user11203600

Баня располагалась там же, на участке егеря, вливаясь, как бы в общие строения кордона. Сначала стоял дом, немного поодаль примостился сарай, где хранился мотоцикл и газовые баллоны, а метрах в тридцати от него, в прошлом году, построили и баньку, состоящую из трёх отделений – моечной, парной и большого предбанника с красивым столом.

Причалив, ребята, взяв провиант, отправились на участок по узкой тропинке, идя гуськом, друг за другом. Встречать их вышла сама Лидия Семёновна:

- Ой, а мы уж, грешным делом, думали, что вы не приедете…. Зря только топили.

- Да подзадержались маленько, фонарь искали, но так и не нашли. Куда сунули? Ладно, шут с ним, потом найдём… - ответил Дима, глядя на дымок, который вился из трубы на крыше.

Из дома вышел Николай и, подойдя к мангалу, стоящему невдалеке от сарая, стал картонкой раздувать угли.

- Давайте кастрюлю, - продолжила Лидия Семёновна бархатным голосом, - Пока будет готовиться шашлык, идите мыться, а я накрою стол в предбаннике, - и, повернувшись к зятю, добавила, - Коленька, когда управишься с мангалом, подбрось дровишек в печку, а то парная остыла, поди.

Отдав привезённые сумки, наши рыболовы, постоянно подтрунивая друг над другом, отправились в предбанник и, раздевшись, гурьбой завалились в мытную. Пополоскавшись там минут пятнадцать, они пару раз посетили парную, температура в которой, как им показалось, повышалась с каждой минутой. В конце концов, не выдержав истязаний паром, ребята выбежали остудиться в предбанник, глотая не такой горячий воздух широко открытым ртом. На столе уже стояла очищенная картошка, хлеб и зелень. Сейчас должны были принести шашлык и спиртное, заранее помещённое в холодильник.

В этот момент, на столе появились две капли чёрной смолы, взявшиеся неизвестно откуда.

- Чё за ерунда? – сказал Костя, поднимая голову.

На потолке, между досками люка ведущего на чердак застыла ещё одна капелька, готовая вот-вот упасть. Он молниеносно встал на стол и приоткрыл лазейку. В лицо ему ударили горячие языки пламени, обдав жаром с ног до головы и вызвав непонятное чувство страха.

- ПОЖАР!!! – только и успел крикнуть он, спрыгивая на пол и захлопывая лаз.

Все, в чём были, ломанулись на улицу.

- Вёдра неси! – проорал Дима Николаю, который и без этого указания поспешил к дому и через мгновенье выбежал с тремя ёмкостями. Раздав по ведру Косте и Сергею, они помчались к заливу набирать воду. Обратно первым появился Николай. Он собирался выплеснуть содержимое на баню, как услышал приказ Дмитрия:

- На сарай лей, на сарай!!! Баню уже не спасти… жерди есть?

- Рядом с поленницей, - тяжело дыша, прохрипел Коля, опорожняя свой резервуар в указанное место и показывая рукой в сторону забора, где лежали дрова.

Подбежавшие следом ребята тоже опустошили свои посудины на стенку хозблока.

- Вода ближе имеется? – понимая, что с затона её не натаскаешься, лихорадочно продолжал искать выход из создавшейся ситуации Дмитрий.

- В колодце, за домом, - немного отдышавшись, отозвался Коля, смотря, как огонь быстро спускается с крыши в низ.

- Вы с Костей таскайте воду, а ты Серёг бегом за жердями, - продолжал руководить

Дима и, секунду подумав, добавил, - если стена рухнет в нашу сторону хана кордону.

Лидия Семёновна всё это время сидела на скамейке у дальнего конца избы, обняв девочек, и не вмешивалась в происходящее.

Сергей, принеся палки, бросил их на землю и включился в процесс обливания сарая. Стены бани уже горели во всю, и сноп искр разлетался по округе, напоминая праздничный фейерверк. Вдруг послышался сильный шум, и крыша с грохотом обвалилась во внутрь, рискуя развалить всё строение.

- Быстро к жердям…

Все побросали вёдра и расхватали палки. Теперь и Дима решил перейти от слов к делу, выбрав себе самую толстую и длинную деревяшку.

Сруб трещал по всем швам готовый вот-вот рассыпаться.

- Приготовились… - продолжая выполнять роль старшего, отдавал приказы Дмитрий.

Они, все вчетвером, упёрлись в полыхающую стену.

- И ра-а-з…

Стена чуть качнулась, но устояла, лизнув пламенем сухое дерево шестов.

- И ещ-ё-ё…

Часть брёвен, с обратной стороны постройки, рассыпались веером, и стенка наклонилась в нужном направлении градусов на пятнадцать, отведя угрозу от сарая. Теперь осталось лишь ждать, когда огонь завершит своё дело. Чумазые и уставшие, не в силах больше стоять на ногах, они шлёпнулись на мокрую траву возле хозблока и прислонились спиной к влажным брёвнам.

- Какой придурок так дымоход проложил? - анализируя причину возгорания и придя в себя, спросил Дима.

- Гастарбайтеры, будь они не ладны, - проскрипел зубами егерь.

- Хорошо, что мы не в парилке сидели, а то, неизвестно чем бы всё это закончилось, - вмешался в разговор Костя и посмотрев на друзей, залился звонким смехом, так как лишь сейчас заметил, что из одежды у всех только плавки, а сажа и копоть сделала их похожими на папуасов.

Друзья, быстро поняв причину Костиного веселья, тоже разразились громким хохотом.

Через час, когда на пепелище остались одни тлеющие брёвна, а редкие язычки пламени, вспыхивали то тут, то там, из темноты показалась Лидия Семёновна:

- Ой, спасибо, ребятки, что бы мы без вас делали, даже и не знаю…

- Да, ладно… - буркнул в ответ Дима

- А как же вы в таком виде домой-то поедите? Ну-ка, берите мыло и давайте на речку, а я пока одежду подберу, - промолвила она и направилась в дом за ключами от сарая.

Отмывшись, переодевшись и попрощавшись с хозяевами, наши друзья потихонечку тронулись в путь. Выйдя на лодке из залива, они увидели на той стороне, где располагался лагерь, тусклый свет карманного фонарика. Взяв курс на него, они без проблем причалили к своему месту и поднялись наверх.  Тётя Люся, а это была она, стояла на берегу с того самого момента, как увидела пожар в заповеднике. Осветив прибывших, Костина матушка пришла в ужас от их вида: Дима стоял босой, в галифе довоенного образца, а на голый торс был накинут форменный китель лесника, годов пятидесятых, с оторванными пуговицами; На Косте просматривались старые милицейские брюки с лампасами, подвёрнутые снизу, и тельняшка, с растянутыми рукавами; Сергей выглядел тоже не лучшим образом.

- Что случилось? – только и смогла произнести она.

Вкратце объяснив суть происшедшего, все разбрелись по палаткам готовиться ко сну.

Утром проснулись поздно, ближе к полудню, благо погода позволяла выспаться, затянув небо облаками. Позавтракав, Дима собрал в пакеты всю одежду, которую давала им Лидия Семёновна и бросив на ходу: - Пойду верну, - направился к лодке.

Прибыв на место, подойдя к дому и поставив сумки у двери, он увидел человека в форменной одежде лесника, который вместе с Николаем прогуливался на месте гари. Увидев Диму, служивый спросил:

- Это кто?

- Так это ребята, о которых я рассказывал… - показывая рукой в сторону рыболова, ответил Коля, - плыли… увидели пожар…  пришли на помощь.

Чиновник, не спеша, выбравшись с пепелища, подошёл к Диме и, протягивая руку, торжественно сказал:

- Разрешите, от лица руководства, объявить Вам благодарность, за помощь при  тушении пожара!

- Спасибо! – с гордостью ответил наш герой, пожимая руку.

Не найдя ничего лучшего, Дмитрий поспешил удалиться, чтобы не мешать работникам заповедника заниматься вопросами в восстановлении кордона.

Оставшийся отпуск прошел без приключений, но навсегда остался в памяти от знакомства с егерем и его семьей. В назначенный день лагерь свернулся и машины растворились в заливных окских полях оставив после себя только примятую траву…

- Да без проблем, сейчас, несколько баночек «Балтики» возьму, и тронем в путь, - ответил он, вставая со стула и направляясь к палатке. Спустя несколько минут лодка отчалила в направлении заповедника.

Подплыв к заливу и встав на якорь по правую сторону кувшинок, Дима начал облавливать акваторию, стараясь провести блесну, как можно ближе к траве. Ещё вчера, затон, бушевавший от играющей и жирующей рыбы, сегодня будто вымер. Ни всплеска. Списав всё это на капризы погоды, он раз за разом делал забросы. Глухо. Сняв «Атом» и поставив «Сенеж», чудом сохранившийся с советских времён, Дмитрий, в очередной раз послал блесну в воду. Дав приманке заглубиться, он начал проводку, которая закончилась, наконец-то, поимкой небольшой зубастой около килограмма весом и, когда, сняв щуку с тройника, он отправлял её в садок, внезапно, из-за прибрежных кустов показалась «Казанка» егеря, остановившаяся рядом с ними.

- Николай, тебе чего? – недоумённо спросил Дима, немного ошалев, увидев лесника.

- Как чего? Ловите в неположенном месте… протокол надо бы составить, - твёрдозаявил он.

- Тебе же тёща всё объяснила… перестраховщик…

- Объяснила…, сейчас составлю, и ловите спокойно дальше, - пояснил он вполголоса, доставая бланки.

- Понятно. Вон на него и составляй, - кивнул Дима в сторону Сергея.

Оформив документы, егерь, так же бесшумно, как и появился, скрылся из виду, продолжив осмотр вверенной ему территории. 

Настроение, конечно же, было испорчено. Протащив, ещё пару раз, блесну около травы он повернулся к товарищу, который безмятежно опустошал очередную банку пенного напитка, и скомандовал: «Сдай назад, к тем кувшинкам», - имея в виду левый берег залива. Протяжно скрипнула о борт верёвка поднимающегося якоря и лодка, задним ходом, передвинулась метров на пятнадцать в сторону.

- А здесь можно пошвырять кое-что и поинтересней, - размышляя вслух, как бы разговаривая с самим собой, негромко пробасил Дима, снимая блесну и прицепляя раппаловский воблер. Дело в том, что на той стороне затона, где он ловил до этого, применять дорогущие рыбки было не безопасно из-за внезапных порывов ветра, который мог снести её на водную растительность или, ещё хуже, на кусты.

Где-то на третьей проводке, ведя воблер максимально близко к траве, Дима почувствовал, что приманка, ударившись лопастью обо что-то твердое и немного изменив траекторию, мягко вонзилась, скорее всего, в стебель кувшинки.

- Блин, зацеп… - в сердцах, упавшим голосом простонал он.

Дёрнув спиннингом, без особой надежды, пару раз по сторонам и уже собираясь будить рулевого, который успел задремать, удобно расположившись на диване поперёк лодки, получил в ответ, с того конца лески, мощный тупой толчок.

- Опаньки!!! Серёга, подъём! Заводи! – прокричал он, не отрывая взгляда от кончика удилища.

Спросонья, не понимая, что происходит, Сергей, быстро перемахнув через спинку дивана, завёл двигатель и уставился на Диму, ожидая дальнейших указаний.

- Чего стоишь, давай потихоньку вперёд, к центру залива…, - продолжал руководить Дмитрий, пытаясь этим манёвром изменить угол вываживания, - А то забьётся в траву, замучаешься выкорчёвывать…

Лодка, сместившись на десяток метров, остановилась, не глуша двигатель.

- Кто там? – спросил Сергей, затаив дыхание и напряжённо вглядываясь в манипуляции друга, который старался сдвинуть с места упирающегося противника.

- Похоже сом.

После нескольких неудачных попыток ему удалось оторвать соперника от дна и направить его в нужном направлении, гася потуги рыбы уйти в траву или коряги. Остальное вытягивание заняло не так много времени и, вот уже на поверхности показалась голова какого-то монстра, рядом с жабрами у которого торчал воблер, впившийся двумя тройниками в тело.

- Это кто? – открыв рот и медленно приподнимаясь с сиденья, спросил Сергей, ранее никогда не видевший такой рыбины.

- Дед Пихто…  подсак давай!!!  Быстрее…- еле сдерживал себя Дима, чтобы не перейти на мат, так как эмоции хлестали через край.

Ловко подхватив обитателя затона, на вид в котором было не меньше четырёх-пяти килограмм, в подсачник, Серёга плюхнул его на дно лодки, где Дима сразу наступил ногой на сетку сачка, рядом с рыбой, не давая ей трепыхаться, и устало проговорил:

- Всё, в лагерь, на сегодня приключений хватит.

Костя, наблюдавший ловлю через бинокль, так и не понял, кого зацепил Димон. Увидев, что лодка тронулась в обратный путь, он спустился к пристани встречать рыболовов.

- Ну, как, кого поймали? – спросил он, когда лодка причалила.

- Поймали…поймали, правда, чёрт его знает кого, - ответил с гордостью Дима, протягивая подсак Константину и беря спиннинг, - Пошли на берег, выпутывать.

Освободив трофей и отцепив крючки, Костя положил рыбу на траву, пытаясь догадаться, кто бы это мог быть, но его размышления прервал Дима:

- По названию мысли есть?

- Может какой-нибудь вид Амура? Хотя откуда ему взяться в Оке? – задумчиво ответил он и, повернувшись в сторону кухни, крикнул, - Па, пойди на минуточку.

Из столовой вышел Костин отец, дядя Слава и неторопливо подошёл к ребятам.

- Ё моё, Толстолобик!!! Редкий гость… травоед. Вот уж не ожидал, что они здесь ещё сохранились. Последний раз видел подобного лет двадцать назад. Ох, хорош, зараза! Ну и на что взял? – неторопливо расставил все точки над i Костин папенька.

- Забагрился. И куда его теперь? – не зная о вкусовых достоинствах данной рыбы, спросил Дима.

- Да хошь в кастрюлю, хошь на сковородку… Если правильно приготовишь, пальчики оближешь, - мечтательно произнёс дядя Слава.

- Ну и лады, дерзайте, а я смотаюсь до егеря, приглашу его семейство на вечернюю уху, - думая в мыслях наладить более тесный контакт с тем берегом, промолвил Дмитрий.

Через полчаса он вернулся и отрапортовал, что добро получено и часикам к шести можно ожидать гостей. Все принялись готовиться – Костя с матушкой отправились кашеварить, а остальные озадачились нехваткой сидящих мест, решив соорудить пару скамеек.

- Вон видишь, в заказнике затон?

- Ну.

- Так вот, по всему берегу тишина, а в заливчике-то вода кипит от ударов хищника. Может, вечерком встанем напротив него, покидаем спиннинг, – мечтательно произнёс он.

- Вот, блин, те неймётся, Димон! Ты не понимаешь, что это заповедник и тем более, за этим заливом, в ста метрах от него, домик егеря, который каждый вечер выезжает на лодке осматривать территорию. Вот те мало приключений… – попытался Костя втолковать прописные истины в Димину голову.

- Ребята, идите леща кушать, - раздался из кухни голос Костиной матушки.

- Ладно, потом помозгуем, - сказал Дима, вставая со стула и направляясь к лагерю.

Тут надо отметить, что заливчик, расположенный на том берегу и впрямь был хорош. Вдаваясь в глубь метров на сто и шириной в двадцать, он имел по всему периметру узкую полоску кувшинок, вдоль которых предпочитала держаться хищная рыба. А если учесть, что неподалёку находился домик егеря, то получалось, этакое рыболовное Эльдорадо с постоянной охраной, куда вход простым смертным был заказан.

Распечатав пару бутылок спиртного, все уселись за леща. Ну, за леща громко сказано, конечно, так, только пальцы жиром измазали. Хоть он и выглядел большим, но на такую компанию оказался маловат.  А рыбки-то хотелось наесться и не просто, а до отвала и ушицы похлебать и на копчушечке оторваться. Пройтись со спиннингом по берегу - бестолку, уже всё выловили до них, посидеть на донках, не то, хищника хотелось, судачка или щучку, ой, как хотелось….  И тут у Димы что-то «щёлкнуло» в голове. Он поднялся, сходил к машине, взял ещё две бутылки беленькой и, подойдя к Косте, негромко сказал:

- Собирайся, поедем к егерю.

- Блин, началось…. Ну и чего ты ему скажешь? Разрешите в заливчике половить спиннингом? Да он пошлёт тебя куда подальше.

- Я говорю, поехали, - уже заплетающимся языком, медленно выговаривая слова, продолжил Дима и добавил, - Я знаю, что делаю.

Поняв, что спорить с ним бесполезно, Костя сходил за спасжилетом, помог Диме упаковаться в него, одел свой, и они спустились к воде.

Переплыв на другой берег, моторка, почти бесшумно, вошла в затон и причалила рядом с «Казанкой» егеря. Дима не стал дожидаться, когда товарищ привяжет лодку, а, не спеша, чуть покачиваясь, направился к дому лесничего.  Костя догнал его только у порога, когда на Димин стук, без звука, открылась хорошо смазанная дверь и на крыльце показалась невысокая полная женщина пенсионного возраста, но выглядевшая, на удивление, довольно бодрой.

- Вам чего, ребятки? – добродушным голосом спросила она.

- Здравствуйте, нам бы с егерем поговорить, - икнув, пробасил Дима.

Здесь её взгляд упал на спиртное, она расплылась в широкой улыбке и запричитала:

- Так чего ж вы стоите, идите в дом, дорогие, мы как раз обедаем. Давайте-давайте, проходите к столу, - и попятилась назад, приглашая их войти в хату. Крикнув куда-то в пустоту: - Николай, к тебе гости, - она юркнула в соседнюю комнату и через несколько секунд, появилась обратно, с двумя стульями в руках.

Войдя в просторное помещение, они увидели, сидящих за накрытым столом людей, это был мужчина лет сорока, по бокам которого расположились две девчушки, младшей из которой, на вид, было около десяти, а вторая на пару лет постарше.

- Не стойте, присаживайтесь, - всё никак не могла угомониться бойкая старушка,

- Это Коля, местный егерь, а рядом, Оленька, - показывая рукой на младшенькую, которая ложкой водила круги в тарелке с супом, - И Машенька, мои внучата. А меня зовут Лидия Семёновна.

- Дима и Костя, - почти слитно, не разделяя имена, произнёс руководитель этой миссии и, выставив принесённое спиртное, уселся на предложенное место, подвинув стул поближе к столу, давая Косте пройти за ним.

В принципе, и без объяснений Лидии Семёновны было понятно, что на летние каникулы школьницы вывозились на кордон, к папе, под присмотр тёщи.

Как только Дима, откупорил бутылку, она не стала мучить сестёр, пытаясь запихать остатки пищи им в рот, а вежливо разрешила девочкам пойти погулять, после того как они отнесут свои тарелки на кухню. Ей не пришлось повторять своё указание дважды, девчата защебетали и, гремя столовыми приборами, выбежали из комнаты, оставив взрослых одних.

Наполнив стопки, Дмитрий, наконец-то, окинул взором снедь, думая, чем бы закусить.  По середине стола стояла большая кастрюля супа, прикрывая собой плошку отварного картофеля, сваренного в мундире, рядом с которым разместились тарелки с зелёным луком, помидорами, огурцами, хлебом и эмалированная миска квашеной капусты, но главное украшение обеда являла собой фаршированная щука с открытой пастью, занимающая добрую треть столешницы. Когда выпили за знакомство, за гостей и за хозяев дома, он, заплетающимся языком, посетовал на плохой клёв рыбы в этом году, на ухудшающуюся экологическую обстановку и в конце, как бы невзначай, обратился к егерю:

- Николай… ик, я, думаю, большой беды не случится, ежели мы завтра, утречком, покидаем спп-и-ннинг в заливчике… часок. А? – и достав из кармана несколько смятых крупных купюр начал засовывать их в открытую пасть фаршированной щуки.

- Дим, да угомонись ты, - одёрнул его Костя, вытаскивая деньги из глотки хищницы и запихивая их обратно ему карман, видя, как Николай, всё это время, о чём-то постоянно думает и совершенно ни на что не реагирует. 

Здесь стоить заметить, что со времени прихода непрошенных гостей егерь не проронил ни слова. Разминая очищенный картофель у себя в тарелке, лесник напряжённо соображал, кто же эти незваные гости – «подстава… проверяющие…ведь не зря ходят слухи, что так работают городские контролёры…. ещё эта тёща, будь она неладна, пускает в дом кого угодно… а может правда рыболовы… да нет, не похожи…»

Повисшую паузу прервал голос Лидии Семёновны:

- Ой, ребятки, да, Бог с вами, какой такой спиннинг в заливчике, - глядя с тоской на карман, в котором исчезла наличность, она продолжила, - Я сама, с внучками, там никогда на блёсны не ловлю, только на удочку, с берега, а в нерест и вовсе не подходим к нему, чтобы не пугать рыбу. Нет-нет, даже и не просите.

Услышав последнее предложение Лидии Семёновны, в помутневшем мозгу Дмитрия, мелькнула шальная мысль: «А, похоже, не егерь тут старший, как пить дать, не егерь. То-то я смотрю, он всё время молчит, слово сказать боится.  На тёщеньку надо давить, на тёщеньку…». Он встал со стула и торжественно произнёс:

- Лидия Семёновна, а разрешите, от себя лично преподнести Вам скромный подарочек, - и, подойдя к ней, предварительно сняв с себя дорогущий спасжилет, накинул ей его на плечи, попросив примерить презент. У женщины от удивленья открылся рот. Почему-то боясь, что жилет могут отнять, она моментально застегнулась на все крючки и подошла к шкафу, в двери которого было зеркало. Да уж, без прикрас, можно сказать, смотрелся он на ней великолепно, и складывалось впечатление, что при производстве этого спасательного средства мерку снимали именно с неё. Стоя у зеркала, она залюбовалась собой, а потом, кокетливо повернувшись к Николаю, сказала:

- А может, разрешим ребяткам часочек покидать в заливчике, а, Коль? Я думаю, большого урона для реки не будет.

Все дружно уставились на егеря, ожидая вердикта.

«Ну, кто её тянет за язык… так и работы лишиться не долго. Во, попал-то…». Поняв, что все ждут от него ответа, он, так и не решившись что-то сказать, не нашёл лучшего выхода из создавшейся ситуации, как, встать из-за стола и выйти из дома.

- Лидия Семёновна, ну так как? – пытаясь всё-таки урегулировать свой вопрос, сказал Дима, разливая остатки спиртного по стопкам.

- Ой, да, конечно, половите, только не долго, а с зятем я вечером поговорю. Как вернётся с обхода, так и поговорю, – заверила она рыболовов.

Получив согласие хозяйки и, выпив на посошок, ребята, посчитав свою миссию выполненной, отчалили к себе в лагерь готовить снасти.

- Ну да, барин приехал, - не сдержался Костя по поводу Диминой расточительности.

Ошарашенный свалившемуся счастью, пацан, боясь, что прохожий может передумать, взял деньги и быстро скрылся за ближайшим забором.

Подойдя к указанному дому, ребята увидели мужчину, который что-то делал на крылечке, но из-за наступившей темноты, понять, чем он там занимается, было невозможно.

- Не подскажите, продавец здесь живёт? – начал диалог Дима.

- А зачем она вам? – вопросом на вопрос ответил голос с крыльца.

- Да хотели в магазинчике кой чего прикупить.

- Вы б ещё в полночь пришли…- проговорил сельчанин, давая понять, что разговор подходит к завершению, но в этот момент скрипнула входная дверь и на пороге появилась миловидная женщина, одетая в ночную сорочку, видимо, готовясь ко сну.

- Гриш, чего случилось то? – спросила она у мужа.

- Страдальцы, по твою душу… - пробурчал он, убирая инструмент и собираясь войти в дом.

Женщина пошире распахнула дверь, и луч света из проёма осветил фигуры рыболовов, стоящих у калитки. Она на секунду задумалась, как будто что-то вспоминая, а потом осторожно спросила:

-  А не вы ли в прошлом году к нам приезжали, ну, ещё магнитофон мне подарили…

- Мы… мы… - почувствовав, что срастается, радостно запричитал Дима, подвигаясь поближе к свету, чтобы его лучше было видно.

- Бегу мальчики, бегу…- взвизгнула женщина, скрываясь в доме.

Не успел Костя прикурить сигарету, как из калитки, в домашних тапочках и халате, надетом на ночную рубашку, выбежала их собеседница, гремя связкой ключей от дверных замков. Заметив молодого соседа, возвращающегося, по всей видимости, с дискотеки, не останавливаясь, на ходу, звонко крикнула, тоном не требующего возражения:

- Матвей, быстро заводи свою колымагу и мухой к магазину.

Сосед, был из той категории людей, которым дважды повторять не надо, он резко ускорился, перейдя на бег, успев только коротко, по-военному, ответить:

- Есть!

Вспоминая прошлогодний приезд Димы, когда за полчаса работы была сделана недельная выручка магазина, она ещё прибавила ходу, да так, что ребята еле поспевали за ней. Послышался лязг замков, скрип дверей и продмаг начал наполняться светом от постепенно включающихся газоразрядных ламп.

Редкие прохожие замедляли шаг и поворачивали голову в сторону горевших окон, не понимая, что происходит. Вот и Ниловна, с внучкой, идя от родной сестры, остолбенела, увидев открытую дверь в торговое помещение.

- Ба-а, давай зайдём,… ба-а, давай зайдём…ну, дава-а-й, - заканючила кроха, которая любила поглазеть на красивые товары, выложенные на витрине.

Денег у Ниловны с собой не было, да и девочку скоро нужно укладывать спать, но любопытство, отчего же открыт магазин в столь позднее время, пересилил её, и парочка направились к входу. Войдя в просторное помещение, они увидели двух покупателей, один из которых, стоя у прилавка, называл продукты, а Тоня, так звали продавщицу, быстро укладывала это в коробки, не забывая прибавлять сумму на счётах.

- Ба-а, купи шоколадку,…ба-а, купи шоколадку… ну, купи-и-и, - послышался тоненький детский голосок.

- Я не взяла деньги, - пыталась образумить её Ниловна.

- Ну, купи шоколадку,… купи-и…- продолжала просить внучка, теребя старушку за подол сарафана.

Дима, услышав это диалог, отвлёкся от витрины со спиртным, которая к тому моменту значительно опустела, и сделал пару шагов до кондитерского отдела.

- А дайте, пожалуйста, вон тот набор шоколадных конфет, - сказал он, выбрав самый большой и красивый.

Антонина, подставив табуретку, сняла его с полки и, протянув ему, автоматически переложила несколько костяшек на счётах. Повертев коробку в руках, Дима, не спеша, повернулся к Ниловне и, наклоняясь к ребёнку, промолвил:

- На…  держи!

Обхватив конфеты двумя руками, девочка замерла, не зная, что сказать. От столь щедрого подарка, у неё пропал дар речи и даже, традиционное, спасибо, которому её учили родители, куда-то улетучилось из головы ребёнка. Затянувшуюся паузу попыталась спасти бабушка, но то ли не найдя слов благодарности, то ли ошарашенная не меньше внучки, она не нашла ничего лучшего, как со словами:

- Милок, дай-ка я тебя расцелую, - броситься на Димину шею.

Костя, стоявший до этого без движения и издали наблюдавший забавную картину, мгновенно, в два прыжка, оказался между ними, загородив своим телом товарища от насильственного акта, быть зацелованным благодарной сельчанкой, до полуобморочного состояния. Ситуацию спас Матвей, подъехавший на своих старых «Жигулях» и внезапно появившийся в дверях, переключив всё внимание на себя. Он молча сделал несколько шагов и остановился, ожидая дальнейших указаний.

- А как Вас зовут? – вдруг ни с того ни с сего спросила продавщица, обращаясь к Диме.

-  Это ещё зачем? – не понимая, куда она клонит, вопросом ответил он, глядя, как Константин аккуратно оттесняет бабушку с внучкой к выходу.

- А можно мы школу Вашим именем назовём? - без тени улыбки на лице и, как показалось со стороны, на полном серьёзе, промолвила Тоня, глядя на сумму Диминых покупок.

Не найдясь, что ответить, он промычал что-то себе под нос и, повернувшись к Матвею, рявкнул:

- Ну, чего стоишь, грузи коробки в машину.

Расплатившись и оставив презент Антонине, они тронулись в путь, взяв курс на пристань, где находилась лодка, под присмотром Сергея. Быстро перетаскав всё в моторку и отблагодарив водителя, ребята, выпив на дорожку по баночке пива с сушёными кальмарами, потихоньку отчалили от берега, в надежде вернуться к себе до полуночи.