arvenpotter

Александр Фердинандович Кельх, коллежский советник и кавалер многочисленных орденов, выкупил этот участок за огромные по тем временам 300 тысяч рублей. Однако истинной хозяйкой положения была его супруга, Варвара Петровна, урожденная Базанова. Внучка могущественного сибирского золотопромышленника, она принесла в семью колоссальное наследство, которое и превратило скромный особняк в архитектурный шедевр.

Для перестройки супруги пригласили архитекторов Василия Шене и Владимира Чагина, а позже к ним присоединился Карл Шмидт. Творческий союз мастеров создал нечто уникальное: если с улицы дом выглядел парадно и строго, то внутренний двор превратился в настоящий уголок средневековой Европы. Здесь вырос готический павильон, украшенный ажурными арками, фигурами гномов и головой химеры, призванной отпугивать злых духов. Внутреннее убранство поражало воображение — от парадной мраморной лестницы до столовой с массивной готической отделкой и кабинета с монументальным камином.

Но золото Базановых не принесло семье долгого счастья. В 1904 году Варвара Петровна уехала в Париж, фактически оставив мужа и детей. Вскоре доходы с приисков начали стремительно падать, и былая роскошь стала таять на глазах. После развода в 1910 году Александр Кельх пытался удержать имущество, но в 1914-м был вынужден продать особняк потомственному почетному гражданину Ивану Александрову.

Дальнейшая судьба Александра Кельха превратилась в настоящую трагедию. Разорившись окончательно, он искал спасения на Дальнем Востоке, работал на химзаводе в Кузбассе, а в 1923 году вернулся в Петроград. Человек, когда-то владевший миллионами, не мог найти достойной работы. Семью содержали жена-портниха и падчерица, трудившиеся чернорабочими на заводе «Невгвоздь». Единственным заработком самого Александра в период с 1926 по 1929 год стала уличная продажа папирос. Несмотря на то что Варвара Петровна из Парижа присылала деньги и звала его к себе, он отказался уезжать, не желая обременять бывшую супругу. Жизнь последнего владельца особняка оборвалась в сталинских лагерях после ареста в 1930 году.

Сам же особняк за годы советской власти сменил множество ролей: от Школы экранного искусства, выпустившей режиссера Сергея Васильева, до райкома партии. Сегодня здание, переданное Министерству юстиции, постепенно восстанавливает свой исторический облик.

История здания на углу набережной Мойки и Гороховой улицы — это непрерывная летопись петербургской торговли и легкой промышленности, охватывающая почти три столетия. Еще в первой половине XVIII века участок принадлежал В. Я. Новосильцеву, а к середине столетия перешел к вице-президенту Юстиц-коллегии Фридриху фон Бремеру. Любопытно, что «швейный» вектор развития места наметился очень рано: в 1778 году владельцем стал придворный портной Христиан Поппе, а позже — мастер цеха Карл Гейдеман.

В XIX веке домом владела семья коммерции советника Николая Меншикова. При них здание постепенно росло: в 1842 году архитектор Ф. И. Габерцетель надстроил третий этаж и добавил балкон, а в 1860-х академик И. И. Цим обновил фасады. В это время дом был многофункциональным: здесь работало фотоателье Иоганна Абрагамсона, центральная гомеопатическая аптека и лечебница.

Коренной перелом произошел в 1905 году, когда бельгиец С. Эсдерс и нидерландец Н. Схейфальс получили разрешение на строительство пятиэтажного торгового дома. Проект архитекторов Владимира Липского и Константина де Рошефора стал новаторским для своего времени. В основе здания лежал мощный металлический каркас весом 1120 тонн, изготовленный заводом Э. Тильманса. Фасад получил уникальный облик: огромные окна, узкие простенки и сложная геометрия проемов — от прямоугольных внизу до подковообразных в мансарде. Торговый дом «Эсдерс и Схейфальс», известный как «У Красного моста», быстро стал самым престижным магазином Петербурга, где одевались члены императорской семьи, включая Александру Федоровну.

После революции 1917 года история роскошного универмага прервалась. В 1919 году здание национализировали и передали под нужды Центральной швейной фабрики. В 1922 году предприятию присвоили имя комиссара В. Володарского. На десятилетия здание превратилось в промышленный гигант: здесь шили мужскую и женскую одежду, а в 1928 году из состава фабрики выделилось самостоятельное производство «Большевичка». В советские годы объединение имени Володарского было головным предприятием целой сети фабрик и получало высокие государственные награды.

Новейшая история места началась в 1992 году с регистрации АОЗТ «Фабрика одежды Санкт-Петербург». В ходе последующей реставрации зданию вернули исторический облик, включая утраченную угловую башню со шпилем. Сегодня здесь вновь сосуществуют торговля и современные технологии: на нижних этажах работают магазины, а помещения в башне арендует компания ВКонтакте.

В 2015 году археологический мир потрясло открытие в Пилосе (Пелопоннес). Группа исследователей из Университета Цинциннати под руководством Джека Дэвиса и Шарон Стокер обнаружила нетронутое захоронение воина эпохи расцвета микенской цивилизации (ок. 1450 г. до н. э.). Гробница, получившая название «Могила воина грифона», содержала более 3000 артефактов, но один из них заставил ученых пересмотреть историю античного искусства.

Среди россыпей золота и оружия была найдена небольшая агатовая печать длиной всего 3,6 см. Первоначально она выглядела как невзрачный камень, покрытый известковыми отложениями. Однако после года кропотливой расчистки миру открылась «Гемма со сценой битвы» (Pylos Combat Agate).

Глиптика — искусство резьбы на драгоценных и полудрагоценных камнях — в этом памятнике достигла невероятных высот. Технически гемма представляет собой инталию: изображение вырезано вглубь камня. При оттиске на мягком материале (глине или воске) получается выпуклый рельеф.

Самое поразительное в пилосской гемме — это детализация, граничащая с невозможным. На площади в несколько квадратных сантиметров мастер изобразил драматичный поединок трех воинов.

1. Победитель с развевающимися волосами вонзает меч в горло противнику, защищенному тяжелым восьмеркообразным щитом и шлемом. У их ног лежит третий, павший участник битвы.

2. Размер головы воина — всего 2,4 мм. Несмотря на это, мастер проработал мускулатуру, завязки ожерелья и текстуру гребня на шлеме.

3. Уровень передачи анатомии — напряженных мышц, обмякшего тела павшего героя — характерен скорее для греческой классики V века до н. э., чем для бронзового века. Разница между этим агатом и другими печатями того времени столь велика, что исследователи говорят о «ранее неизвестном уровне мастерства».

   источники:

Stocker, S. R., & Davis, J. L. (2017). The Pylos Combat Agate from the Grave of the Griffin Warrior.

https://griffinwarrior.org/gallery/

История храма началась 29 апреля 1891 года. Во время визита в город Оцу на наследника Николая Александровича (будущего императора Николая II) напал японский фанатик. Цесаревич выжил, и в честь его спасения было решено воздвигнуть храм.

Первоначально таможенники планировали лишь небольшую часовню, но благодаря поддержке фабриканта И. А. Воронина проект вырос в величественный храм в русском стиле.ё

Храм Богоявления стал настоящей выставкой достижений того времени:

• Фаянсовый иконостас: Уникальная работа фабрики М. С. Кузнецова получила награду на Всемирной выставке в Париже в 1900 году.

• 10 колоколов общим весом в 12 тонн сначала демонстрировались на Всемирной выставке в Чикаго, и только потом заняли своё место на колокольне.

• Чтобы максимально достоверно изобразить берега Иордана на образе «Крещение Господне», художник А. С. Сланцев специально ездил в Палестину и делал зарисовки с натуры.

• Храм освещали 450 электрических лампочек (редкость для того времени!), а уникальную систему отопления разработал Б. К. Правдзик.

Храм на 1200 человек был не только местом молитвы, но и важным культурным центром. При нём работали бесплатная библиотека и хор любителей церковного пения. Внутреннее убранство поражало: мозаики мастерской Фролова, росписи в главном куполе на высоте 30 метров и огромный образ «Тайной вечери» во всю алтарную стену, который был виден из любой точки храма.

В 1935 году храм разделил судьбу многих святынь: его закрыли, сняли кресты и главки. В его стенах чего только не было:

• В послевоенные годы здесь кипело производство мыловаренного завода, а позже здание передали под нужды универмага.

• Чтобы приспособить храм под склад, внутри соорудили три этажа перекрытий, установили лифт и даже провели канализацию. В процессе были безжалостно сбиты лепные карнизы и уникальные кованые решетки.

• В здание попал снаряд, который, к счастью, не разорвался.

В 1991 году храм вернули Церкви, и начался долгий путь восстановления.

• Новые фасадные мозаики мастера И. Ю. Лаврененко в 2006 году получили золотую медаль на престижной выставке Denkmal в Лейпциге.

• В 2012 году был освящен новый керамический иконостас. Он создан по мотивам того самого оригинала, который когда-то покорил Париж.

• На колокольню вернулись колокола, самый большой из которых весит почти 2 тонны.

Реставрация внутренних интерьеров продолжается.