старинное имя, теперь он называется Императорским фарфоровым заводом. Завод производит около четырёх тысяч наименований изделий, однако, учитывая нацеленность на продукцию класса «люкс», массовым ширпотребом уже не занимается. А по разного рода аукционам и антикварным лавкам всё также ходят выпущенные ещё ЛФЗ «кобальты» и ленинградские кобальтовые и золотые сетки. Наверное, того, что сделано, хватит ещё надолго.