Детский отдел в Доме Ленинградской торговли. Фото Владислава Микоши (конец 1950-х).

По его фотографиям можно легко проследить, как менялась Москва в течение десятилетий. В принципе, в этом и был его план: он часто снимал одни и те же места в столице с перерывом в несколько лет – хотел показать, как меняется любимый город.

При том что коренным москвичом Наум Самойлович не был.

Грановский родился в 1910 году в городе Александрия – ныне Кировоградская область Украины

Едва дождавшись 16-летия, буквально с котомкой за плечами он отправился покорять Москву. Увлечение фотографией началось у него за три года до этого, когда отец подарил ему первый в его жизни фотоаппарат.

Процесс настолько увлек мальчика, что все дни он посвящал съемкам, а все ночи – проявке пленок. Лабораторией – ввиду отсутствия прочего выбора – был определен санузел. Учитывая, что семья жила в коммунальной квартире, увлечение Наума причиняло огромные неудобства остальным жильцам.

Запершись в туалете, Наум туда никого не пускал, пока все фотографии не были до конца проявлены.

Покинув же «лабораторию», юноша зачастую проходил уже вдоль колонны изможденных ожиданием соседей – и от каждого получал тумаки.

По приезде в 1926 году в Москву юноша чудом устроился в только что созданный при ТАСС отдел пресс-клише, миссией которого было снабжать все печатные советские издания иллюстративным материалом.

Сотрудников в отделе было поначалу совсем немного: два фотокорреспондента, два лаборанта и два «подмастерья», одним из которых и стал Наум. Первоначально он отвечал лишь за поддержание чистоты в помещении, затем был допущен к проявке, печати и сушке снимков, а вот уже только потом – к съемкам.

В 1930 году ТАСС стал одним из учредителей акционерного общества «Союзфото», в состав которого вошли организации «Пресс-клише» и «Фотохроника» с собственной фабрикой фотопечати. Грановский был переведен в штат «Фотохроники» – и именно там он, кстати, и проработал до конца жизни.

В какой-то момент Грановского привлекли к работе в «Изогизе» – крупнейшем в стране издательстве по выпуску изобразительной продукции.

Пропагандируя коммунистические идеалы через средства изобразительного искусства, издательство привлекало к сотрудничеству лучших фотомастеров: их работы после печатались миллионными тиражами на марках, открытках и плакатах.

Строительная и архитектурная съемки – именно они показывали всей стране и миру величие нового молодого государства – были в приоритете.

Их поручали только лучшим из лучших – Грановскому, Александру Родченко и Борису Игнатовичу.

Грановский вряд ли тогда мечтал заниматься преимущественно архитектурной съемкой, но прилежно выполняя поставленные перед ним задачи, все больше и больше втягивался в процесс. Постепенно он сделал Москву главным героем своих снимков – и дальше уже всегда воспринимал город именно как живого человека.

В этот момент и стало понятно, что фотографии Грановского, пожалуй, переросли марки: их начинают публиковать все центральные издания страны.

На его снимках всегда была не просто техническая репродукция городской архитектуры, а настоящая жизнь, наполненная духом времени на фоне площадей, фонтанов, улиц и проспектов.

Сегодня трудно представить, что этих фотографий могло бы не быть – при этом известно, что еще на заре карьеры Грановский чуть было не лишился зрения во время работы.

Вот как сам мастер рассказывал об этом: «Это было в 31-м. Фотохроника ТАСС в Армянском переулке. И все мы такие молодые. Получаю задание сделать снимки для многотиражки Шатурской электростанции. Еду в Шатуру. Один из сюжетов – лучший кузнец. Захожу к кузнецу. В кузнице его темнота как в… в общем, как в старой кузнице. Была у меня магниевая машинка фирмы “Агфа”. Я ее зарядил магнием, взвожу – и в то же мгновение пружина срывается. Машинка у меня в руках, под самым подбородком – и вся вспышка идет мне в лицо. Первое, что крикнул: “Держите камеру”. А самого в больницу. Там смазали обожжённое лицо каким-то средством и сказали, что видеть буду – роговица цела».

Через несколько часов он вернулся в кузницу и закончил съемку.

Ранен Грановский был и во время войны, в годы которой был представлен к медали «За боевые заслуги», а также награжден орденом Красной Звезды.

Почти всю оборону Москвы военкор газеты «Тревога» Особой московской армии противовоздушной обороны проводил на передовой линии фронта.

По фотографиям техник-лейтенанта Грановского вся страна следила за тем, как обороняется столица. Эти уникальные свидетельства войны сегодня хранятся в Центральном музее Вооруженных сил.

После войны Грановский ездил по всему Союзу: фотографировал, проводил семинары, делился опытом и знакомил коллег с новинками фотографической техники. Но о главной героине своего творчества не забывал ни на миг.

Коллеги всегда шутили: «Нет ни одной крыши в Москве, которую не облазил Грановский». И это было действительно так.

Вот как он сам описывал свою работу: «Я проводил съемку Москвы по точно разработанному плану-сценарию, в котором были указаны объекты съемки, время съемки, точки съемки. Все данные были разработаны в результате длительных предварительных наблюдений. Вот, например, краткая выдержка из моего расписания :

1) 1-я Мещанская улица. Съемка с 10 до 11 часов утра с подмостков строящегося дома. Построение кадра по диагонали.

2) Крымский мост. Съемка с 12-30 до 13 часов. Съемка сбоку по диагонали.

3) Охотный ряд. Съемка с 17-30 до 18 часов с крыши гостиницы “Националь”».

То есть он тщательно и кропотливо выверял каждую деталь, прежде чем нажать на спуск фотоаппарата. Он знал, в какое время суток и куда нужно ехать, когда на тот или иной объект лучи солнца упадут оптимально должным образом.

Отсюда и невероятная гармоничность каждой его композиции, с четко выверенным стилем и узнаваемыми профессионалами чертами «съемки Грановского».

Посмотреть на десятки лучших работ Наума Грановского можно было в Москве – 4 сентября в Центре фотографии им. братьев Люмьер проходила  выставка «Москва Наума Грановского 1920–1980 годов», приуроченная к 110-летию со дня рождения легендарного фотографа.

Автор : Алексей Викторов