submariner

submariner

пикабушник
пол: мужской
поставил 32523 плюса и 3718 минусов
отредактировал 0 постов
проголосовал за 0 редактирований
56К рейтинг 3103 комментария 55 постов 25 в "горячем"
2 награды
5 лет на Пикабуболее 1000 подписчиков
764

"Акулы из стали" - Косячок

"Акулы из стали" - Косячок I legal alien, Подводники, ВМФ, Акулы из стали, Длиннопост

Отчего вы, механики, такие, блядь, косячные?

- Чего это мы косячные?

- Нет, это я спрашиваю, чего вы такие косячные и не надо мне вопрос переадресовывать, а надо покраснеть лицом и попытаться мне ответить!

- Так мы вообще не косячные!

- А это что! – и командир хлопнул ладонью по журналу ГЭУ.



И если вы сейчас подумали, что журналу ГЭУ стало больно, то вы никогда не встречались с ним лицом к лицу. Журнал ГЭУ имеет размер амбарной книги и толщину, как бедро комсомольца. Он похож на роман «Война и мир» во всех её томах и в нём нет про Наташу Ростову, а есть в нём про цепную реакцию деления ядер урана, только без французского языка.



- Это? Журнал ГЭУ левого борта! – бодро доложил ему механик.

- Миллиметр! Нет! Пожалуй, даже микрон моего терпения остался, Хафизыч! Вот как можно было из-за такой хуйни проверку просрать?

- Так это у проверяющего надо спрашивать, а не у меня!

- Конечно! Конечно же вы не виноваты! Ну что за нелепые инсинуации с моей стороны! Только я тебе так скажу, - если бы проводился всемирный конкурс косячников, то вы его проиграли бы потому, что и там накосячили бы! Завтра проверка штабом флота. Что будете делать?

- Перепишем, чё.

- Очковтиратели!

- Не спорю! Всем вотрём, но флот не опозорим!

- И только трюмные войска, как всегда на высоте! Хоть их служба не легка, блестят они во всей красе! – гордо выпятил грудь Антоныч, то ли гордясь своими трюмными войсками, то ли своим экспромтом.

- Так себе рифма и пафоса дохуя, - буркнул Хафизыч.

- Ничо, Эдуард доработает напильником!



Сегодня, на проверке штабом флотилии в этом злополучном журнале нашли помарку: вместо цифры шесть была написана четыре и потом исправлена на шесть. То есть, когда оператор в пылу сражения, чем собственно и является для него ввод в действие ГЭУ, поднял среднюю компенсирующую решётку реактора на двести сорок шесть миллиметров (условно), он записал «244», а потом такой, боже какой же я дурак, ну конечно же шесть и исправил на шесть. А в журнале ГЭУ что? Правильно – запрещены всякие исправления, ну вот прямо совсем и хоть тот самый выход в море, в котором он это писал, закончился, что очевидно для всех, безаварийно, но что? Правильно, - штаб флотилии посчитал, что к выходу в море мы не готовы потому, как в журнале ГЭУ левого борта нашли исправление и вообще мы дураки значит, раз даже документацию ведём с нарушениями. На флоте ведь как, - сделал, но не записал, - считай, что и не сделал! Но так уж и быть, в счёт наших прошлых заслуг нам дают время для устранения до завтра, когда и состоится проверка штабом флота. Передёргивают, конечно, типа мы совсем пальцем деланные.



В иерархии штабных флотских проверок порядок заведён давно и никогда не меняется: проверяет корабль штаб дивизии, мы воюем с ними, проверяет штаб флотилии – дивизия уже воюет за нас, потому, что если они нас проверили и всё зашибись, то во всех найденных замечаниях виноваты уже кто? Правильно – всё равно мы, но уже, как бы, немножко и они. И так по восходящей до министра обороны. Там-то вообще все виноваты, обычно, без разбора.

- Анатолий! – сказал механик перед уходом дежурному по ГЭУ, - к утру переписать!



И бухнул на стол два кирпича - один почти исписанный, а второй новый и в запахе типографской краски.

- Как переписать?

- Как хочешь. Лично я советую руками.



Ну собрали вечером офицерский состав вахты на совещание, как же это половчее сделать. Понятно, что липа, но липа какой должна быть? Правильно – липа должна быть железной, или мы, может, в танковых войсках служим? Конечно, если накачать Толика кофеином по самые брови, то он и сам может переписать четыреста страниц убористого текста, но операторов-то три, значит и почерка должно быть три в журнале. Как минимум, чтоб не выставлять офицеров штаба совсем уж дураками. То, что журнал новенький они заметят, но сделают вид, что не заметили, а вот на один почерк отреагируют фразой «да вы совсем, чтоли, охуели». Однозначно, как говаривал один мой знакомый. Мичманов к этому делу решено было не привлекать, в связи с низким уровнем их каллиграфической подготовки и недостаточной ответственностью. Минёра тоже сразу отпустили…ну вы понимаете. И так вот прикидывали и сяк, но кроме троих офицеров БЧ-5 и доверить-то некому! В итоге остался Толик, Максим (дежурный по электрическому току) и я – дежурный по кораблю. И так и сяк я отпирался, мол и почерк у меня кривой и руки болят и глаза слезятся, но Толик сказал универсальную волшебную фразу «не ебёт» и дело завертелось.



Толика всё равно пришлось накачивать кофеином по самые брови, потому, как контролировать-то нас кто-то должен был, как ни крути. Понимаете, писать-то мы все умеем и некоторые делают это даже без ошибок, мало того, расставляют знаки препинания в положенных местах, но одно дело – писать «Мама мыла раму» или то, что вы пишите более-менее регулярно, а совсем другое - писать абсолютно чуждый для вашего образования и практических навыков текст. Если не верите, то попробуйте взять любой текст из далёкой от вас области знаний и попробуйте его переписать, тогда поймёте.



Толик стоял всю ночь над нашими скрюченными спинами и зудел:

- Ну как ты пишешь, блядь, что это за буква? Нэ? Да у меня хуй ровнее, чем ты нэ написал! Не покажу! А что за чёрточки? Вверху – тэ, внизу – шэ? А нормально писать, не судьба? Отставить старообрядчество в журнале ГЭУ! А тут запятые нахуя стоят? Какой деепричастный оборот? Это – журнал ГЭУ, а не сочинение на вольную тему, нормально пиши – больше точек и меньше запятых! Что за СКРы? Блядь, ты заебал, - компенсирующие решётки не склоняются, это тебе не прихожане в церкви!



К утру он уже шатался, охрип и говорил тихо, но так же не останавливаясь. Как он нам надоел, вы себе даже не представляете! В шесть часов журнал был готов: исписан, прошнурован, пронумерован и скреплён мастичной печатью.

- Так-то он вызывающе новый, с виду, - Толик всё равно был недоволен.

- Ну дык давайте над ним надругаемся! – предложил Максим, ну электрик, понимаете, одно на уме.

- А давайте!



Мы били журнал об стол, об палубу, об пирс и об кремальеры, листали страницы туда-сюда с неимоверной грубостью и пачкали их пылью с пирса и маслом из трюма. Пол часа – и журнал постарел на пару лет и хорошо ещё, что у него не было волос, а иначе он и поседел бы.



- Ну что, - спросил утром командир у механика, - переписали журнал?

- Так точно! И даже состарили его до нужной кондиции! Комар носа не подточит!

- Да ладно, - заулыбался командир, - за ночь? Журнал ГЭУ? Втроём?

- А нет же невыполнимых задач для человека, который сам не должен их выполнять! Народная мудрость! – вставил Антоныч.

Командир откинулся в кресле, сложил руки на животе и мечтательно закатил глаза:

- Вот это ты, Антоныч, умеешь фантазию мою распалить!

Приехал штаб флота, объявили тревогу, раскидали проверяющих по отсекам и боевым частям и начали прощупывать нас на предмет профессионального мастерства и порядка в быту. Мы с Антонычем сидим в центральном с крайне тревожными лицами и делаем вид, что ужасно заняты и скажу я вам, что у военных это искусство, делать вид, что ты ужасно занят в то время, когда ты не занят ничем, возведено в ранг абсолюта, - она шлифуется и оттачивается годами и нет пределов в совершенствовании этого, самого полезного на службе, навыка!



- Слушай, Эдуард, а вот что, интересно, будет, если трюмный журнал заставят без помарок вести? Вот что тогда Борисыч делать станет?

- Думаю я, Антоныч, что он его тогда вообще вести не станет.

- А давай-ка проверим. На-ка тебе трюмный журнал Борисыча и положи его себе под жопу!

- Антоныч, так-то это подстава! Борисыч злой и сильный!

- Отставить обсуждать приказания! Сказал – ложи, значит ложи!



Ну положил, конечно, куда деваться-то? Прибегает Борисыч минут через десять, я булки сразу расслабил, чтоб края журнала из-под жопы не выглядывали, - Борисыч-то суров, хоть и справедлив:


- Антоныч, где мой журнал трюмный? Тебе давал вчера на подпись!

- Андрюха, ты чо? Я тебе вчера его и отдал взад!

- Да ладно?

- Я те говорю! Отдал!

Борисыч зависает на секунду и чешет в затылке:

- Эд, журнала моего не видал?

Я поворачиваюсь как можно больше затылком к Антонычу и начинаю кривляться лицом, показывая вниз глазами, носом и ртом:

- Не, Андрюха, не видел!

Андрюха думает ещё секунду:

- Да и хуй с ним! Нет журнала – одно замечание, есть журнал – восемь! А чо ты кривляешься-то?

- Ах он кривляется, сука! Бунт затеял, поганец в трюмных войсках! – негодует Антоныч, - куда побежал! Вон твой журнал, под жопой у Эдика, забери!

- В пизду! – кричит Борисыч из-за переборки, - сейчас вам папа покажет, как надо проверки без документации проходить!



И прошёл, а как вы себе думали? Три стандартных замечания получил : «В трюме седьмого – говно; пятки раздвижных упоров не начищены с достаточной степенью; топор на щите плохо наточен». Так и пришёл на разбор с топором в руке.


- Тащ офицер, - несколько напрягся начальник штаба флота, - а….зачем у вас топор?

- Наточил, тащ контр-адмирал!

- Э…..

- Устранил замечание! Принёс предъявить по горячим следам!

- Блядь, ты себя в зеркало –то видел с топором в руках? Напугал, дедушку, вахлак! Что там у него ещё за замечания? Начнём с него, остальные-то хоть без топоров пришли!

- В трюме седьмого – говно, тащ контр-адмирал!

- Это само-собой, это же трюм седьмого! Много?

- Много!

- Просто много, или пиздец как много?

- Просто много!

- А, ну это – нормально! Поехали дальше, что там у нас.



По журналу ГЭУ замечаний не было.



- Ну молодцы, - сказал потом командир, - не то, что совсем молодцу, сами же накосячили, но выкрутились, за что и хвалю!



А ещё была история с синим шариком, потом её расскажу. Вообще документация на флоте – это важно. Не знаю, для кого, но что важно - точно знаю. Чем больше бумаг, тем выше непотопляемость, так сарказмили по этому поводу моряки, которые в море ходили и воспринимали эту запротоколируемость каждого своего шага как неизбежное зло, с которым хочешь, не хочешь, а приходилось мириться.

Публикую этот рассказ в День моряка-подводника, профессионального праздника сами понимаете кого. Хочу поздравить всех подводников, пожелать им здоровья, оптимизма и чтоб количество погружений всегда равнялось количеству всплытий. Ребята, не все понимают, как тяжело вам служилось и служится сейчас, сколько сил, энергии и терпения требует от вас выбранный вами путь, каких усилий и какого напряжения душевных сил. С праздником вас, ребята, дарю вам этот рассказ, - всё, что могу! А ещё, знаю, что нелепо это предлагать, вы и так это сделаете, но давайте вспомним сегодня всех наших погибших товарищей, пусть спокойно спят в земле, воде и железе - мы о них помним!
"Акулы из стали" - Косячок I legal alien, Подводники, ВМФ, Акулы из стали, Длиннопост
Показать полностью 1

РАЗЫСКИВАЕТСЯ ПЕЧЕНЬКА!

РАЗЫСКИВАЕТСЯ ПЕЧЕНЬКА!

Срочно нужна помощь пикабушниц и пикабушников, которым небезразлична судьба символа нашего сайта. Печенька, также известный как Печенюх, пропал! Наши источники сообщают, что его видели на стримерской платформе WASD.TV.


Все обстоятельства дела изложены на специальной странице, там же все добровольцы могут изучить доступные улики и приступить к поискам. Лучшие детективы, которые сыграют ключевую роль в поисках, получат щедрые награды.

Отличная работа, все прочитано!