Сразу после окончания техникума родители пристроили меня работать секретарём на газонаполнительную станцию (ГНС). Коллектив конторы был такого же возраста, как мои родители, т.е. я была в нём самая молодая. До моего прихода самой молодой в штате была Таня, которая старше меня на 10лет. Она была вся какая-то несуразная, наивная, затюканая и скромная, чем бесила большинство окружающих.
Газонаполнительная станция представляла из себя огромную территорию, на которой располагались 3 подземные резервуарные установки, газонаполнительный цех, несколько складов с газовыми баллонами, контора и 3 туалета в разных концах двора. 2 туалета были деревянными, я такие раньше только в кино видела, вот они и были доступны для пользования. А один - кирпичный, теплый, с окнами, на которых висели шторы с претензией на шик, был всегда закрыт на огромный навесной замок. И пиздуя к холодному, со всех сторон продуваемому, разрешенному для пользования, туалету, на это «помещение мечты» мы могли только любоваться.
Через несколько лет моей работы в этом предприятии, на праздничном собрании в честь 8 Марта, начальник ГНС, сделав лицо мецената и благодетеля, торжественным голосом сообщил нам радостную весть, что с завтрашнего дня он открывает для нас (только для женщин) это кирпичное чудо, но если вдруг какой-то непорядок, или, уходя, двери за собой кто-то не закроет на засов, то туалет закроют на всегда. «И больше никогда, СЛЫШИТЕ! Ни-ког-да не видать вам благ цивилизации» - произнёс он в конце своей поздравительной речи. Зная гадский характер начальника и не желая подвергать наши интимные места дальнейшему обморожению, к вопросу туалетной дисциплины все отнеслись серьёзно.
На следующий день состоялось торжественное открытие заветного помещения. (Сколько лет он простоял в закрытом состоянии даже старожилы не могли сказать, скорее всего с самого открытия станции.). Оформлен он был нарядно. В нём даже висело зеркало, было 3 кабинки, стоял умывальник и тумбочка, в которую инженер по ТБ и охране труда положила для чего-то лекарства. Вряд ли вы сможете прочувствовать нашу радость и восторг от этого события.
И если раньше в деревянный туалет мы лишний раз не ходили – «потерплю до дома», то теперь появился новый ритуал – «схожу перед дорожкой».
В этот день мне нужно было напечатать кучу документов к завтрашней проверке (ждали инспектора), задание выполнить я не успевала и решила задержаться на работе, но, приобретенная за месяц хорошей жизни, привычка «на дорожку» позвала меня в 16-45 (рабочий день до 17ч) в наш чудо-туалет. На выходе из сортира встретила Таню. Ну, встретила и встретила.
Сижу работаю. 17 часов - одна сотрудница ко мне в приёмную заглянула, другая, третья и все одно и тоже спрашивают: «Не знаешь Таня где?». Я в шутку и отвечаю: «Пошла посрать и провалилась» (острячка, ёпта).
Около 18 часов заходит ко мне в кабинет потеряшка собственной персоной. Печаль на морде, грусть в глазах: «Наташа, зачем ты так?»
Я в полнейшем непонимании, вижу, что человек на меня обижается. А за что? Почему? – не чувствую никакой вины за собой. Еле добилась у неё признания за что губы дует.
Оказывается, я, когда выходила закрыла дверь туалета на засов. И Танька просидела около часа в туалете на тумбочке. Изнервничалась до головной боли, хорошо, что лекарства были ранее в тумбу положены. Нашла и освободила её от туалетного плена заправщица тётя Катя - слава Богу, тоже зашла «на дорожку». А если бы не зашла?
Мораль (лично, для себя) - Если ты последний, кто видел пропавшего человека, не надо ржать, вернись на место встречи, проверь щеколду.
Мораль (версия №2) – тумбочки не только для того чтобы на них сидеть. На них можно стоять - и это большое подспорье выбраться в окно. А можно было и без тумбочки стучать в окно, привлекая внимание проходящих.
Мораль №3 – дисциплина – не всегда хорошо.
P.S. Не знаю от кого узнал начальник ГНС об этом происшествии, меня попросили так больше не делать, но туалет не закрыли.
https://zen.yandex.ru/id/5bed5b32ae822f00aaafcdcb- всяко-разно мои истории
