Quies1

Провела вечер с этим охлаждённым (но все равно горячим!) парнем.
Наконец могу закрыть для себя вопрос о том, насколько выгоднее покупать красную рыбу целиком, а не в готовой разделке на филе - все тщательно взвешено и записано. Может, перед Новым годом кому пригодится.
Лосось был куплен в известной Минской рыбной сети по 29 белорусских рублей за килограмм (примерно 14 долларов) и завесил 5300, после чего из него вырезали жабры и сняли чешую – дома он весил уже 4900.
Так как это рыба, а не кокаин, все граммы округляю до десятков.
При моей домашней разделке рыба распадается на несколько частей:

1. Суповой набор – хребет, все плавники, голова – получилось 960 грамм.
2. Обрезь филе – прекрасное мясо, которое остаётся с двух сторон хребта после снятия двух больших филе, можно пустить на тартар, на соусы или в пироги – 230 грамм.
3. Обрезь с жирком – если снимать кожу, под ней будет не очень симпатичный серовато-коричневый слой мяса. Его можно и оставить, но лосось для гостей, поэтому я срезала – 130 грамм.
4. Теша – жирное мясо у брюха рыбы, обычно именно ее продают в недорогой заводской фасовке соленого лосося. Многие ее солят, а я обожаю тешу в пирогах – 480 грамм.
5. Кожа – я срезала кожу только с одного филе. Я ее не готовлю, но кто-то делает “чипсы” и использует их как приправу – 140 грамм (думаю, для всей рыбы можно умножить на 2).
6. Непосредственно шикарное филе – 2820 грамм.

То есть если вас интересует только филе, ценник за килограмм получается 52 рубля (чуть меньше 25 баксов), что дороже, чем уже разделанное филе на коже в той же сети (49 рублей). Но нужно учитывать кривизну моих рук – думаю, парни из рыбной сети легко бы получили из моей рыбы 3200 филе или даже больше. Я достаточно щедра, когда режу тешу и срезаю подкожный жир – все равно все пойдет в дело.
Таким образом, вся выгода при покупке рыбы целиком заключается в килограмме супового набора и почти в 800 граммах различных обрезков. Я из этого добра могу приготовить около десятка полноценных ужинов для двоих, но если в лососе вам интересны только стейки и нежная рыбка домашней засолки, смело покупайте разделанное филе (если соотношение цен в вашем городе примерно такое же, как у нас, конечно).

Я не знаю, когда она появилась. Когда я пришла, она уже была. Возможно, она была вложена в системник при сборке или находилась в этой точке пространства еще до того, как в ней появился системник. Когда я случайно бросаю взгляд на заднюю стенку системника, я вижу ее длинные шупальца, которые тянутся из вентиляционных отверстий. Пыль однозначно пытается вырваться на волю. У пыли есть сознание. Когда я включаю компьютер, раздается дикий вой, системник трясется и тарахтит. “Взлетает” - шутят коллеги. Но я-то знаю, что это она пытается устроиться поудобнее, чтобы ее не доставало лопастями кулера.

Вечерами пыль рассказывает сказки собравшимся вокруг нее маленьким пыленышам о том, что однажды наступит день “страшной уборки”, который положит конец цивилизации пыли. Особенно пугают малышей рассказы о страшной отвертке, которой будет вскрыта крышка системника. Многим эта отвертка даже является в кошмарах. Но потом малыши вырастают и становятся частью этого всепоглощающего коллективного бессознательного - огромного комка пыли. Однажды вечером я услышала тихую перебранку: два пыленыша-подростка спорили о том, есть ли жизнь в других системниках и когда наступит конец света. Один из них уже познакомился с жестокостью жизни: это был беженец из недавно сломавшегося системника. Он чудом успел проскользнуть через вентиляционную решетку как раз в тот момент, когда системник уносили в ремонт. Потом он долго скитался по пустыне вытертого ламината, ежеминутно рискуя угодить под тряпку уборщицы (на самом деле риска не было - уборщица давно не заходит в наш кабинет), пока не добрался до моего системника.

- Страшной уборки может и не быть, - горячо твердил он. - Стоит только лопастям кулера перестать крутиться, и вас тут же заберут в ремонт. А после ремонта жизнь в системнике может не появиться долгие годы!

- Чушь это все, - фыркал второй. - У нас все знают, что конец наступит в день страшной уборки. А что до лопастей кулера - я был бы даже рад, если бы они перестали крутиться, одно неудобство от них.

- Как ты не понимаешь! - в отчаянии вскрикнул первый. - Мы должны бережно относиться к лопастям, от них зависит наше будущее.

- Врешь ты все, - отмахнулся второй. - Завтра наши собираются попытаться в подшипник. Ты как, с нами?

- Вы идиоты, - вздохнул первый пыленыш и тут же слился с большим комком пыли - он стал слишком взрослым, чтобы быть самому по себе.

На следующее утро кулер надрывно кряхтел, но все еще работал.