moklebust
1604
рейтинг
8 подписчиков
46 подписок
51 пост
1 в горячем
Арты от darthfar
Показать полностью
3
Актуально, ящитаю
Автор Джек-с-Фонарём
добрый Джа, Вселенная, Будда, Кришна, или кто приставлен мне помогать
я живу, как фея из сраной книжки, сдал курсач до прошлого четверга
не беру чужое, не мажу белым, слышу скоп мелодий в своей груди
ты скажи мне просто, что я не сделал, где я бля еще-то не угодил?
ты подай мне знак-то, я ведь способный, вот кого не спросишь - все подтвердят
если вслух там стрёмно и неудобно, то письмом, во сне, как глаза глядят
я-то сдюжу, честно, всё высшим классом, так, как мне задумал великий ты
только можно больше без этой грязи, без вот этой мути и темноты?
я устал учиться лабораторно - острый лазер, скальпель, электрошок
я такой же искренний и упорный, если мне бывает и хорошо
не звонков друзьям на полночных крышах, хладных слов, наполненных немотой
я хочу уже очутиться выше, я хочу задуматься не о том
не проверки - сила, харизма, гибкость, натяженье нервов, удельный вес
лучше пусть - внезапность, и пусть - взаимность, и огромный мир на ладони весь
мир других открытий и новых вкусов, каждый шаг - неведомый водоем
это тоже сложно - я в курсе, в курсе - просто мы окажемся там вдвоем.
я серьезно - хватит вот этой драмы, прекрати ситкомовский балаган
будет солнце бликом на старой раме, и пути к неведомым берегам
разговоры, руки, тепло кровати, на двоих - огромные небеса
просто дай мне шанс, я уже на старте, с остальным - увидишь - я справлюсь сам.
добрый Джа, Вселенная, Будда, Кришна, или кто приставлен мне помогать
я живу, как фея из сраной книжки, сдал курсач до прошлого четверга
не беру чужое, не мажу белым, слышу скоп мелодий в своей груди
ты скажи мне просто, что я не сделал, где я бля еще-то не угодил?
ты подай мне знак-то, я ведь способный, вот кого не спросишь - все подтвердят
если вслух там стрёмно и неудобно, то письмом, во сне, как глаза глядят
я-то сдюжу, честно, всё высшим классом, так, как мне задумал великий ты
только можно больше без этой грязи, без вот этой мути и темноты?
я устал учиться лабораторно - острый лазер, скальпель, электрошок
я такой же искренний и упорный, если мне бывает и хорошо
не звонков друзьям на полночных крышах, хладных слов, наполненных немотой
я хочу уже очутиться выше, я хочу задуматься не о том
не проверки - сила, харизма, гибкость, натяженье нервов, удельный вес
лучше пусть - внезапность, и пусть - взаимность, и огромный мир на ладони весь
мир других открытий и новых вкусов, каждый шаг - неведомый водоем
это тоже сложно - я в курсе, в курсе - просто мы окажемся там вдвоем.
я серьезно - хватит вот этой драмы, прекрати ситкомовский балаган
будет солнце бликом на старой раме, и пути к неведомым берегам
разговоры, руки, тепло кровати, на двоих - огромные небеса
просто дай мне шанс, я уже на старте, с остальным - увидишь - я справлюсь сам.
О работе и отношениях
Летом перед последним школьным годом я познакомилась с парнем. Сейчас мы вместе уже несколько лет. Но суть не в этом - суть в том, что он одновременно учится и работает, и видимся мы от силы пару часов в неделю. В связи с этим огромное количество едва знающего нас народа почему-то считает необходимым вставить свои пять копеек абсолютно без повода и без вопроса.
Пример номер раз.
Я собираюсь в кино/на концерт/на спектакль/etc.
- С парнем пойдёшь небось?
- Нет, одна. Он сегодня работает.
- Аааааа, поняяяяятно...
И на лице/лицах начинают проступать пошлые ухмылки, подразумевающие, что они-то уж точно знают, с кем я пойду в кино.
Пример номер два.
Выполняем с одногруппником лабораторную работу - не успели сделать на паре из-за сложности расчётов. Звонят:
- Привет, ты где?
- Я с Некитом, лабу доделываем.
- Поняяяяятно, лааааабу...
Пример номер три.
Пригласили на официальное мероприятие, я позвала с собой друга детства. Друг - гей, практически не скрывается, то есть, ясное дело, я ему в этом самом плане абсолютно по барабану.
- Ой, а с кем ты была?
- С Андреем. Ты его знаешь.
- Ааааа, поняяяятно. Вы... это... того самого, да?
- Да с чего ты взяла?
- Ну потому что большинство так делает. Парень на работу, а они к другим липнут.
Я технарь, так что большую часть времени действительно провожу в мужском обществе - все бывшие подруги подались в гуманитарии, так что мало-помалу тем и времени для разговора стало всё меньше и в конце концов мы перестали общаться. С мужским полом проще - они не ищут в твоих словах подтекст и намёки, не обижаются при каждом удобном поводе и ещё много что "не".
Не знаю, как там делает большинство, но мне действительно обидно, что в верность девушек нынче не верят даже сами представительницы прекрасного пола. У меня всё.
Пример номер раз.
Я собираюсь в кино/на концерт/на спектакль/etc.
- С парнем пойдёшь небось?
- Нет, одна. Он сегодня работает.
- Аааааа, поняяяяятно...
И на лице/лицах начинают проступать пошлые ухмылки, подразумевающие, что они-то уж точно знают, с кем я пойду в кино.
Пример номер два.
Выполняем с одногруппником лабораторную работу - не успели сделать на паре из-за сложности расчётов. Звонят:
- Привет, ты где?
- Я с Некитом, лабу доделываем.
- Поняяяяятно, лааааабу...
Пример номер три.
Пригласили на официальное мероприятие, я позвала с собой друга детства. Друг - гей, практически не скрывается, то есть, ясное дело, я ему в этом самом плане абсолютно по барабану.
- Ой, а с кем ты была?
- С Андреем. Ты его знаешь.
- Ааааа, поняяяятно. Вы... это... того самого, да?
- Да с чего ты взяла?
- Ну потому что большинство так делает. Парень на работу, а они к другим липнут.
Я технарь, так что большую часть времени действительно провожу в мужском обществе - все бывшие подруги подались в гуманитарии, так что мало-помалу тем и времени для разговора стало всё меньше и в конце концов мы перестали общаться. С мужским полом проще - они не ищут в твоих словах подтекст и намёки, не обижаются при каждом удобном поводе и ещё много что "не".
Не знаю, как там делает большинство, но мне действительно обидно, что в верность девушек нынче не верят даже сами представительницы прекрасного пола. У меня всё.
О чайках
— Я, вообще-то, — говорит Тори, — никогда в жизни не видела чаек. Ну вот так вышло, что взрослая, а на море ни разу не была, да и не особо хотелось — что в детстве, что сейчас. Но суть была, понимаешь, совершенно не в море. И даже не в мечтах о корабле с алыми парусами, которые определённо есть у каждой более-менее приличной девочки.
— Суть, — говорит Тори, — в чайках. Я ими тогда просто болела. А город, в котором родилась и выросла, был не то что не приморским, а даже не приречным. Нет, река-то была, но город она задевала на самом краю, так что считать её городской было явно глупо. Но всё равно считали - все, кому не лень.
— И вот в этой реке, — говорит Тори, — кто только не жил. Лягушки, рыбы, утки, несметное количество разной насекомовидной живности… Говорят, даже всякие там русалки и духи жили. Но чаек я ни разу не видела. Представляешь, как обидно? Мне ведь тогда ничего, кроме этих чёртовых чаек, не было нужно.
Молчу и киваю, как и положено в такой ситуации. А что тут скажешь? Обычные детские заморочки, с кем не бывает. Я в детстве вообще мечтал о вещи, намного более несбыточной, чем чайки — то бишь, о старшем брате.
— Но со временем, — говорит Тори, — я пошла в девятый, потом в одиннадцатый, а потом разом возникло столько всего, что я и думать забыла о реке и чайках. Потому что это разом показалось такой мелкой проблемой, которая и внимания-то не стоила. А сейчас вот опять вспомнилось, как с тобой встретилась.
— Надо понимать, я у тебя с детством ассоциируюсь? — улыбаюсь я, попутно мастеря из попавшегося под руку чека какую-то замысловатую фигуру оригами.
— Ну да, мы же познакомились лет в шесть. Так что, считай, целую жизнь назад. И мне эта жизнь определённо по душе.
Роняю почти сделанную фигурку на асфальт и нагибаюсь, чтобы её поднять. На секунду перевожу взгляд на Тори, а когда снова опускаю голову, бумажной ерунды там уже нет, и совершенно непонятно, куда делась. Оглядываюсь вокруг, и вдруг Тори восторженно выдыхает:
— Смотри!
Поднимаюсь ровно в тот момент, чтобы увидеть, как над нами совсем низко планирует огромная белоснежная чайка.
— Суть, — говорит Тори, — в чайках. Я ими тогда просто болела. А город, в котором родилась и выросла, был не то что не приморским, а даже не приречным. Нет, река-то была, но город она задевала на самом краю, так что считать её городской было явно глупо. Но всё равно считали - все, кому не лень.
— И вот в этой реке, — говорит Тори, — кто только не жил. Лягушки, рыбы, утки, несметное количество разной насекомовидной живности… Говорят, даже всякие там русалки и духи жили. Но чаек я ни разу не видела. Представляешь, как обидно? Мне ведь тогда ничего, кроме этих чёртовых чаек, не было нужно.
Молчу и киваю, как и положено в такой ситуации. А что тут скажешь? Обычные детские заморочки, с кем не бывает. Я в детстве вообще мечтал о вещи, намного более несбыточной, чем чайки — то бишь, о старшем брате.
— Но со временем, — говорит Тори, — я пошла в девятый, потом в одиннадцатый, а потом разом возникло столько всего, что я и думать забыла о реке и чайках. Потому что это разом показалось такой мелкой проблемой, которая и внимания-то не стоила. А сейчас вот опять вспомнилось, как с тобой встретилась.
— Надо понимать, я у тебя с детством ассоциируюсь? — улыбаюсь я, попутно мастеря из попавшегося под руку чека какую-то замысловатую фигуру оригами.
— Ну да, мы же познакомились лет в шесть. Так что, считай, целую жизнь назад. И мне эта жизнь определённо по душе.
Роняю почти сделанную фигурку на асфальт и нагибаюсь, чтобы её поднять. На секунду перевожу взгляд на Тори, а когда снова опускаю голову, бумажной ерунды там уже нет, и совершенно непонятно, куда делась. Оглядываюсь вокруг, и вдруг Тори восторженно выдыхает:
— Смотри!
Поднимаюсь ровно в тот момент, чтобы увидеть, как над нами совсем низко планирует огромная белоснежная чайка.
Двенадцать
Первый из них - холодный и неприступный; совсем как айсберг, только не такой большой. Глаза у него голубые, прозрачные-прозрачные, а кожа - белее снегов. И ужасно заносчивый, просто сил нет.
Второй сед и стар, спорит вечно с первым, и ведь выигрывает - потому и оттепели.
Третий злится, - такое вот у них противостояние, - заметает всё ещё больше, реки, чуть оттаявшие, закрывает снова ледяными заслонками.
Четвёртый со вторым полностью солидарен, хотя и с третьим тоже, совсем чуть-чуть, поэтому рассыпает вместо снега по лесам белые брызги подснежников.
Пятый - сиреневый, медово-облачный, раскрывает свои ладони навстречу теплу и Солнцу. Одуванчики, солнечные дети, кивают ему в ответ.
Шестой боится темноты, поэтому просит Солнце надолго не отворачиваться, будить его часа в три. Оно слушается.
Седьмой пахнет нагретым за день асфальтом. На тепло прилетают бабочки, кружатся над головой.
Восьмой задумчив, отчуждён, собирает в корзинки начинающие желтеть листья - чтобы их никто раньше времени не заметил и не испугался.
Девятый - огонёк - рассыпает повсюду золото, а чтобы не выглядело слишком вычурно, брызгается ещё на деревья рубиновыми каплями.
Десятый хмур и расстроен, проходится по золоту серой краской, заливает его холодным океаном.
Одиннадцатый полон тайн, почерневшей листвы, прорисован до мельчайших деталей. Принимает эстафету, смеётся зловеще, зажигает свечи перед зеркалами, варит глинтвейн.
Двенадцатый щедр на сказки.
И поэтому, когда в полночь двадцать второго выпадает снег, можно смело сказать: "это для тебя".
Второй сед и стар, спорит вечно с первым, и ведь выигрывает - потому и оттепели.
Третий злится, - такое вот у них противостояние, - заметает всё ещё больше, реки, чуть оттаявшие, закрывает снова ледяными заслонками.
Четвёртый со вторым полностью солидарен, хотя и с третьим тоже, совсем чуть-чуть, поэтому рассыпает вместо снега по лесам белые брызги подснежников.
Пятый - сиреневый, медово-облачный, раскрывает свои ладони навстречу теплу и Солнцу. Одуванчики, солнечные дети, кивают ему в ответ.
Шестой боится темноты, поэтому просит Солнце надолго не отворачиваться, будить его часа в три. Оно слушается.
Седьмой пахнет нагретым за день асфальтом. На тепло прилетают бабочки, кружатся над головой.
Восьмой задумчив, отчуждён, собирает в корзинки начинающие желтеть листья - чтобы их никто раньше времени не заметил и не испугался.
Девятый - огонёк - рассыпает повсюду золото, а чтобы не выглядело слишком вычурно, брызгается ещё на деревья рубиновыми каплями.
Десятый хмур и расстроен, проходится по золоту серой краской, заливает его холодным океаном.
Одиннадцатый полон тайн, почерневшей листвы, прорисован до мельчайших деталей. Принимает эстафету, смеётся зловеще, зажигает свечи перед зеркалами, варит глинтвейн.
Двенадцатый щедр на сказки.
И поэтому, когда в полночь двадцать второго выпадает снег, можно смело сказать: "это для тебя".
Лицо со шрамом
снималось на Nikon D5100
