Чем больше дней проходило с момента расставания, тем сложнее было взаимодействие, тучи сгущались, было предчувствие бури. Вокруг меня как будто образовалось некое кольцо ограничений, ребенок – создание двух людей, и чтобы мой ребенок был в эмоциональной безопасности, я обязана снижать эмоциональный накал, сглаживать агрессию, удерживать хрупкий мир, я была в ловушке.
При этом я тешила себя надеждой, что все это временно, что гнев, угрозы в мой адрес – это последствия болезненного разрыва, так или иначе все это закончится, перемелется в муку и мы сможем быть цивилизованными людьми, которые во благо ребенка могут сохранить дружественные отношения.
Доказательством тому было то, что украденные денежные средства мне были возвращены в полном объеме, бывший супруг подал на развод, и мы официально благополучно разошлись. Я внесла первоначальной взнос и купила нам с сыном небольшую квартиру в ипотеку. На горизонте маячила светлая полоса в жизни, казалось все плохое позади.
Однажды он попросил помощи – прописать в моей купленной квартире для того, чтобы получить медицинские услуги в связи с серьезным заболеванием, словами: «ты же не убьешь отца своего ребенка, как пройдет операция, я сразу выпишусь». Я все взвесила, на одной чаше весов были многие совместные стабильные хорошие прожитые годы, плюс вопрос жизни и смерти, а на другой – всего год эмоциональных качель, сама математика была в его стороне, финальное решение определила фраза – мы же не чужие люди в конце концов, прописала.
Последствия моего решения я ощутила не сразу. Было начало декабря, мы уже с сыном планировали новогодние праздники, приценивались к авиабилетам и ждали с предвкушением этот сказочный период. Ни с того, ни с сего, бывший супруг потребовал ребенка на три недели на новый год, и это не было как предложение для обсуждения, это было требование, а если сын не согласен, то именно моя задача – убедить, потому что если он не хочет быть с отцом, то это я настроила его так. Если будет иначе, то он сейчас приедет, все разнесет, всех порвет, красочные детали в которых мне было передано послание, я опускаю. Не смотря на угрозы я отказала. К тому периоду у бывшего супруга уже была другая семья, а сын не горел желанием проводить время в кругу этих людей, да и у нас уже праздники были спланированы. В тот вечер мы ушли в гости к друзьям, дабы мальчишки поиграли в PS, да и разбавить вечер хорошей компанией.
Собравшись домой, друзья решили проводить нас. Мы с сыном вышли, а у подъезда нас встречал бывший супруг, он потребовал, чтобы сын сел в машину, ребенок и я отказались подчиниться. Тогда он сделал попытку поймать и затолкать ребенка силой, я встала на защиту, а мой пятилетний сын в этот момент уклонялся и бегал от отца. С одной стороны комичная картина – взрослый мужчина гоняется за ребенком, борясь параллельно с хрупкой женщиной, а с другой стороны, совершенно не смешно. Мы вернулись обратно к друзьям, я осознала, дальше так продолжаться не может, нет смысла надеется на то, что мы можем быть цивилизованными друзьями, что все сложится как-то само собой, что время все излечит. Это просто глупо. Мы вступили в этап прямого противостояния.
Бывший супруг был в бешенстве, он ходил по двору и во весь голос выкрикивал мою фамилию, это звучало как рык зверя, охваченного слепой яростью. Он подключил все возможные инстанции: позвонил в полицию и в опеку, обвинив меня в укрытии его сына будучи в алкогольном и наркотическом опьянении, естественно ребята приехали и не подтвердили его ложь, написал оскорбляющее достоинство сообщение в родительский чат детского сада. Его задача была в том, чтобы обозначить мой падший моральный облик, притянуть на свою сторону как можно больше союзников, оставить меня без поддержки. Но поскольку он не сдерживал эмоции, демонстрируя окружающим неадекватную реакцию, это возымело обратный эффект, я не просто лишилась поддержки, я, наоборот, ее обрела. Из чата его удалили, опека покрутила у виска, сказав что он ненормальный, пожелав мне терпения и сил.
В общем ночь накрыла город, и двери привычной жизни для нас закрылись, оставив единственный путь – перемен. Конечно, я страшилась этого выбора, потому что прямое противостояние – это игра в долгую с неизвестным исходом. Если он выиграет или я пойду на попятную, то станет еще хуже, нет пути обратно, и я не хочу больше жить в страхе. Настало время действовать. Шаг первый – забрать с квартиры предметы первой необходимости – одежда для ребенка, документы и кошка, которая без нас не проживет., Я попросила других друзей сделать это, самостоятельно быть дома было уже не безопасно.
Весь последующий день я посвятила поиску хорошего адвоката, у которого есть практика по делам связанных с домашним насилием. Мне удалось найти лучшего в своем деле.
Третий шаг, я поняла, что я не могу пользоваться постоянно гостеприимством друзей и надо найти другое пристанище, и желательно подальше – место должно быть мне знакомо, чтобы я могла там ориентироваться. В голову пришел один из филиалов компании в которой я работала, удален от Москвы, но не настолько чтобы ограничить меня в передвижениях, и я часто была там в командировках, это был идеальный вариант. Я созвонилась со знакомой, обрисовала ситуацию, и мы организовали нашу транспортировку на ее автомобиле, чтобы не оставить след в ж/д кассах или транзакциях банков.
Но прежде, чем переехать, необходимо чтобы нас не отследили по базовым станциям, мы отключили мобильную связь, в последующем оформили через друзей новые номера с другими сотовыми телефонами. Это позволило нам оставаться незамеченными в системах мобильных операторов, это было важно, так как специалист сотовой компании может сказать с какой ближайшей базовой станции совершен звонок, а через сеть знакомых всегда можно найти такого человека.
Итак, спустя три дня после злополучных событий, мы простились с Москвой и из столичных жителей мы опять стали провинциалами. Небольшой город встретил нас с распростертыми объятьями, укрыв среди многочисленных жителей, дав нам столь желанное чувство безопасности. Чтобы не выделяться, и чтобы ни у кого глаз не зацепился, мы купили новую верхнюю одежду как сыну, так и себе – не броскую, темного цвета.
Через знакомых мы сняли квартиру в прекрасном живописном районе, на берегу величавой русской реки. Поскольку дебетовой или кредитной картой пользоваться нельзя (это как с сотовыми операторами, легко вычисляется), первую сумму я взяла у знакомых, переведя им через несколько рук и банков, а последующие суммы я ездила снимать в Москву, чтобы на местах расплачиваться только наличными. Поскольку мне важно было не оставлять след ни в каком виде, передвигалась между городами я на скоростных электричках, этот проезд не требовал предъявления паспорта. Так мы действительно затерялись.
С большой благодарностью вспоминаю тот период, несмотря на то, что нам пришлось сменить место жительство, отказавшись на время от привычного образа жизни, несмотря на то, что уровень неопределенности был очень высок, каждый день мог стать днем нашего провала – мы все равно находили место для радости, пусть не сразу сердце стало биться ровно и крепкий сон вернулся в нашу жизнь, пусть в первое время я оборачивалась когда возвращалась домой и всматривалась в окна, прежде чем мне выходить – этот период все равно запомнился мне как светлым участком нашей жизни.
