Всё изменилось, после конфликта со старшекласниками.

Конфликт начался после моей фразы "Что более умный уступит". Ага.. Из-за стула, который оставался последним, и я его с этими словами отдал ему на одном мероприятии. А он был старшеклассником, и восходящей звездой местного футбола. (они как оказалось позже во все времена ебанутыми были)

После мероприятия, мне была кинута предъява и попытка дать мне по лицу. Ну и мне уже пришлось его просто отпиздить и повалять по асфальту. Ну а хули мне - 1е спортивные разряды по трём видам борьбы.

Потом пол его команды за углом школы меня окружили и... требовали извиниться. За то что я его назвал дураком. Поскольку дураком я не был - я извинился, и сказал что его дураком не считаю. На этом конфликт был исчерпан.

Но. И в классе, половина которого была свидетелями событий (в т.ч. тот самый задиристый изначально) отношение ко мне сильно изменилось. В лучшую сторону.

Так что да - "Добро должно быть с кулаками".

Сам я в детстве был... впрочем, почему был? - я по сей день часто туплю в совершенно простых вещах. Поэтому мне подумалось, что суть этого оружия в том, чтобы бить противника острым концом.
Так вот, воспитательница по какой-то причине отняла у Дениса свинчатку, положила её сверху на меловую доску, чтобы вернуть ему (а может, его родителям) в конце дня. Естественно, я приметил, куда она её положила. И когда Коля в очередной раз к кому-то пристал, я осмелел и стал на него наезжать. Подробностей драки я не помню, но в общих чертах было так: он погнался за мной, я добежал до доски, схватил свинчатку и ударил его острым концом прямо в темя. Он завизжал, мы схватились, он бил меня кулаками, я отбивался, но в этот момент считал себя победителем.
Когда нянечка увидела, как у Коли из головы бодро струится кровь, она настолько прихуела, что её чуть на месте инфаркт не жахнул. Она схватила меня за одежду на плечах и потащила в раздевалку, где, воя (видимо, от ужаса), несколько раз изо всех сил тряхнула меня так, что лямки оторвались, как на картинке, повиснув рваными лохмотьями. Потом отпустила меня, села на скамейку рядом и зарыдала. Успокоившись, она сходила куда-то и принесла нитки с иголкой. Лямки были пришиты на место, но так - чисто чтобы держалось. Реакцию мамы на мой видок вечером я уже не помню.

Прошло сорок лет. Коля выжил - ведь после мы с ним ещё и в школе вместе один год учились. Уже в нулевых и десятых я пробовал искать его в соцсетях, чтобы извиниться, но не нашёл. Возможно, он переосмыслил свой характер и стал тихим и спокойным - настолько, что даже в интернете не отсвечивает. А может, и нет. И кто-то всё же проломил ему его глупую башку до талого.

В классе был одни уебок, даже не альфа, а так, говнистый недосок, который уже всех заебал и он был самым моим ярым травителем. Уже на следующий день этот пиздюк дал мне повод. Я не стесняясь пиздошил его, пока она не начал плакать и орать. Вся беда заключалась в том, что я не знал что такое "юшка" и, посчитав что пойму, что это такое как только она покажется, продолжал экзекуцию.

Вроде и кровь уже на разбитой нюхалке и ученики уже не подбаривают меня, да и сам я уже порядком устал и запыхался, а "юшки" все нет. Но наказ деда надо выполнять!!! Неизвестно сколько бы я его еще пиздил, но меня оттащила училка. Сказали, что без родителей в школу меня больше не пустят.

Дома начались охи , ахи, начали заморачиваться на цветы и коробку конфет для училки. Потом пришли батя с дедом и начали орать на женскую половину, что дескать, совсем ебнулись. Дед в ультимативной форме заявил, что разбираться пойдет только он.

На утро в шикарном костюме и на такси (дед был астматиком, да и вообще презирал общественный транспорт) мы отправились в школу. В учительской нас поджидал целый отряд взвинченных шмар-учителей, опездюленный недоносок с фиолетовым лицом и его папаша, синявое похмельно быдло.

Дед без всяких приветсвий, с порога на уровне третьего этажа посетовал, что в кабинете нет ни шконок, ни параши, куда можно было бы загнать директрису и завуча. Вскользь покритиковл отступничество от традиционной советской школы преподавания и поинтересовался, есть ли хоть одна блядина, желающая высказать несогласие и проснуться в проруби с отрезанными сиськами. Потом он предложил всей толпой отправиться в класс и поинтресоваться у остальных детей, кто первый начал и кто всех заебал.

С этого момента училка и папаша уже начали оправдываться, мол, тот пиздюк же еще маленький и не понимает ничего, зачем такая жестокость. Дед уже совершенно распоясовшись, орал, что щенка трехмесячного можно научить слову "нельзя". Схватил алконавта за грудки, тряхну и спросил, "Он что у тебя, блять, тупей собаки?". Потом дед достал здоровенную выкидуху, охутиельную в своей странной отталкивающей ипугающей красоте, и резким движением выпростал горбатое лезвие. Фиксатор щелкнул в гробой тишине. Нож на глазах у всех был торжестенно вручен мне. Уже успокоившись дед устало произнес: "Вот, суки, теперь вы о-фи-ци-аль-но предупреждены. Мой внук сам ни на кого не полезет, я точно знаю. А кто до него доебаться вздумает, того он запорет нахуй, а посадят вас. Ходите теперь за ним следом и отгоняйте от него всех пидорасов. Это ваша работа в конце концов."

За дверью учительской он пшикнул ингалятором, потрепал мою голову, помог сложить нож, сам бы я низачто бы с ним не справился, и сказал никогда его в школу не носить, мол и так кулаки как кастрюли. Мой портфель потом до конца учебного года шмонали на предмет наличия прежде чем запустить в класс. По приходу домой я застал деда в приподнятом настроении. "Ебальник как осы покусали, в дверь не пролазиет и весь бурый. Отхуярил его на славу!!! Не внук, а пряник!!!" - хвастался мой дед домочадцам.

Из сети

В один осенний день эти малолетние упыри подкараулили Светку за школой. Денег у нее в тот день не было. Тогда главарь, здоровый второгодник, вырвал у нее из рук портфель, вытряхнул все тетрадки прямо в лужу, а напоследок сорвал с нее очки и с хрустом раздавил сапогом.

- Еще раз придешь пустая - мы тебя саму в этой луже утопим, сказал он

Светка пришла домой слепая, в грязи и в абсолютной истерике. Дома был только дед.

Дед Матвей был фигурой монументальной. Прошел вов в разведке, вернулся с двумя ранениями, работал токарем. Молчаливый, суровый, с руками, похожими на чугунные тиски.

Он посмотрел на рыдающую внучку и на растоптанную оправу в ее руках. Не сказал ни слова. Просто пошел в прихожую, надел свое старое драповое пальто, надвинул кепку и глухо бросил:

- Умывайся. Пошли.

Светка, всхлипывая, привела его к теплотрассе - шпана все еще тусовалась там. Они стояли впятером, дымили примой и что-то громко обсуждали.

Дед подошел к ним абсолютно бесшумно. Никаких криков. Никаких нотаций в духе «как вам не стыдно, пионеры».

Он просто шагнул к самому здоровому, молча взял его своей огромной рукой за воротник школьной куртки и... поднял. Буквально. Ноги восьмиклассника оторвались от земли. Пацан захрипел, попытался дернуться, но дед держал его так, словно это был котенок.

Остальные четверо мгновенно оцепенели. Дед обвел их тяжелым, ледяным взглядом, от которого, по словам Светки, даже у нее кровь в жилах застыла. А потом заговорил. Очень тихо, без единого мата, но с такой интонацией, что хотелось немедленно вырыть себе окоп и засыпаться землей.

- Если кто-то из вас... щенков... еще раз посмотрит в сторону моей внучки. Если вы хотя бы на метр к ней подойдете. Я вас по одному отловлю. И вы своими молочными зубами будете асфальт у школы грызть, пока он до самой котельной не кончится. Ты меня понял, герой?

Это он уже спросил у синеющего пацана и слегка встряхнул его, отчего у того пуговицы с треском отлетели от куртки и покатились по асфальту.

Парень смог только судорожно, выпучив глаза, кивнуть.

Дед разжал пальцы. Главарь рухнул в грязь, жадно глотая воздух и держась за горло.

- А за очки, дед достал из кармана обидчика мятый трояк и бросил его в лужу прямо перед лицом главаря, ты мне отработаешь. Узнаю, что обижаете кого-то поменьше, приду снова. И тогда мы будем разговаривать уже в подвале.

Дед развернулся, взял обалдевшую Светку за руку и повел домой.

Светка говорит, что на следующий день в школе была звенящая тишина. Пацан пришел с замотанным шарфом горлом и прятал глаза в пол. Когда Светка проходила мимо их компании в коридоре, они буквально вжимались в крашеные стены. Никто из них больше никогда не трогал ни ее, ни вообще кого-либо из младших классов.

Деда Матвея давно нет, но Светка теперь сама мама двоих пацанов. И, по ее словам, воспитывала их так, чтобы они никогда, ни при каких обстоятельствах не заставили чужого сурового деда прийти за ними к теплотрассе.

Знакомая моя, тег моё.