hvbnf

hvbnf

пикабушник
пол: мужской
поставил 1941 плюс и 135 минусов
проголосовал за 0 редактирований
сообщества:
1401 рейтинг 565 комментариев 4 поста 0 в "горячем"
-8

Карниз

- Ну, смелее, - повторил Кресснер. - Загляните в пакет.


Дело происходило на сорок третьем, последнем этаже небоскреба, в квартире-люкс. Пол был устлан рыжим с подпалинами ворсистым ковром. На ковре между изящным шезлонгом, в котором сидел Кресснер, и обитой настоящей кожей кушеткой, на которой никто не сидел, выделялся блестящим коричневым пятном пластиковый пакет.


- Если это отступное, будем считать разговор законченным, - сказал я. - Потому что я люблю ее.


- Деньги, да, но не отступные. Ну, смелее. Загляните. - Он курил турецкую сигарету в мундштуке из оникса; работали кондиционеры, и запах едва чувствовался. На нем был шелковый халат с вышитым драконом. Спокойный взгляд из-под очков - взгляд человека себе на уме. С этим все ясно: всемогущий, сказочно богатый, самоуверенный сукин сын. Я любил его жену, а она меня. Я был готов к неприятностям, и я их дождался, оставалось только узнать - каких.


Я подошел к пластиковому пакету и перевернул его. На ковер высыпались заклеенные пачки банкнот. Двадцатидолларовые купюры. Я присел на корточки, взял одну пачку и пересчитал. По десять купюр. Пачек было много.


- Здесь двадцать тысяч, - сказал он, затягиваясь.


Я встал.


- Ясно.


- Они ваши.


- Мне не нужны деньги.


- И жена в придачу.


Я молчал. Марсия меня предупредила. Это кот, сказала она. Старый и коварный. Ты для него мышка.


- Так вы теннисист-профессионал, - сказал он. - Вот, значит, как вы выглядите.


- Разве ваши агенты не сделали снимков?


- Что вы! - Он отмахнулся ониксовым мундштуком. - Даже фильм отсняли - счастливая парочка в Бэй-сайдском отеле. Камера снимала из-за зеркала. Но что все это, согласитесь, в сравнении с натурой.


- Возможно.


"Он будет то и дело менять тактику, - сказала Марсия. - Он вынуждает человека обороняться. И вот ты уже отбиваешь мяч наугад и неожиданно пропускаешь встречный удар. Поменьше слов, Стэн. И помни, что я люблю тебя".


- Я пригласил вас, мистер Норрис, чтобы поговорить как мужчина с мужчиной. Непринужденный разговор двух цивилизованных людей, один из которых увел у другого жену.


Я открыл было рот, но потом решил промолчать.


- Как вам понравилось в Сан-Квентине? - словно невзначай спросил Кресснер, попыхивая сигаретой.


- Не очень.


- Три года, если не ошибаюсь. Кража со взломом - так, кажется, звучала статья.


- Марсия в курсе, - сказал я и сразу пожалел об этом. Он навязал мне свою игру, от чего меня предостерегала Марсия. Я даю свечи, а он успешно гасит.


- Я позволил себе отогнать вашу машину, - сказал он, мельком глянув в окно. Впрочем, окна как такового не было, вся стена - сплошное стекло. Посередине, тоже стеклянная, раздвижная дверь. За ней балкончик. Ну а за балкончиком - бездна. Что-то в этой двери меня смущало. Я только не мог понять что.


- Великолепное здание, - сказал Кресснер. - Гарантированная безопасность. Автономная телесеть и все такое. Когда вы вошли в вестибюль, я отдал распоряжение по телефону. Мой человек запустил мотор вашей машины и отогнал ее на общественную стоянку в нескольких кварталах отсюда. - Он взглянул на циферблат модных настенных часов в виде солнца, что висели над кушеткой. Часы показывали 8.05. - В 8.20 тот же человек позвонит в полицию по поводу вашей машины. Не позднее 8.30 блюстители порядка обнаружат в багажнике запасную покрышку, а в ней шесть унций героина. У них возникнет большое желание познакомиться с вами, мистер Норрис.


Угодил-таки в капкан. Все, казалось бы, предусмотрел - и на тебе, влип, как мальчишка.


- Это произойдет, если я не скажу своему человеку, чтобы он забыл о предыдущем звонке.


- Мне достаточно сообщить, где Марсия, - подсказал я. - Не могу, Кресснер. Не знаю. Мы с ней нарочно так договорились.


- Мои люди выследили ее.


- Не думаю. Мы от них оторвались в аэропорту.


Кресснер вздохнул и отправил дотлевавшую сигарету в хромированную пепельницу с вращающейся крышкой. Все отработано. Об окурке и о Стэне Норрисе позаботились в равной степени.


- Вообще-то вы правы, - сказал он. - Старый трюк - зашел в туалет, и тебя нет. Мои люди были вне себя: попасться на такой крючок. Наверно, из-за его примитивности они даже не приняли его в расчет...


Я промолчал. После того как Марсия улизнула в аэропорту от агентов Кресснера, она вернулась рейсовым автобусом обратно в город, с тем чтобы потом добраться до автовокзала. Так мы решили. При ней было двести долларов - все мои сбережения. За двести долларов туристский автобус доставит тебя в любую точку страны.


- Вы всегда такой неразговорчивый? - спросил Кресснер с неподдельным интересом.


- Марсия посоветовала.


Голос его стал жестче:


- Значит, попав в лапы полиции, будете держаться до последнего. А когда в следующий раз наведаетесь к моей жене, вы застанете тихую старушку в кресле-качалке. Об этом вы не подумали? Насколько я понимаю, за шесть унций героина вы можете схлопотать сорок лет.


- Этим вы Марсию не вернете.


Он усмехнулся.


- Положеньице, да? С вашего позволения я обрисую ситуацию. Вы и моя жена полюбили друг друга. У вас начался роман... если можно назвать романом эпизодические ночные свидания в дешевых мотелях. Короче, я потерял жену. Зато получил вас. Ну а вы, что называется, угодили в тиски. Я верно изложил суть дела?


- Теперь я понимаю, почему она от вас устала, - сказал я.


К моему удивлению, он расхохотался, даже голова запрокинулась.


- А знаете, вы мне нравитесь. Вы простоваты, мистер Норрис, и замашки у вас бродяги, но, чувствуется, у вас есть сердце. Так утверждала Марсия. Я, честно говоря, сомневался. Она не очень-то разбирается в людях. Но в вас есть какая-то... искра. Почему я и затеял все это. Марсия, надо полагать, успела рассказать вам, что я люблю заключать пари.


- Да.


Я вдруг понял, чем меня смутила раздвижная дверь в стеклянной стене. Вряд ли кому-нибудь могло прийти в голову устроить чаепитие среди зимы на балконе сорок третьего этажа. Вот и шезлонг стоит в комнате. А ветрозащитный экран почему-то сняли. Почему, спрашивается?


- Я не питаю к жене особых чувств, - произнес Кресснер, аккуратно вставляя в мундштук новую сигарету. - Это ни для кого не секрет. И вам она наверняка сказала. Да и при вашем... опыте вам наверняка известно, что от хорошей жизни замужние женщины не прыгают в стог сена к заурядному профи по мановению ракетки. Но Марсия, эта бледная немочь, эта кривляка, эта ханжа и зануда, эта размазня, эта...


- Достаточно, - прервал я его.


Он изобразил на лице улыбку.


- Прошу прощения. Все время забываю, что мы говорим о вашей возлюбленной. Кстати, уже 8.16. Нервничаете?


Я пожал плечами.


- Держимся до конца, ну-ну, - сказал он и закурил новую сигарету. - Вас, вероятно, удивляет, что при всей моей нелюбви к Марсии я почему-то не хочу отпустить ее на...


- Нет, не удивляет.


На его лицо набежала тень.


- Не удивляет, потому что вы махровый эгоист, собственник и сукин сын. Только у вас не отнимают ничего вашего. Даже если это вам больше не нужно.


Он побагровел, потом вдруг рассмеялся.


- Один ноль в вашу пользу, мистер Норрис. Лихо это вы.


Я снова пожал плечами.


- Хочу предложить вам пари, - посерьезнел он. - Выиграете - получите деньги, женщину и свободу. Ну а проиграете - распрощаетесь с жизнью.


Я взглянул на настенные часы. Это получилось непроизвольно. Часы показывали 8.19.


- Согласен, - сказал я. А что мне оставалось? По крайней мере, выиграю несколько минут. Вдруг придумаю, как выбраться отсюда - с деньгами или без.


Кресснер снял трубку телефона и набрал номер.


- Тони? Этап второй. Да.


Он положил трубку на рычаг.


- Этап второй - это как понимать? - спросил я.


- Через пятнадцать минут я позвоню Тони, он заберет... некий сомнительный груз из багажника вашей машины и подгонит машину к подъезду. Если я не перезвоню, он свяжется с полицией.


- Страхуетесь?


- Войдите в мое положение, мистер Норрис. На ковре лежит двадцать тысяч долларов. В этом городе убивают и за двадцать центов.


- В чем заключается спор?


Лицо Кресснера исказила страдальческая гримаса.


- Пари, мистер Норрис, пари. Спорит всякая шушера. Джентльмены заключают пари.


- Как вам будет угодно.


- Отлично. Вы, я заметил, посматривали на мой балкон.


- Нет ветрозащитного экрана.


- Верно. Я велел его снять сегодня утром. Итак, мое предложение: вы проходите по карнизу, огибающему это здание на уровне нашего этажа. В случае успеха срываете банк.


- Вы сумасшедший.


- Отчего же. За десять лет, что я живу здесь, я предлагал это пари шести разным людям. Трое из них, как и вы, были профессиональными спортсменами - популярный защитник, который больше прославился блестящими выступлениями в телерекламе, чем своей бледной игрой, бейсболист, а также довольно известный жокей с баснословными заработками и не менее баснословными алиментами. Остальные трое - попроще. Разные профессии, но два общих момента - денежные затруднения и неплохие физические данные. - Он в задумчивости затянулся и, выпустив дым, продолжал: - Пять раз мое предложение с ходу отвергали. И лишь однажды приняли. Условия - двадцать тысяч против шести месяцев тюрьмы. Я выиграл. Тот человек глянул вниз с моего балкона и чуть не потерял сознание. - На губах Кресснера появилась брезгливая улыбка. - Внизу, - сказал он, - все кажется таким крошечным. Это его сломало.


- Почему вы считаете, что...


Он остановил меня жестом, выражавшим досаду.


- Давайте без этой тягомотины, мистер Норрис. Вы согласитесь, потому что у вас нет выбора. На одной чаше сорок лет в Сан-Квентине, на другой - свобода. И в качестве легкой приправы - деньги и моя жена. Я человек щедрый.


- Где гарантия, что вы не устроите мне ловушку? Что я пройду по карнизу, а вы тем временем не позвоните Тони?


Он вздохнул.


- У вас мания преследования, мистер Норрис. Я не люблю свою жену. Моя многосложная натура страдает от ее присутствия. Двадцать тысяч долларов для меня не деньги. Я каждую неделю отстегиваю в четыре раза больше своим людям в полиции. А что касается пари... - Глаза у него заблестели. - На такое дело никаких денег не жалко.


Я раздумывал, он не торопил с ответом - хороший товар не нуждается в рекламе. Кто я для него? Средней руки игрок, которого в тридцать шесть лет могли попросить из клуба, если бы не Марсия, нажавшая на кое-какие пружины. Кроме тенниса, я ничего не умею, да и не так-то просто куда-нибудь устроиться, даже сторожем, когда у тебя за плечами судимость. И дело-то пустяковое, так, детские шалости, но поди объясни это любому боссу.


Ничего не скажешь, смешная история: по уши влюбился в Марсию Крессиер, а она в меня. Называется, разок сыграли утром в теннис. Везет вам, Стэн Норрис. Тридцать шесть лет жил себе Стэн Норрис холостяком в свое удовольствие, и - на тебе - втрескался в жену короля подпольного мира.


Этот старый кот, развалившийся в шезлонге и дымящий дорогой турецкой сигаретой, надо думать, многое разнюхал. Если не все. Я могу принять его пари и даже выиграть - и все равно останусь с носом; а откажусь - через пару часов буду в тюряге. И на свет божий выйду уже в новом тысячелетии.


- Один вопрос, - сказал я.


- Я вас слушаю, мистер Норрис.


- Ответьте, глядя мне в глаза: вы не имеете обыкновения жульничать?


Он посмотрел мне в глаза.


- Я никогда не жульничаю, мистер Норрис, - сказал он с тихим достоинством.


- Oкэй.


А что мне оставалось?


Он просиял и сразу поднялся.


- Вот это разговор! Вот это я понимаю! Давайте подойдем к балконной двери, мистер Норрис.


Мы подошли. У него был вид человека, который сотни раз рисовал себе эту картину в своем воображении и сейчас, когда она стала реальностью, наслаждался ею в полной мере.


- Ширина карниза двенадцать сантиметров, - произнес он мечтательно. - Я измерял. Да, я сам стоял на нем, разумеется держась за перила. Видите чугунное ограждение - когда вы опуститесь на руках, оно вам окажется по грудь. Ограждение кончится - держаться, сами понимаете, будет не за что. Придется двигаться на ощупь, стараясь не терять равновесия.


Вдруг мой взгляд приковал один предмет за оконным стеклом... я почувствовал, как у меня стынет в жилах кровь. Это был анемометр, или ветромер. Небоскреб находится рядом с озером, а квартира Кресснера - под крышей небоскреба, открытой всем ветрам, поскольку все соседние здания были ниже. Этот ветер вопьется в тело ледяными иглами. Столбик анемометра показывал десять метров в секунду, но при первом же сильном порыве столбик подскочит до двадцати пяти, прежде чем опустится до прежней отметки.


- Я вижу, вас заинтересовал ветромер, - обрадовался Кресснер. - Вообще-то здесь дует еще не так сильно, преобладающий ветер - с противоположной стороны. И вечер сегодня довольно тихий. В это время тут иногда такой ветрище поднимается, все восемьдесят пять будет... чувствуешь, как тебя покачивает. Точно на корабле. А сейчас, можно сказать, штиль, да и тепло не по сезону, видите?


Следуя за его пальцем, я разглядел световое табло на небоскребе слева, где размещался банк. Семь градусов тепла. На таком ветру ощущения будут как при нуле.


- У вас есть что-нибудь теплое? - спросил я. На мне был легкий пиджак.


- Боюсь, что нет. - Электронное табло на здании банка переключилось, на время: 8.32. - Вы бы поторопились, мистер Норрис, а то я должен дать команду, что мы


приступаем к третьему этапу нашего плана. Тони мальчик хороший, но ему не всегда хватает выдержки. Вы понимаете, о чем я?


Я понимал. Уж куда понятнее.


Я подумал о Марсии, о том, что мы с ней вырвемся из щупальцев Кресснера, имея при себе приличные деньги для начала, и, толкнув раздвижную стеклянную дверь, шагнул на балкон. Было холодно и влажно; дул ветер, и волосы залепляли глаза.


- Желаю вам приятно провести вечер, - раздался за спиной голос Кресснера, но мне уже было не до него. Я подошел к перилам, вниз я не смотрел. Пока. Я начал глубоко вдыхать воздух.


Это не какое-нибудь там специальное упражнение, а что-то вроде самогипноза. С каждым выдохом голова очищается от посторонних мыслей, и вот ты уже думаешь лишь об одном - о предстоящей игре. Вдох-выдох - и я забыл о пачках банкнот. Вдох-выдох - и я забыл о Кресснере. С Марсией оказалось потруднее - она стояла у меня перед глазами и просила не делать глупостей, не играть с Кресснером по его правилам, потому что даже если он не жульничает, он, как всегда, наверняка подстраховался. Я ее не слушал. Не до этого мне было. Это не то пари, когда в случае проигрыша ты идешь покупать несколько кружек пива под аккомпанемент дружеских шуточек; тут тебя будут долго собирать в совок от одного угла Дикман-стрит до другого.


Когда я посчитал, что уже достаточно владею собой, я глянул вниз.


Отвесная стена небоскреба напоминала гладкую поверхность меловой скалы. Машины на стоянке походили на миниатюрные модели, какие можно купить в сувенирном киоске. Сновавшие взад-вперед автомобили превратились в лучики света. Если отсюда навернуться, успеешь .не только осознать, что с тобой происходит, но и увидеть, как стремительно надвигается на тебя земля и ветер раздувает одежду. И еще хватит времени на долгий, долгий крик. А когда наконец грохнешься об асфальт, раздастся такой звук, будто раскололся перезрелый арбуз.


Неудивительно, что у того типа очко сыграло. Правда, ему грозили какие-то шесть месяцев. Передо мной же разворачивалась перспектива в мрачную клеточку и без Марсии, шутка сказать, на сорок лет.


Мой взгляд упал на карниз. Двенадцать сантиметров... а на вид им больше пяти никак не дашь. Хорошо еще, что здание сравнительно новое - по крайней мере карниз не рухнет.


Может быть.


Я перелез через перила и осторожно опустился на руках, пока не почувствовал под собой карниз. Каблуки висели в воздухе. Пол балкона приходился мне на уровне груди, сквозь ажурную решетку просматривалась шикарная квартира Кресснера. Сам он стоял по ту сторону порога с дымящейся сигаретой в зубах и следил за каждым моим движением, как какой-нибудь ученый за поведением подопытной морской свинки после только что сделанной инъекции.


- Звоните, - сказал я, держась за решетку.


- Что?


- Звоните Тони. Иначе я не двинусь с места.


Он отошел от двери - вот она, гостиная, такая теплая, уютная и безопасная - и поднял трубку. И что? Из-за этого ветра я все равно ничего не мог расслышать. Он положил трубку и снова появился в дверях.


- Исполнено, мистер Норрис.


- Так-то оно лучше.


- Счастливого пути, мистер Норрис. До скорого свидания... если оно состоится.


А теперь к делу. Я позволил себе в последний раз подумать о Марсии, о ее светло-каштановых волосах, и больших серых глазах, и изящной фигурке, а затем как бы отключился. И вниз я больше не смотрел. А то лишний раз заглянешь в эту бездну, и руки-ноги отнимутся. Или перестоишь и замерзнешь, а тогда можно просто оступиться или даже сознание потерять от страха. Сейчас главное - мысленно видеть карниз. Сейчас все внимание на одно - шажок правой, шажок левой.


Я двинулся вправо, держась, пока возможно, за решетку. Мне придется, это ясно, предельно напрячь сухожилия ног, которые я развил теннисом. С учетом того, что пятки у меня свисают с карниза, на носки выпадает двойная нагрузка.


Я добрался до конца балкона - ну и как теперь заставить себя оторваться от спасительных перил? Я заставлял. Двенадцать сантиметров - это же будь здоров какая ширина! Да если б до земли было не сто двадцать метров а сантиметров тридцать, ты бы обежал по карнизу это здание за каких-нибудь четыре минуты, урезонивал я себя. Вот и считай, что так оно и есть.


Легко сказать. Если упадешь с тридцатисантиметровой высоты, то чертыхнешься и попробуешь еще раз. Здесь второго случая не представится.


Я сделал шажок правой ногой, подтянул левую... и отпустил перила. Я распластал руки по стене, прижимаясь ладонями к шершавой каменной поверхности. Я оглаживал ее. Я был готов ее поцеловать.


Порыв ветра заставил меня покачнуться; воротник пиджака хлестнул по лицу. Сердце подпрыгнуло и застряло где-то в горле, где и оставалось, пока стихия не успокоилась. Если ветер ударит как следует, меня снесет к чертовой матери с этого насеста. А ведь с противоположной стороны ветер будет посильнее.


Я повернул голову влево, прижимаясь щекой к стене. Кресснер наблюдал за мной, перегнувшись через перила.


- Отдыхаете в свое удовольствие? - поинтересовался он дружелюбным тоном.


На нем было пальто из верблюжьей шерсти.


- Вы, кажется, сказали, что у вас нет ничего теплого, - заметил я.


- Соврал, - спокойно отреагировал он. - Частенько, знаете, приходится врать.


- Как это понимать?


- А никак... никак это не надо понимать. А может быть, и надо. Нервишки-то шалят, а, мистер Норрис? Не советую вам долго задерживаться на месте. Лодыжки устают. А стоит им расслабиться... - Он вынул из кармана яблоко, откусил от него и выбросил в темноту. Долго ничего не было слышно. И вдруг раздался едва слышный омерзительный шлепок. Кресснер хохотнул.


Он совершенно выбил меня из колеи, и сразу же паника вонзила в мозг свои стальные когти. Волна ужаса готова была захлестнуть меня. Я отвернулся от Кресснера и начал делать глубокие вдохи, пытаясь сбросить с себя парализующий страх. Световое табло на здании банка показывало 8.46, и рядом - ДЕЛАЙТЕ ВАШИ ВКЛАДЫ НА ВЗАИМОВЫГОДНЫХ УСЛОВИЯХ!


Когда на табло зажглись цифры 8.49, самообладание, кажется, снова ко мне вернулось. По всей видимости, Кресснер решил, что я примерз к стене, потому что едва я начал переставлять ноги, держа путь к углу здания, как сзади послышались издевательские аплодисменты.


Давал себя знать холод. Ветер, пройдясь по озерной глади, словно по точильному камню, превратился в немыслимо острую косу, которая своим увлажненным лезвием полосовала мою кожу. На спине пузырился худосочный пиджак. Стараясь не замечать холода, я медленно продвигался, не отрывая подошв от карниза. Если и можно преодолеть этот путь, то только так - медленно, со всеми предосторожностями. Поспешность губительна.


Когда я добрался до угла, банковские часы показывали 8.52. Задача казалась вполне выполнимой - карниз опоясывал здание четким прямоугольником - вот только, если верить правой руке, за углом меня подстерегал встречный ветер. Один неверный наклон, и я отправлюсь в долгий полет.


Я все ждал, что ветер поутихнет, однако ничуть не бывало - не иначе как он находился в сговоре с Кресснером. Своей невидимой пятерней он хлестал меня наотмашь, давал тычки, забирался под одежду. Особенно сильный порыв ветра заставил меня покачнуться. Так можно простоять до бесконечности, подумал я.


Улучив момент, когда стихия немного унялась, я завел правую ногу за угол и, держась за стены обеими руками, совершил поворот. Сразу два воздушных потока обрушились на меня с разных сторон, выбивая из равновесия. Ну вот Кресснер и выиграл пари, подумал я обреченно. Но мне удалось продвинуться еще на шаг и вжаться в стену; только после этого я выдохнул, чувствуя, как пересохло горло.


Тут-то и раздался над самым моим ухом оглушительный хлопок.


Я дернулся всем телом и едва устоял на ногах. Руки, потеряв опору, описывали в воздухе невообразимые зигзаги. Садани я со всего маху по стене, скорее всего, это бы меня погубило. Но вот прошла целая вечность - закон равновесия позволил мне снова прижаться к стене, вместо того чтобы отправить меня в полет протяженностью в сорок три этажа.


Мое судорожное дыхание напоминало сдавленный свист. В ногах появилась предательская слабость, мышцы гудели, как высоковольтные провода. Никогда еще я не чувствовал столь остро, что я смертен. Старуха с косой уже, казалось, готова была пробормотать у меня за спиной отходную.


Я вывернул шею и увидел примерно в метре над собой Кресснера, который высунулся из окна спальни. Он улыбался. В правой руке он держал новогоднюю хлопушку.


- Проверка на устойчивость, - сказал он.


Я не стал тратить силы на диалог. Да и не перекричать бы мне эти завывания. Сердце колотилось бешено. Я незаметно продвинулся метра на полтора - на случай, если ему придет в голову высунуться по пояс и дружески похлопать меня по плечу. Затем я остановился, закрыв глаза и подышал грудью, пока не пришел в норму.


Эта сторона здания была короче. Справа от меня возвышались самые большие небоскребы Нью-Йорка. Слева подо мной темным пятном лежало озеро, по которому перемещались отдельные светлые штрихи. В ушах стояли вой и стоны.


Встречный ветер на втором повороте оказался менее коварным, и я обогнул угол без особых хлопот. И тут меня кто-то укусил.


Я дернулся, судорожно глотнул воздух. Страх потерять равновесие вынудил меня прижаться к стене. Вновь кто-то укусил меня. Не укусил, нет... клюнул. Я опустил взгляд.


На карнизе стоял голубь и смотрел на меня блестящими ненавидящими глазами.


Мы, жители городов, привыкли к голубям, как привыкли к таксистам, которые не могут разменять вам десятидолларовую бумажку. Городские голуби тяжелы на подъем и уступают дорогу крайне неохотно, считая облюбованные ими тротуары своей собственностью. Их визитные карточки мы частенько обнаруживаем на капотах наших машин. Но что нам за дело! Да, порой они нас раздражают, но владения-то все равно наши, а эти пернатые - чужаки.


Здесь были его владения, я ощущал свою беспомощность, и он, похоже, это понимал. Он опять клюнул меня в перетруженную лодыжку, и всю правую ногу тотчас пронзила боль.


- Убирайся, - прорычал я. - Убирайся отсюда.


В ответ он снова клюнул. Он, очевидно, давал мне понять, что я вторгся на его территорию. И действительно, карниз был помечен птичьим пометом, старым и свежим.


Вдруг тихий писк.


Я как мог задрал голову, и в ту же секунду сверху обрушился клюв. Я чуть не отпрянул. Я мог стать первым нью-йоркцем, погибшим по вине птицы божьей. Это была голубка, защищавшая своих птенцов. Гнездо помещалось под самой крышей. Мне повезло: при всем желании мамаша не могла дотянуться до моего темечка.


Зато ее супруг так меня клюнул, что пошла кровь. Я это почувствовал. Я двинулся вперед в надежде спугнуть голубя. Пустой номер. Эти голуби ничего не боятся - городские, во всяком случае. Если при виде грузовика они с ленцой ковыляют прочь, то какую угрозу может представлять для них человек, застрявший на карнизе под самой крышей небоскреба?


Я продвигался черепашьим шагом, голубь же пятился, глядя мне в лицо блестящими глазками, - опускал он их только для того, чтобы вонзить в мою лодыжку свой острый клюв. Боль становилась нестерпимой: еще бы, эта птица сейчас терзала живое мясо... если бы она его ела, я бы тоже не удивился.


Я отпихнул его правой ногой. Рассчитывать на большее не приходилось. Голубь встрепенулся и снова перешел в атаку. Что до меня, то я чуть не сорвался вниз.


Один, второй, третий удар клювом. Новый порыв ветра заставил меня балансировать на грани падения; я цеплялся подушечками пальцев за каменную стену, с которой успел сродниться, я прижимался к ней щекой, с трудом переводя дыхание.


Думай Кресснер хоть десять лет, вряд ли он придумал бы страшнее пытку. Ну клюнули тебя разок, велика беда. Ну еще раза два клюнули - тоже терпимо. Но эта чертова птица клюнула меня, наверно, раз шестьдесят, пока я добрался до чугунной решетки с противоположной стороны здания.


Добраться до нее было все равно, что до райских врат. Пальцы мои любовно обвились вокруг холодных концов ограждения - ничто, казалось, не заставит их оторваться.


Удар клювом.


Голубь смотрел на меня, если можно в данном случае так выразиться, сверху вниз, в его блестящих глазках читалась уверенность в моей беспомощности и собственной безнаказанности. Так смотрел Кресснер, выставляя меня на балкон.


Вцепивщись понадежней в чугунное ограждение, я изловчился и наддал голубю что было мочи. Вот уже бальзам на раны - он заквохтал, точно курица, и с шумом поднялся в воздух. Несколько сизых перьев упало на карниз, другие плавными кругами пошли на снижение, постепенно исчезая в темноте.


Я перелез, едва живой, через ограждение и рухнул на балкон. Я обливался потом, несмотря на холод. Не знаю, сколько я пролежал, собираясь с силами. Световое табло на здании банка осталось по ту сторону, я же был без часов.


Боясь, как бы не свело мышцы, я сел и осторожно спустил носок. Искромсанная правая лодыжка кровоточила, а впрочем - ничего серьезного. Как бы то ни было, при первой же возможности ранку надо обработать. Эти голуби могут быть разносчиками любой заразы. Я подумал, не перевязать ли мне ногу, но потом раздумал. Еще, не дай Бог, наступлю на повязку. Успеется. Скоро ты сможешь купить бинтов на двадцать тысяч долларов.


Я поднялся и с тоской посмотрел на темные окна квартиры-люкс по эту сторону здания. Голо, пусто, безжизненно. На балконной двери плотный ветрозащитный экран. Наверно, я мог бы влезть в квартиру, но это значило бы проиграть пари. А ставка была больше, чем деньги.


Хватит оттягивать неизбежное. Я снова перелез через перила и ступил на карниз. Голубь) недосчитавшийся нескольких перьев, смерил меня убийственным взглядом; он стоял под гнездом своей подруги, там, где карниз был украшен пометом особенно щедро. Навряд ли он станет досаждать мне, видя, что я удаляюсь.


Удаляюсь - красиво сказано; оторваться от этого балкона оказалось потруднее, чем от балкона Кресснера. Разумом я понимал, что никуда не денешься, - надо, но тело и особенно ступни криком кричали, что покидать такую надежную гавань - это безумие. И все же я ее покинул - я шел на зов Марсии, взывавшей ко мне из темноты.


Продолжение в комментариях

Показать полностью
4

Заходить за границы - наша работа.

Сергей Богдан: "Зайти далеко за границы - наша работа"



Сергей Богдан: "Человек не имеет крыльев и по отношению веса своего тела к весу мускулов в 72 раза слабее птицы. Но я думаю, что он полетит, опираясь не на силу своих мускулов, а на силу своего разума", - говорил Н.Е Жуковский, отец-основатель отечественной аэродинамики. Мысль первична. Именно интеллект и научная фантазия авиаконструкторов заставляют взлетать уникальные летательные аппараты, которые совершенствуются с движением мирового научно-технического прогресса. О некоторых особенностях самолета пятого поколения Т-50 ПАК ФА, о том, почему пилоты американского F-22 Raptor страдают от удушья, удачен ли проект истребителя F-35, планирует ли Китай закупать российский Су-35, а также об уникальности работы летчиков-испытателей, о трудностях, вызовах и о личном примере корреспонденту Бюро информации Notum рассказал заслуженный лётчик-испытатель РФ, герой России, заместитель начальника лётной службы ЛИиДБ ОАО "ОКБ Сухого", полковник запаса Сергей Богдан.



Сергей Леонидович, Вы - самый первый лётчик-испытатель российского перспективного авиационного комплекса фронтовой авиации (ПАК ФА). Общие характеристики самолета пятого поколения Т-50 уже широко известны: многофункциональность (способность успешно поражать как воздушные, так и наземные и морские цели, в т.ч. малоразмерные и подвижные, в любую погоду и время суток, в условиях применения противником высокоточного оружия), бесфорсажный сверхзвуковой полет, сверхманевренность (возможность совершать управляемый полет на малых скоростях и больших углах атаки), малая заметность в оптическом, инфракрасном и радиолокационном диапазонах волн, способность взлетать и садиться, используя укороченную взлетно-посадочную полосу. Что Вы можете сказать об "электронном помощнике пилота" Т-50, то есть об авионике? В чем уникальность и новшества?



В авионике Т-50 очень большая сходимость с самолетом Су-35. То есть такие же большие многофункциональные индикаторы. Самолет Су-35, конечно, не имеет тех признаков пятого поколения, что Т-50, но с точки зрения авионики, оружия, боевых характеристик он достаточно близок к Т-50. Что касается авионики, все, что сказано про Су-35, можно смело переносить на Т-50. Но, безусловно, самолет оснащен дополнительным оборудованием.



До появления Т-50 американский F-22 Raptor считался самым совершенным истребителем в мире, на очереди был F-35. В СМИ есть информация о том, что сразу после первого полёта российского ПАК ФА министр обороны США Роберт Гейц отправил в отставку ответственного за проект американского истребителя пятого поколения F-35 генерал-майора Дэвида Хайнца. Это как-то связано между собой?



Всё относительно. Как-то это, может быть, и связано, но вопрос с увольнением - я думаю, что уволить могли из-за каких-то недостатков, которые существуют в проекте. Когда создается самолет нового поколения, всегда закладываются очень большие технические риски. И вопрос руководителей, дирекции, конструкторов - собрать все воедино, одномоментно. Самолет включает в себя очень много моментов. Скажем, планер, аэродинамика - это одно. Хотя, безусловно, это все очень сложно: новая конструкция, новые материалы, другая компоновка, обусловленная новой силовой схемой. Но наибольший технический риск составляют комплектующие изделия, что связано с локатором, с ракетами и так далее. Именно организационно закладывается, когда самолету предписано поступить на вооружение, и здесь не всегда все составляющие вовремя связываются воедино.



Известно, что Т-50 - это российско-индийский проект и Индия интересуется этим самолетом. Каково было участие индийцев в проекте?



Индийцы хотят принимать участие в испытаниях, разработке определенных систем, принять максимальное участие в опытно-конструкторских разработках, чтобы впоследствии, видимо, вывести свою промышленность на уровень, достаточный для того, чтобы самим разрабатывать и воплощать серьезные проекты, испытывать серьезные самолеты, выйти на уровень самодостаточности с точки зрения разработки самолетов. При простой покупке самолета технологий можно получить мало.



Правда ли, что китайцы активно интересуются нашим самолетом Су-35 и хотят его приобрести?



Для того, чтобы быть на передовых рубежах, они стараются покупать нашу технику. У них отлажено исторически, что они берут самое лучшее.



Слышала от некоторых экспертов, что есть принципиальное "да" с российской стороны на поставку Су-35 в Китай в будущем. Если сказать точнее, одни говорят, что есть принципиальное "да", другие - что никогда мы Су-35 не поставим Китаю. Что Вы скажете?



Я могу сказать одно - пока нет никаких принципиальных решений подписанных. Их нет. А раз их нет, это отчасти коммерческая тайна. На эти темы должны говорить руководители проектов, дирекция, есть четкая субординация.



Правда ли, что F-22 Raptor сняли с вооружения?



Его сняли с производства. На вооружении он есть.



Известны случаи удушья летчиков F-22 и даже гибели, известно, что есть такое явление, как "рэпторовский кашель", потому что в связи с недостаточной эффективностью одного генератора кислорода американцам пришлось встраивать второй с угольным фильтром в маске…



Да. Кислородо-добывающая установка у них не совсем отлажена, там у них существуют определенные проблемы. Поэтому катастрофы у них были. Проект, естественно, очень дорогой. В чем-то он себя не оправдал, чего-то американцы добились в этом проекте, совершили большой скачок вперед, так как это самолет уже действительно другого поколения. Великолепный двигатель, соотношение удельной тяги и веса конструкции очень хорошие, прекрасная технологичность некоторых агрегатов, например - гидросистемы.



А с вооружением этого самолета как дела обстоят? Пишут, что ракеты большой дальности у них лишь на 120 км. У нас - 300 км.



Одну и ту же информацию можно под разными углами преподнести. Например, про Т-50 заместитель главкома ВВС Индии высказывался не очень лестно. Он говорил, что мы, по сравнению с американцами, далеки по технологичности, что их не совсем устраивают наши технологии стелс, какие-то сочленения и пр.



Встречный вопрос: какие у нашего самолета 5-го поколения стелс-технологии, могли бы рассказать в общих чертах?



Прежде всего, это компоновка самолета, то есть такие конструкции, что сигнал не отражается обратно от самолета. Это раз. Два - материалы. Дальше - соответствующее покрытие на конструкции самолета. И технологичность изготовления. Это все достаточно известно.



Еще вопрос про вооружение. Сейчас активно идут разговоры о том, что боевая техника полностью оснащена электроникой - а, значит, зависит от нее достаточно сильно. В связи с этим гораздо проще вывести технику из строя, сделав это оружие бесполезной грудой железа, чем уничтожать грубой силой взрыва. Так можно обезвредить и самолёты, и танки, и локаторы, и связь, спровоцировать неконтактный подрыв мин, ракет, бомб. Разрабатывается или планируется что-то подобное у нас? Возможно, что-то допустимо знать прессе?



Электронное оружие - это актуально. Известно, что электромагнитный импульс в состоянии выводить любую аппаратуру из строя. И это серьезная проблема. Одно дело, когда самолет управляется механически. А когда он нашпигован электроникой, что здесь встает вопрос определенной защиты от излучения. Те, кто создаст оружие, способное выдавать мощный электромагнитный импульс, будут иметь какое-то преимущество.



Возвращаясь к вопросу о подаче информации… Вы сказали, что заместитель главкома ВВС Индии сделал замечания нашему проекту. А вот австралийцы проводили свои исследования и назвали американский F-35 технической ошибкой, самолетом 3-го поколения с элементами 5-го...



Соглашусь. Лично мое мнение такое же. Дело вот в чем. Это больше философия. Американцы идут на шаг впереди в чем-то по срокам. Но тем самым, как сказал наш президент, когда наблюдал самолет 5-го поколения, - и с этим трудно не согласиться - в этом их и преимущество, и недостаток.



Для летчиков F-35 выработали особую концепцию шлема, который американцы называют "прозрачной кабиной", "глаз божий", - так называемую нашлемную систему целеуказания. Вся информация от всех приборов, локаторов, прибора ночного видения, датчиков обрабатывается и в удобном виде выводится на стекло шлема. Это действительно удобно для пилота - носить такой шлем? Вы считаете это удачной идеей? Не знаю, насколько это тяжело выдерживать на голове, но вид весьма специфический…



Вопрос, насколько это технологично, это другой вопрос. В целом, это направление достаточно перспективное. Потому что наши самолеты, где есть система нашлемного целеуказания, решают определенные задачи - и это очень эффективно. А если ты имеешь полноценную индикацию у себя перед глазами и куда бы ты голову не повернул, ты везде видишь, это очень удобно. Тебе надо оценить параметры и прицелиться, а ты голову поворачиваешь - и все приборы у тебя перед глазами. Это достаточно перспективно. Но если это громоздко, конструктора должны стремиться к компактности. За этим будущее, если раньше не смогут побороть беспилотники. У израильтян, например, очень серьезные проработки по шлему были.



Вы говорили, что самолеты 6-го поколения будут беспилотными...



Это все очень дорого. Определенную роль они будут нести. Думаю, что в перспективе будут беспилотники и в боевых порядках будут пилотируемые самолеты.



Вопрос на другую тему. В прошлом году в китайских СМИ публиковалась новость о том, что в одном из учебных заведений ВВС КНР успешно организовали первый выпуск китайских женщин-пилотов истребителей, получивших двойную ученую степень. Известно, что это направление военной службы осваивается женщинами и в некоторых странах Ближнего Востока, к примеру. Если вспомнить советские времена и участие женщин в авиации, то это, несомненно, летчицы 588-го, первого в мире женского авиаполка, "Ночные ведьмы". А как дело обстоит в рядах российских ВВС сейчас, есть ли среди выпускников женщины и много ли их?



Я с такими, если честно, не знаком профессионально. Знаю Светлану Капанину. Это многократная чемпионка мира, семикратная абсолютная чемпионка мира на спортивных самолетах. Есть женщины в авиации. Но все же, их очень мало.



Вы не сразу стали летчиком-испытателем, а сначала служили в полку. Про военных летчиков и их деятельность представление есть. А вот лётчики-испытатели… В одном из своих интервью Вы говорили, что "реальное представление о масштабах деятельности летчика-испытателя получаешь уже на практике, но чаще всего это скрыто от общественности". Какие это масштабы, что и почему скрыто от общественности?



Если вы спросите кого-нибудь "А кто такой летчик-испытатель?", то никто толком ничего не скажет. А в чем заключается эта работа? Я был строевым военным летчиком, книги какие-то читал про испытателей. Но я понятия не имел, чем на самом деле занимаются испытатели. Все казалось настолько символично описанным. Работа сама очень интересная. Необычна она тем, что каждый день ты примерно предполагаешь, чем ты будешь заниматься, но каждый день для тебя нов. Приходишь на работу, получаешь задания, изучаешь…



Летчики-испытатели есть разные. Есть те, которые на заводах работают, серийные самолеты поднимают, которые уже испытаны и переданы в серию. Их маршруты полетов четко прописаны. У нас такого нет. Задания полетов не повторяются. Все очень разное, многогранное. Например, простая задача: сейчас выполняли перегон самолетов через всю страну с Дальнего Востока. Перегнать надо было очень срочно. Есть своя специфика в том, чтобы перегнать самолет на Восток, по сравнению с тем, как гнать на Запад. На Восток летишь всегда против Солнца, день всегда короткий, лететь нужно достаточно большие этапы, светлого времени мало и так далее. Когда летишь по Солнцу, то есть на Запад, рабочий день намного больше. Простая ситуация: казалось бы, что проще - перегон. Но обстоятельства так сложились, что мы летели парой ночью в стратосфере и нужно стоять друг от друга в 30 метрах на скорости 900-1000 км\час. Этому предшествует определенная длительная подготовка…



Вообще, задания у нас могут поступать самые необычные. К освоению некоторых возможностей самолета строевые летчики могут приблизиться, летая на нем лет 7, к примеру. Мы же занимаемся этим непрерывно, исследуем, заходим за границы. У самолета существуют ограничения (по скорости, по перегрузке и так далее), которые летчик не должен нарушать исходя из мер безопасности, чтобы самолет не сломался, чтобы не попал в штопор и тому подобное. Летчики-испытатели должны зайти за эту границу - причем достаточно далеко - и посмотреть, что за той границей на определенном расстоянии тоже безопасно и, исследовав эту зону, назначить гарантированные ограничения для строевых летчиков. А строевым летчикам, несмотря на существующие ограничения, до которых им разрешается доходить, приходится еще отступать от этой границы. И поэтому они летают в достаточно комфортных условиях с точки зрения безопасности. Но у них своя специфика. Они рискуют своей жизнью, когда выполняют какие-то боевые задачи: реально идут под снаряды, например. Этим летчики-испытатели не занимаются. Но более интересной работы мне трудно себе представить. Хотелось бы каждому человеку пожелать такую работу - не настолько опасную, может быть, но точно настолько интересную. Она тебя тянет, влечет.



На своем примере я убедился. Когда пришел в летчики, казалось, что это сверх того, что может достичь человек. Потом я узнал, что есть летчики-испытатели. Попал туда. Я понял, что если прикладывать усилия, можно заниматься и этим. У испытателей тоже многогранное направление. Кто-то занимается устойчивостью, кто-то - боевыми комплексами, другие - боевым применением, с информационно-управляющим полем и так далее. Очень большая специфика. Летчик-испытатель ОКБ - это самые передовые рубежи авиационной техники, самые первые полеты новых машин. Понимаешь, что все достижимо, если человек ставит цель. Например, сейчас мы находимся в замечательной поре, когда у нас пройдут Олимпийские Игры. Для меня колоссальным примером моральным являются паралимпийцы. Эти люди достигают таких колоссальных успехов, что говорит о безграничных возможностях человека. Если говорить о себе, то прекрасно осознаю, что работы еще непочатый край. Еще много чего не знаю, много чему хотелось бы научиться и сделать.



Каждый полет лётчика - это риск для жизни, постоянное нахождение в экстремальных условиях, на высоких скоростях, с большими перегрузками. Это формирует особый тип личности, мышления. Наверняка, повышается требовательность к себе и, возможно, к другим?



В общем-то, да. Хотя еще древние сказали, что влюбленный в себя конкурентов не имеет. Но так можно после себя такое выжженное поле оставить… Невозможно быть абсолютно правым. И я далеко не обольщаюсь на свой счет, что я в чем-то абсолютно прав. Нельзя быть абсолютно критичным по отношению к недостаткам других, например. Любая ситуация состоит, как в математике, из условий: "дано" и поисков решения. "Дано" - это оценки человека (хорошо, плохо, прав, не прав) - и здесь зачастую и совершаются ошибки. Нужно на все смотреть глазами терпения. В армии все просто, по регламенту. В испытательной работе - нет. Были ситуации, когда мне несколько авторитетных учителей объясняли одно и то же совершенно по-разному. И приходило осознание, что истина где-то в другом месте. Стараюсь, стремлюсь - не знаю, насколько это у меня получается - относиться как можно более лояльно. Если линчевать за каждый недостаток других, останешься один, такой замечательный, такой золотой - и никому не нужный.



Кто стал для Вас образцом в жизни и в работе?



Такого человека, полностью кумира, у меня, пожалуй, нет. Скорее многогранный, собирательный образ. Мой первый летчик-инструктор в летном училище - Дуванов Михаил Иванович - именно как человек, совершенно неординарная личность. Кстати именно он на втором курсе написал мне характеристику о том, что целесообразно использовать на летно-испытательной работе. Когда я пришел в полк - Якутин Владимир Николаевич. Очень тонкий, глубокий человек, учил меня летать, учил жизненным вещам. Случалось такое, что во время полетов приходилось выслушивать столько всего - "Куда ты смотришь?! Что ты делаешь?! Зачем?!", мог слабаком назвать и так далее. Потом после приземления выходить из кабины было страшно. А он спускался и говорил "Все хорошо. Молодец!"… Или командир полка Владимир Николаевич Андриянов - им я до сих пор восхищен, в пример привожу очень часто. Настолько интеллектуально развитый человек. И я никогда не видел, чтобы командир полка - и воспитатель, и карающий меч - настолько пользовался авторитетом у своих подчиненных, насколько его все любили, готов был любую формулу прописать в любой момент, вплоть до того, какой должна быть кружка пива, например.



Были лётчики, которые учили не бояться каких-то суровых вещей в полётах, учили агрессивному пилотированию, показывали, как надо выживать в бою, летать на предельно малых высотах, строй держать и прочее. Так получилось, что разные штрихи людей, личностей, профессионалов собрались в один образ. Я могу этих примеров много приводить… И у меня есть друзья, с которыми я могу поговорить на любую тему.


http://www.notum.info/news/texnologii/sergej-bogdan-zajti-da...

Показать полностью
4

Настойка на вишне.

Всем привет.Сегодня у меня выдался свободный денёк,и я решил пополнить свои запасы ягодной наливки и поделиться отцовским рецептиком с вами,а заодно и срубить немного плюсцов на Пикабу.А теперь,собственно,перейдём к самому напитку.

Сделать его невероятно просто.Нам нужны 3 вещи:

1)Сахар.Полторы кружки самого обычного сахара.

2)Спирт.Два с половиной литра чистого спирта.

3)Ягода.В нашем случае - вишня.Для хорошей наливки желательно брать самую сочную и зрелую,иначе настойка будет кислой.


Примерно такую.

Настойка на вишне. Вишня, Ягодный, Алкоголь, Наливка, Длиннопост, Настойка

Тщательно промываем вишню,но стараемся не подавить - сок нам ещё пригодится.

Промытую вишню пересыпаем в банку(у меня - десятилитровка),выливаем туда спирт и засыпаем сахар.

Настойка на вишне. Вишня, Ягодный, Алкоголь, Наливка, Длиннопост, Настойка
Настойка на вишне. Вишня, Ягодный, Алкоголь, Наливка, Длиннопост, Настойка

Плотно - плотно закрываем крышкой и ставим в подвал.Через 3 недели получается вполне вкусная и мягкая 40-ка градусная настойка.Хранить в тёмном,холодном месте не более года.К этому времени вредные вещества из косточек попадают в напиток,и он становится первостатейной отравой.

Вот,собственно,и всё.

PS :  Прошу прощения за плохие фото,фоткал древним кирпичом.

Показать полностью 3

Кому свежий промокод на AliExpress?

Привет! Если вы проспали все распродажи – не надо расстраиваться. Наши друзья из раздела «Промокоды» подкинули совсем новый скидочный купон на AliExpress.


Вводите pikabu – и активируйте купон 7$ при заказе на сумму от 49$. Всего таких купонов 800 штук, а действуют они до 17 июля, 11.00 (по Москве). Так что сильно долго не раздумывайте. Удачных покупок!

Отличная работа, все прочитано!