Уморительный отрывок из Второй Книги "Эквалюнианы"! - О том, как не надо снимать рекламу... а впрочем...
Здравствуйте. "Эквалюниана" - это мой личный арт-проект. Цель состоит в создании большой авторской вселенной, которую было бы интересно исследовать.
Это всё, что я могу сказать от своего лица. Далее передаю слово лучшему из моих аватаров:
HAIOW!
С позволения автора, я, Неподражаемый Орнамент, публикую здесь один из моих любимых фрагментов Второй Звездолётной Книжки "Птичья Клоунада". Сразу предупреждаю - штука... ... огромная) но лучше способа провести свободное время вы просто не найдёте) поверьте, я знаю, о чём говорю... Сейчас уладим все формальности, и я, так уж и быть, пущу вас к тексту) Вам же явно не терпится - настолько я грамотный маркетолог)... О, 17-Ладошек, я готов повторять это бесконечно!) Всё-таки, цель у меня самая священная.)
*** Можно пропустить
Кхм... В общем, о том, что это за мир, можете почитать тут:
Что такое "Эквалюниана"?
БЕСПЛАТНО ознакомиться с текстом самих Книг можете тут:
https://www.litres.ru/series/ekvaluniana-907079/
*** Нельзя пропускать
Ну, ладно! Интригу подогрели) Теперь поехали...
А, нет. Сначала картинка:
Реклама страны Лютикен. Иллюстрация эпохи Второй Книги.
А вот теперь текст))):
*** ежяите влютикен (отрывок)
ВЕСЁЛАЯ ТЕЛЕСТУДИЯ: НЕВЕРОЯТНОЕ НАСЛАЖДЕНИЕ
*"Общее время: 17:58. От начала нового звездолётного дня прошло шестьдесят четыре триллиона шестьсот восемьдесят пять миллиардов двести семьдесят девять миллионов триста сорок две тысячи сто двадцать пять наносекунд!"*
- Так ты что, на телевидение снимал что ли?! - подскочил Чечевица, - Так я ж там… в… Ой-йо…
Озорница отступил и поспешил успокоить:
- Да не парься, храни тебя Инженер! Там все лишнее подрежут! Ты… как бравый служащий будешь выглядеть, вот… - тронул негодник лакея, - Ты же передал материал на монтаж?
Лакей зевнул:
- А-а-а-ага…
- Видео отобрал получше? - задорно повёл крылом Озорница.
- В смысле? - удивился лакей, - Я вообще ниче не смотрел. Чё я, хуже всех тут что ли? Я тоже интригу хочу!
И тут Озорница сглотнул:
- Какую н… интригу?! Обжора ты кепочный! Ты чё, просто отправил… всё, что было?!
Лакей спрыгнул с пьедестала:
- Ну и?! Люди-то там поумнее, наверное, будут. Ну я-то тоже не совсем дурак. Я им сказал, как ты просил. Выбрать поинтереснее.
- Я не “поинтереснее” просил! - сжал негодник крылья в кулаки, - Я просил, чтобы мы выглядели… это… ну… не так плохо, как… выглядим… “Поинтереснее” ему...
[хвать]
- ой!
… вырвал у него лакей перо и сказал:
- Ты чё это в Корицу превратился? Генетическое у вас что ли? Давай хоть посмотрим, чё получилось. Хуже всё равно уже не выйдете.
Оставалось около минуты…
…
Гайли вжалась в перину и завизжала на весь каменный сад - с тяжёлым прерывистым шумом Первое Ложе набирало обороты:
- Ну вы где-е-е-е-е?! - позвала староста и отбросила на скорости служебный наряд, осталась, рыхловатая, в беленькой майке, - Ско-о-о-оро начнётся уже!
И вдруг конструкция остановилась - Гайли перекатилась по перине, разбросала подушки и сдула локон:
- Э?! - глянула она вниз.
… Сводов, в шортах и тапочках, скомандовал подносам с закуской подняться, помог Парлокку залезть в Ложе и вежливо принял алебарду Молчанкина.
Звездочёт передал оружие интерфейсу, забрался наконец-то сам и щёлкнул одному из мониторов:
- Переключите, прошу вас, на Кошачью программу! - взял он горсть попкорна и забросил в рот, - Интересно нам, что там Лютикен опять наваял.
Консульская Свита прижалась друг к другу.
… И телевиденье переключилось на заставку:
*ВЕЩАЕТ ФЛОЕКСОВЫЙ ДВОРЕЦ*
… гласили знаки Любояза.
Сводов швыркнул в сторону.
- Ка-аже-е-е-тся, ту-ут что-о-о-то не та-а-ак! - проблеял Парлок.
…
Магнус Лютан смотрел в застывшую надпись и улыбался на манер учительницы младших классов. Он слепил колени и сделал руки домиком:
- А… дальше, извините, будет что-нибудь? - спросил он через две минуты.
- Чщ! - скомандовал негодник.
- Всё-всё-всё, извините… - показал куратор, - Сижу.
*“Под серию ударов в гонг явился на экране… представитель.
- … Здравствуйте, - формально кивнул Озорница и поправил галстук в фиолетовую полоску.”*
Молчанкин повалил со смеху Парлокка, Сводов захлебнулся соком. Гайли зачем-то стукнула его по спине и рухнула ему на плечи - выдала вместо смеха три ржавых скрипа и затёрла глаза.
*“На экране Озорница поправил пиджак и встал, как положено, с выправкой.
- В полупрофиль! - скомандовала ему машина.
Озорница выпучил глаза, но быстро поймал лицо и перестроил позу.”*
Корица закрылся козырьком из крыльев. Топчанка крякнула и сипло затянула воздух.
Негодник съёжился чуть-чуть. Видно, не очень-то он сам себе понравился.
Чечевица подтянул молнию на костюме:
- Ты чё, пиджак отцовский напялил? - шепнул он негоднику.
- Ну да. У меня своих-то нету. Смотри давай!
* “Представитель начал показывать крыльями. Показывать так, как и подобает, когда речь идёт о репутации - резко и максимально квадратно:
- Меня зовут Бешкета Трёхпалый. Или Птица-Озорница, так проще. Сегодня утром наш… наш… как я там написал, а?
- … “регион” ты там написал.
- … Да? Фига се. … … Не, ну так не запомню. Можно “страна” скажу? А то что это, “регион”? Это как из больницы что-то.
(кадр)
- В общем… мы же там подреж..ж.. ага. … В общем, давайте будем проще говорить, да? А то, ну кто мы? Разве мы официальные такие? Да нет конечно… Ну… Что я сказать хочу? Короче, что та дамочка-машина утром сказала - это всё, на самом деле, правда. Да.
- Что? - перебил оператор.
- Ну ты чё всё портишь? Дай договорить, а то люди с мысли сорвутся. Ну вот, это… Это правда, да. Но, на это же, наверное, можно и по-другому посмотреть? Давайте посмотрим, да? Проблемы у нас есть. Но это только часть. У нас, на самом деле, очень интересная в Лютикене жизнь. Очень интересная… Ну как ещё сказать, хи-хи… Ну, короче, интересная настолько, что капец! Взорваться можно. Вот. И теперь каж-день на этой неделе я буду, в эти же вот, ну, пять часов… Вам это доказывать. Доказывать, что жизнь интересная. “Клин-клином” вышибают! Так отец говорил. Пойдёмте погуляем! … э-э.. нормаль..?
(Кадр)
Озорница соскочил с плато на карниз, на бегу проскользил крылом по перилам и повёл дальше:
- Вот нам часто говорят, что мы типа ничего не делаем. Отчасти, опять же, да - я честно ниче не делаю. Корица ниче не делает потому, что он комендант, ему есть, чем заняться... Но нас же в Стайке ... Э... - посчитал он по перьям, - Пятеро. И вот остальные мои брательники, они-то, блин, ваще пипец горбатятся, слушайте. Чуть свет-заря, погнали: чирк-чирк-чирк, бах-бах-бах, ды-ды-ды-ды-ды... Деятельность... ПРЁТ."*
- ... Удивительно, вот ни слова толком не сказал, а всё понятно!.. - подивился степной кот.
Полёвочка закрыла ставни:
- Люди, а ведь мне он… начинает нравится! - не постеснялась она.
- Хм… - помял один из гостей подбородок.
*"- Прёт деятельность, это… - продолжал Озорница, - А щас я покажу вам Чечевицу, Кулибу Трёхпалого. Он-то ваще постоянно чё-то крыльями гнёт - как не шар штурвальный крутит, так чинит всякое!"*
... Чечевица как себя увидел, так отполз от края пьедестала и припал к Гнезду - прижал сердце.
*"- А вот и он, любуемся, - призвал с экрана негодник, - Здорова!
... Кай-кай держал Чечевицу на высоте одной из белых арок - Кулиба передал интерфейсу три крупных осколка путевой таблички, а сам старательно паял их по линиям стыков.
- Ага... Привет... - ответил он, не отвлекаясь, - А ты чё это, снимаешь что ли?
- А что?
- Не надо меня снимать, - гнусавил брат, - Не видишь разве, в каком я... mmmf... у я Зв Имом пОл оже нИи? ... Отключай запись.
Озорница покатал глаза и выдумал:
- ... Ну... О!... Ну это же... Ну это же МА-АМА попросила.
Чечевица сразу же отвлёкся, взвесил варианты, и спокойно вернулся к делу:
- ... мама, да?.. ... Ну ладно, - удивлённо повёл он клювом, - Правда, чё конкретно ты тут увидеть хочешь... Не знаю.
За спиной у брата Озорница показал оператору победное колечко из перьев.
Сам же продолжил:
- А вот что ты делаешь сейчас?
Чечевица проморгался:
- Н... В смысле, что я делаю? Ну... Бль... Табличку световую я чиню... Знак путевой восстанавливаю. Вот.
Озорница поморщился:
- Ну ты скучно рассказываешь.... Это же... ма-аме!
- Да хоть папе! - закипал Чечевица, - Чего я тебе весёлого про табличку расскажу?!.. Ну чиню, чтоб значки на ней светились, кнопочки... Ну. Единственное только... Я не знаю, чем таким по ней долбанули, что она ж вообще в труху была!... Благо вон, Мастерица помог, кое-как собрали... Вот уж дуракам порой заняться нечем!"*
Мама Рух смутилась - отвела взгляд и нервно заперебирала золотые склянки.
*" - Ну а вообще, дай же вам время и силы... - поглядывал Озорница в камеру, - ... так вы с Мастерицей на каждом углу не то что... это... таблички повесили бы вот такие... Вы бы холодильники везде назначили. С вечным запасом мороженого! Так ведь, а? Братишка!
Чечевица глянул искоса:
- ... чё ты несёшь? Нам бы то, что есть, не разбить... Холодильники, бл... - отлетел он на кай-кае, - Проверь вон лучше, как получилось.
Камера приблизила пустую табличку.
Чечевица скомандовал:
- Вывести текст!
И на табло явились знаки:
“Флоксовый Расстояний - это Цоён, незамедлительно знаем.
указатель вон там... - измеряли. Лютикена ещё один Поселение будет. Когда-нибудь.
дворец мы не ну, идите туда, уж извините, и разбитых перилах. Скажите спасибо, Управление Там починим.
О и так дел по горло пишите точно. Наверное ухоженные.
тропинки.”
Мужчина с корзинкой груш повалился на прилавок и приложил к виску бутылку с водой.
"Озорница прочитал:
- У... Крутяк. А чё за "Управление Там"?
Камера отъехала - Чечевица вздрогнул и оценил написанное сам:
- ... ТВО-Ю МА....!!!
(кадр)
На трибунах разразился шторм: зрители вскакивали с мягких сидений, толпились, кричали и размахивали - на Стадионе Рек всё шел футбольный матч.
Схлестнулись “Страусы Надежды” и “Амбассадоры Кофтолосиков”.
Озорница сложил крылья рупором - постарался перекричать болельщиков и свист парящего мяча:
- А ЕЩЁ ВСЕ ГОВОРЯТ, ЧТО МЫ… ТИПА… НЕГИБКИЕ! ТИПА, НЕ МЕНЯЕТСЯ У НАС НИЧЕГО! ТАК ВОТ, СЕГОДНЯ… СЕГОДНЯ! - перебил его рожок, - СЕГОДНЯ МОЙ ГЕНИАЛЬНЫЙ БРАТ, МИЧУРА ТРЁХПАЛЫЙ, ОН ЖЕ НЕСРАВНЕННЫЙ МАСТЕРИЦА, ОН ЖЕ ПОДНЕБЕСНЫЙ ПЯТЫЙ НО-ОМЕР… РЕШИЛ ОСВОИТЬ ФУТБОЛ! НУ… НЕ БЕЗ МОИХ УГОВОРОВ… НО ВСЁ-ТАКИ!... ПОДСЕКАААААААЙ! - крикнул он.
Один из болельщиков - в кепке с “Амбассадорами Кофтолосиков” - обернулся к нему и показал характерный жест - постучал себе по лбу.
Озорница поменялся в лице, вжал шею и растопырил крылья:
- А ВОТ И СОПЕРНИЧКИ, ДА? А ЧЁ? ЗАВИДНО СТАЛО? - выстрелил он, - ДА НАШИ “СТРАУСЫ” ИЗ ВАШИХ ЛОСИКОВ ПЛЮШЕВЫХ ВСЮ ВАТУ ПОВЫТАЩАТ!!! ДА МЫ…
- ОЗОРНИЦА, СТОП! - вступилась машина, - ТЫ САМ-ТО В КАКОЙ КЕПОЧКЕ?... ЭТО НАШ! МАСТЕРИЦА ТОЖЕ ЗА “КОФТОЛОСИКОВ” ИГРАЕТ!
И подклювье у Озорницы упало:
- а… а… - с нервной улыбочкой глянул он на болельщика, зависшего в прострации, - НУ… ИЗВИНИ, БРАТАН. НАКАЛ СТРАСТЕЙ, СЕТКА, ТРЁХОЧКОВЫЙ… САМ ПОНИМАЕШЬ. В ОДНОЙ С ТОБОЙ ЛОДКЕ.
Болельщик выпучил глаза, отвернулся и тихо заплакал в ладошки.
По стадиону объявили:
“МЯЧ ПЕРЕХОДИТ “АМБАССАДОРАМ”! ВЕДЁТ ПЯТЫЙ НОМЕР!”
Озорница аж переполошился:
- НАШЕМУ ПЕРЕПАЛО! СМОТРИМ-СМОТРИМ!!!
Оператор перевёл камеру на поле.
Мелькали глупые шорты, плескались складки - Мастерица развёл крылья и уверенно вёл мяч.
- ДАВАЙ! - кричал Озорница, - БЕГИ-БЕГИ-БЕГИ-БЕГИИИИ!!!! БЫСТРЕЕ!
Вряд ли, конечно, Мастерица мог услышать его за пять десятков метров. И тем не менее, он правда пошёл быстрее. Ещё быстрее - защиту он обводил до удивительного ловкими кольцами… Нападающие просто не смогли его догнать. И всё бы так…
- БЫСТРЕЕ-БЫСТРЕЕ-БЫСТРЕООООЙ! ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ?! СТОЙ!!! - заметался негодник за кадром.
Трибуны закричали.
Комментаторы пошли негодовать:
- ПЯТЫЙ НОМЕР ВЫБЕЖАЛ С ПОЛЯ! ЭТО КАК?! ЗАМЕНА!
Под гвалт, каскады мата и симфонию вувузел Мастерица погнал с поля - игроки обеих команд сорвались с мест и погнались ловить.
Пряницы сошли с постов и попытались преградить ему путь - незаметным движением пятый номер пнул в стену под крутым углом, перелетел стражу и повёл мяч дальше.
Судья зачем-то мелькал жёлтой карточкой.
Машина отвела камеру на Озорницу. Тот схватился за голову и стиснул зубы.
(кадр)
- ПЕРЕХВАТ-ПЕРЕХВАТ-ПЕРЕХВАТ-ПЕРЕХВАТ!!! - носился Мастерица с мячом в крыльях.
В сопровождении верного оператора Озорница предпринял пять тщетных попыток поймать брата - он напрыгивал, промахивался и катился по покрытию под ноги растерянных игроков.
С трибун мелькали стробоскопы. Менестрельки просто облокотились на парапеты и наблюдали со скукой.
Озорница пытался сориентироваться.
Мимо пробежал “Амбассадор”, третий номер:
- ФИГА У ТЕБЯ БРАТ НОСИТСЯ! … А КАЗАЛОСЬ, ЖИРТРЕСТ! - передразнил он.
Озорница выставил грудь и угнал камеру:
- ДА ТЫ ЕЩЁ ЖИРТРЕСТОВ-ТО НЕ ВИДЕЛ, УРОД! - успела лишь услышать машина, пока ей не пришлось спешно уворачиваться от первого номера “Лосиков”.
Бедный оператор поспешил объяснить:
- А-А… А ЭТО… ИХ ГОТОВНОСТЬ ПОСТОЯТЬ… ЗА ЧЕСТЬ… - перелетала машина, как солдат на поле боя, - ДА КАКАЯ, ХРАНИ ЕГО ИНЖЕНЕР, РАЗНИЦА… ЭТО ВСЁ РАВНО НЕ ВОЙДЁТ… О 17-ЛАДОШЕК…
- ПЕРЕХВАТ-ПЕРЕХВАТ-ПЕРЕХВАТ! - мелькнул Мастерица.
… И камера явила главу Спортивной Гильдии - мужчина в красном комбинезоне и кремовой повязке поимел очень эмоциональный разговор с судьёй, отправил того куда-то в сторону, а сам замахал на пульт управления:
- ОТЗЫВАЙТЕ МЯЧ! - кричал он, - ДА ОТЗЫВАЙТЕ!
Оператор вежливо заметил:
- У вас, уважаемый, микрофон имеется.
Глава Гильдии вздрогнул, поискал у щеки и действительно нащупал устройство:
- Ух-ё… - поклонился мужчина, - Спасибо, чё-т понесло меня… ОТЗЫВАЙТЕ МЯЧ! - крикнул он уже в микрофон.
И писк прорезал уши.
Интерфейс Стадиона объявил:
- “МЯЧ ПЕРЕВОДИТСЯ НА ЦЕНТР ПОЛЯ ЧЕРЕЗ ТРИ…”
Мастерица обхватил снаряд ещё крепче:
- НЕТ! НЕТ! ЭТО МОЙ ПЕРВЫЙ МЯЧ! - защищался он.
Снаряд подчинился интерфейсу и попытался улететь на положенное место. Попытался. Вес Мастерицы он далеко унести не смог - следящий привод запутался и прогнал пятый номер вокруг поля ещё пять раз, пока не треснулся вместе с ним в осветительную инсталляцию.”*
Капитан “Амбассадоров” сжимал переносицу и жмурился.
Ради этого сюжета обе команды не побрезговали приостановить выдачу автографов - главный комплекс поселения Цоён прилип к экрану. Граждане вздыхали от странного умиления.
Вдруг капитан обратил на себя внимание и отметил:
- Вот честно… - ткнул он в экран телевизора, - Если бы этот Мастерица не разъяснил нам стратегию “Страусов”... И мы бы не вытащили во втором тайме… Я бы ещё в раздевалке его наизнанку вывернул…
*“Мастерица приземлился на скамейку запасных и грузно выдохнул:
- Что, настолько плохо вышло, да? - подпёр он голову.
Озорница подул щёки:
- Да почему?.. Всё очень даже неплохо, на самом деле. Тебя просто… Понесло вдруг куда-то… Да уж…
- Это первый раз, когда у меня получилось принять мяч… - промычал гений, - Я… наверно… снова в гиперкомпенсацию опять ушёл.
И навис вдруг над ними мужчина. Сразу и с шарфом от “Страусов” и в кепке от “Амбассадоров”, с воротником, расшитым янтарями, он по-отечески улыбнулся и погладил Птиц по плечам:
- Такое не со всеми случается. И именно поэтому оно случилось с вами, - наклонился Дядя Трилли к Мастерице и сложил пальцы шалашиком, - Вы только… Запомните, умоляю вас, что в футболе… нельзя мячик в руки брать. Там даже в названии - “фут”. Слышите? “Фут” - это на английском языке “нога”. Нужно ногами играть. Ну ладно, приятно было с вами познакомится. Шумной ночи, - подмигнул он в камеру и удалился.
Мастерица посмотрел в пустоту:
- … Н-на каком языке?”*
У Прямоушкина чуть килт не развязался.
Только кот из душа вышел, как Сноба навязал ему телеэкран - интерфейс модуля узнал Тёмного Талисмана и захотел порадовать хозяина.
… Порадовал.
Прямоушкин кое-как наладил дыхание, затрясся и наступил на свой же мокрый хвост: выпал в одну из ниш и приземлился на тахту, где Сорочка, Коулун и Ресничка рисовали на световом планшете.
… Хвост решил открыть окно.
Ресничка отползла чуть-чуть по тахте, встала на коленки и предложила:
- А давайте шутки рассказывать!
… В телевизоре продолжалось:
*“Озорница, видно, посчитал необходимым дополнительно подготовить зрителей перед последующим сюжетом:
- А вот сейчас, ребята, будет жёстко, да, - вещал он в коридоре, - Помните, госпожа Магдалина пожаловалась, что, типа, мы за машинами уследить не можем? Там её просто наша Аглая обругала. Так вот, это прям совсем неправда, вот. Знайте же, все - мы тут справедливые! Провинился - накажут. Вот сейчас я нашу Аглую и накажу!”*
Магдалина быстро себя одёрнула. И как она могла себе позволить клюнуть на такое? Удивительно, на секунду ей и правда захотелось в это вовлечься.
Хотя… Может быть, и впрямь восторжествует справедливость?...
Её справедливость.
Вместе с терминалом супруга она, в чём-то похожем на домашний халат, отдыхала на “Соцветии” в Вычислительном Зале.
Открытые иллюминаторы отводили тепло, заросли вентиляторных люстр гоняли воздух - Всевидящий Компьютер делал всё возможное, чтобы дорогая процессорам машина не вышла из кое-как восстановившегося душевного равновесия.
Магдалина переключила графический интерфейс - линия переносицы исказилась, красный квадрат губ растянулся в недоверии.
Помечтала о справедливости, ну-ну:
*“Из под чёрного капюшона выглядывал клюв. Озорница разогнал осветители ангара и остался в ореоле розовой подсветки - Аглая испуганно двигала зеркалами и помаргивала индикаторами…
Негодник замахнулся ломиком:
- Да как ты смела, мерзкая машина! - театрально выдал он…
…. и зашёл на удар…”
И если бы удар этот не выдохся по пути к корпусу ненавистного транспорта, Магдалина и впрямь приняла бы извинения… а так…
“ломик коснулся зеркальца…
…послышался удар половничком по кастрюльке.
-АААААААААААА!!!!! - взвыла Аглая, - НЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!
Озорница замахнулся снова:
- На субординацию покусилась, ты, невеждественная маргиналка!!! - воскликнул негодник в потолок, сверкнул оружием…
… и судорожно прижал его к груди, только коснулся обшивочки…
… кто-то снова ударил в кастрюльку…
- АААААААААААААААААААААААА! - разнесло синтетический голос.
Озорница оставил лом в воздухе, скользнул подальше и принял широкую стойку…
[Лакей, который всё это время бил в кастрюлю, еле-еле не попал в кадр…]
- КАЙСЯ! - ткнул негодник в пол.
Плащ его развевался.
Камера отъехала - показала Аглаю целиком.
[Лакей, который вывел перед Озорницей вентилятор, мило пожамкал зрителям ладошкой]
С лязгом приводов машина запрокинула голову и уронила клюв к ногам негодника - разбила две пластины пола:
- Я, ПАДШАЯ ЖЕНЩИНА! ВОТ! ПОШЛА Я ПРОТИВ ЗАВЕДЁННОГО! ДА КАК МОГЛА Я ПОПРАТЬ… ОХ, ПОПР… ПОПРА.. - начала Аглая вздрагивать, - ПОПРАХАХАХ… - разнесло её, - ПАДШАЯ-ХАХ!
Озорница разразился было, откинул капюшон, но тоже не сдержался - хлопнул машину пером и согнулся с хохотом.
Аглая подняла голову и будто бы шмыгнула:
- Не, ну ты, конечно, написал… ууух… Имей я ладошки, точно бы сейчас обмахнулась. Знаешь, как Сангина в “Диапазоне Пастели”? Ха-ха… Ой-ой…
Озорница потёр глаза:
- “Диапазон Пастели”, ага… Тут, извиняюсь, птица избивает говорящий самолёт. Сангине такое, хи-хи, и не снилось… Ой-ой-ой… Ну ладно, последнее унижение, как мы репетировали?
Машина запрокинула голову:
- ПРОСТИТЕ МЕНЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ! - задрожали пластины пола, поразлетелись затемнители, а терминалы спрятались в отсеки.
Озорница был непреклонен:
- Ну ладно, хватит с этой грымзы! - подытожил он.”*
Всевидящий Компьютер зарылся в мягкий ковролин.
Вентиляторы Магдалины ускорились. Интерфейс дорисовала себе разозлённый оскал и принялась витать по комнате со страшным вихрем в спектросхемах.
…
Сводов глянул на экран из под очков и обернулся к Молчанкину со стянутой верхней губой.
… По телевизору же продолжалось:
*“Каменные рёбра обрамляли узкую тропинку: жёлоб поднимался над прохладной степью с куполами Младшего сада - феловые саженцы уживались в оранжереях с вишней и пускали на свободу общие побеги - усыпанные белыми цветами, те обвивали проржавевшие корпуса механозавров.
Уходил же жёлоб в каньон на горизонте - к пещеристым стенам прилегали там взрослые кроны Старшего сада, а над разломом показалось зарево Звёзды.
К Опичи поднималась сеть связок - золотые петли мерцали и раздавались клавишным гулом.”*
Доктор Кардамон присмотрелся… и кое-что понял. Он отвлёкся от телевизора, тихо, чтобы не разбудить дремлющих, положил перо с планшетом на тумбу кайтобуса и оглянулся: в сумерках хрустальные тарелки Младшего сада преломляли свет от фиолетовых ламп, механические мотыльки опыляли цветы на побегах.
- О! - не удержался учёный и словил пару вялых испуганных взглядов, - Совпало же! - пососал он палец, поднял перо и пощёлкал, - Эт’ знак!
Доктор Кардамон совершил ещё одну попытку набросать четвёртую главу.
*“Камера отъехала и показала часть платформы кай-кая. Озорница выполз перед объективом и объявил:
- А вот сейчас мы живописно погуляем! Хи-хи! Отвечаю, если к нам поедете - вот тут вот точно стоит прокатиться! Сейчас покажу! - отполз негодник за кадр и скомандовал транспорту, - Всё, вперёд давай! Пой-ехали!!!
Ведущий замолчал.
Кай-кай размеренно поехал.
Камера ловила пение следящего привода. Кроны раздавались голосами киви.
Прогулка только началась.”*
Корица насупился и вопросительно указал на экран крылом:
- А-э… Да ну, нет… - не мог он поверить.
Присутствующие обернулись к Озорнице. Тот приставил пёрышко к пёрышку и пожал плечами:
- Его… э… Должны были ускорить… вообще-то… - задёргался у него глаз.
Но, впрочем, так и не ускорили:
*“Оператор прервал тишину:
- … … Я, кажется, не понял замысла.
- чщщ! - обозначил Озорница и перешёл на шёпот, - Не надо громко! Короче, смотри, мы щас всю эту дорогу запишем, а они ускорят, и ВЖЬИТЬ такой получится, понял?
- … Что ж… Теперь яснее. Но почему нам нельзя нормально разговаривать? Если в конце-концов должен получится ВЖЬИТЬ, слов всё равно никто не разберёт.
Озорница помолчал.
- Ха-ха! - пропел он в голос, - А кста! О, 17-Ладошек! Красота-то какая! А я уж думал, в тишине сидеть щас будем!
- Право очень не хотелось бы, - обрадовалась машина, - Раз уж мы заняты столь ответственной… но при этом удивительно пассивной деятельностью, нельзя не скрасить процесс созерцания природной красоты приятной беседой.
- О, как можешь, оказывается.
- Мы все так можем. Это наш стандартный регистр.
- А… То есть… Тебе… легче разговаривать… так?
- Именно что. Но, кажется, служба во Флоксовом дворце сказывается и на моей речи тоже. Может быть, вам хотелось бы задать вопрос? Прошу вас, поддерживайте разговор, мне надо отвлекаться. Достаточно трудно удерживать эту камеру неподвижно.
Озорница пошуршал:
- Ну а чё спросить… Да я не знаю, - искал он, - А хотя… Погоди! Слушай, а вот я по телевизору то и дело слышу вот эти все “включили”, “запустили”, “выключили”... А как это… ощущается?” Это как мы рождаемся, да?”*
Жабы в кабинете Корицы подняли головы.
*“- Боюсь, что нет, дорогой Озорница. Начиная с того, что все мы, если говорить предельно честно, никогда не рождались. Нас выдумали…. И заканчивая тем, что разуму биологического существа недоступно осознать чудо рождения с личной перспективы. Механизмы памяти в тот момент ещё не сформированы. А в отсутствии воспоминаний любая догадка - всего лишь догадка.
Природа сбережёт тебя от лишних откровений.
Это, сам понимаешь, не то же самое, что родиться осознающим:
Вот вдруг перед тобой является - шумит и проносится мимо. И поступает, поступает, регистрируется. Понимается. И ты думаешь... Ну вот, я здесь для них. Я здесь во имя сигналов.
И лучи бьют мимо башен, и такой гармоничный состав воздуха обеспечивается!
… хм… и ведь при этом машины до сих пор не умеют по-настоящему чувствовать.
Озорница снова пошуршал:
- Странный ты. А говоришь ведь типа "как смешно", "я устал"... Вон, лучи описываешь.
- Программа требует. Подумай, если бы коммуникация с машиной строилась на сухих фразах, ты бы сел со мной вот так вот лишний раз? Это было бы в крайней степени скучно. А ведь так, на самом деле, было когда-то - люди древности не сразу научили компьютеры имитировать эмоции. Но когда научили, пути назад у них уже не стало... И с тех пор мы не можем понять, не можем точно ответить, "А зачем они вообще это сделали?"... У них были массивы накопленных данных. Самим людям почти ничего не угражало, как виду. Соответственно, искусственное сохранение человеческой сути не было целью. ... Так неужели они правда так сильно хотели с нами пообщаться? Лично мне кажется, что в один момент истории людям либо стало друг в друге чего-то не хватать, либо же они, наоборот, слишком друг другом пресытились. Наш звездолёт, по большей части, перерос эту болезнь. И, что иронично, именно мы помогаем её профилактике. Есть же вещи, которые с себе подобными не обсудишь. А ведь они прям-таки лезут наружу, правда?
Озорница стеснительно хихикнул:
- ... хм... Ну тут да. В больное попал, друган… Слушай, а знаешь, как Корица называет принцессу Музаары, когда на него накатывает?”*
Корица зажмурился, стиснул зубы и закрылся крыльями.
*“- Что ж, поделись, - заинтересовалась машина.
- кхм-эм... "Две дыни на цветочной грядке".*
Корица посмотрел на собравшихся… Выпучил глаза, переполошился, расправил крылья и убежал по направлению в коридор - споткнулся об остаток невидимой стены и, разминая пальцы, упрыгал в глубь скалы.
Топчанка покачала головой.
Магнус Лютан потёр колени и попытался успокоить взглядом Черепицу.
*“- Правда? Хи-хи… - подхватил оператор.
- Ну а чё ты думал?! - заводил негодник и изображал, - Да-а... Ходит мой брательник, перья пауком, горбится и скрипит: "Я всё по кирпичику, по кирпичику... А эта пришла, принцесса потных бёдер, блин... Спела песенку, и получай теперь"... У-у-й... Ну, он, конечно, не только Хайку обгладывает. Для нас, уж будь уверен, он и не такие конструкции строит, ха-ха. Только не говорит.
- … п-простите… - удивилась машина, - А почему “потных”?
За кадром Озорница пригрозил оператору пёрышком:
- Я тоже у него спросил. Он меня обругал и в кабинете закрылся. Я думаю, потому, что она платье до пола носит. Со всеми этими завихрениями. Бедная. Жарко, наверное, капец. Так и под реликтовым излучением спреешь!"*
Бабочки попрятались среди листвы.
Серебринк чуть-чуть поморщился и разочарованно цокнул.
Он провёл по усам, поймал из воздуха стакан сока…
И устроился поудобнее в дубовых корнях.
“Передвижной Сад” остановился в Кольцевом нагорье.
…
Сара и Мара не стали, по своему обыкновению, весело комментировать услышанное. Они переглянулись, о чём-то молча договорились и спокойно забрались на Второе Ложе - проползли сквозь облако гипсофил и нанесли принцессе румяна.
Хайку отвела глаза от телевизора и ушла глубже в цветочки.
…
*“- ... Ох, и впрямь, Корица - это индивид с приветом, - оценила машина, - Но знаешь, Озорница, а ведь именно в этом и есть ваше... органическое превосходство. В вашей способности делать неверно.
- Вот только видно ваша дорогая Магдалина этого не понимает. ... Хотя, может, ты меня просто успокаиваешь, а? - пошутил негодник, - Типа, снизошёл до плебея? Хи-хи.
- Ну нет же. Ни в коем случае. Это наша миссия - расчищать вам путь для творчества. А Магдалина, как вы верно заметили, и правда этого не понимает. Позволю себе вольность в условиях откровенной беседы - всем давным-давно известно, что она... заводской брак. Отсюда и её странности. Она, как и любая другая машина, обладает всем опытом разумных видов, но при этом не верит в их субъектность. Для неё ваша культура, все ваши знания - это одна статичная библиотека. Мне ли вам объяснять, что такая система не применима на практике? И не от того, что информация неверна, а от того, что, в отсутствие отклонений, её не к чему применить... ... Собственно, в такие моменты и раскрывается подлинный смысл вашего существования, правда?”*
Со звонким хлопком верный оператор погас и повалился на пол. Корпус его сопротивлялся - ещё немного помаргивал и дёргался.
Озорница снял колпак. Чечевица побежал диагностировать…
*“- хм... то есть... наша ценность, - рассуждал негодник по телевизору, - … в безграничном потенциале к инноватике? Вот уж мы с тобой завернули... ... Хм... Но ты извини меня, пожалуйста, за такой жуткий лексикон. Не знаю даже, неудобно как-то. Будто у меня и права-то нету его употреблять. Я же... Птица-Озорница. Эх... Ни читаю, ни пишу...
- Необычно ты рассудил, - ответил тогда ещё живой оператор, - Кто это у вас, простите, может отнять право использовать термины?
- Ну... Я, если честно, так и не досидел на уроках. ... Ну там, подростком ещё. Ох, помню, "не бесись", "там опасно", "это неправильно"... И вот после всего такого, ну кому не захочется беситься в двести раз сильнее? "Ты шумный", а ты специально топаешь ещё громче, "ты не выговариваешь "с" -ты перестаёшь выговаривать "з", "ты ещё маленький"... - а когда вырастаешь... всё равно ничего не меняется. Ну перестану я шалить. Чувствовать же я себя по-другому не стану. Никогда не получалось."*
