Шестнадцатого июля национальный мессенджер MAX и приложения VK исчезли из Google Play. Ищешь в поиске — висит табличка «приложение недоступно». Уже установленные версии работают, пуш-уведомления идут, но скачать заново — только через RuStore, Huawei AppGallery, Samsung Galaxy Store и Xiaomi GetApps.
Из App Store MAX выпилили ещё в июне вместе со всей экосистемой VK — «Музыкой», «Мессенджером», «Видео», «Знакомствами», «Дзеном» и Одноклассниками.
Причина у обоих кейсов одна — санкции ЕС от 13 июля. Совет Евросоюза внёс в санкционный список VK и её дочку «Коммуникационная платформа» — юрлицо, которое в начале 2026 сменило название на ООО «Max». Под персональные санкции попала и гендиректор Елена Багудина.
Обоснование ЕС интересное. В документе прямо сказано: MAX «способно отслеживать коммуникации, в том числе с использованием VPN, собирать данные об установленных на телефоне приложениях». Плюс — внедрение MAX сопровождалось ограничением работы WhatsApp и Telegram в РФ. То есть под санкции попали не только за принадлежность к VK, но и за функционал слежки.
Что имеем на выходе. Флагман цифрового суверенитета с аудиторией 120 миллионов, встроенным GigaChat и интеграцией с Госуслугами — вне двух главных магазинов приложений планеты. С 1 сентября 2026 MAX по закону должны предустанавливать на все новые смартфоны, продающиеся в РФ. Логика прозрачная: если сам не поставишь — поставим за тебя.
VK заявила, что санкции на работу сервисов не влияют, приложения доступны «в привычном режиме» через альтернативные магазины. Минцифры удаление из App Store ранее назвало политически мотивированным и обратилось в ФАС.
Цифровой суверенитет — это когда твой мессенджер живёт только у тебя дома.
Мессенджер MAX исчез из Google Play — Лениздат:
https://lenizdat.ru/articles/1167556/
ЕС ввёл санкции против VK и Max — Коммерсантъ (формулировка про слежку и VPN):
https://www.kommersant.ru/doc/8814361
Санкции ЕС против VK и «Коммуникационной платформы» — Хабр:
https://habr.com/ru/news/1058508/
