В пещере, именуемой Пещерой багровых облаков, жил жёлтый огненный дракон. Он был очень старым, поэтому всё время дрых себе в пещере, а прислуживал ему молодой жёлтый дракон, но, видимо, ему эта служба не нравилась, и дракон старый удерживал его силой: даже во сне не выпускал из своих когтей, будто бы дракончик тот был не драконом, а какой-нибудь плененной принцесской... И всё же однажды молодой дракончик сумел высвободиться из его железной хватки и ушёл погулять. По пути ему встретились пастушок, потерявший корову богача, старик, которому нечего было заплатить оброк — опять тому же богачу, и старушку, которая снова тому же богачу не могла вернуть долг. И дракон превратился в юношу и пообещал всем троим помочь. Вот пришли они вчетвером к богачу, который любил золото, и дракон-юноша преподнёс ему три своих золотых чешуйки в уплату за каждого человека. Богач это богатство принял, всех отпустил с миром. И всё было бы хорошо, если бы не последующая цепочка событий (видимо, кармическая). Богач решил сплавить три чешуйки и сделать слиток, сунул их в плавильную печь, и вдруг занялся огонь, вспыхнул страшный пожар и сжёг весь дом богача дотла. Наказание, скорее всего, такое ему пришло за его жадность и корысть и за то, что не умел великодушным быть, долги прощать да на мелкие провинности глаза закрывать (подумаешь, корова, у богача их тысячи!). Ведь драконы знали всё на свете и могли наказывать или награждать по своему усмотрению. Вот так и этот молодой дракон тоже.
Однако несчастливая звезда оказалась ещё и у нашего главного героя дракончика. Вот что последовало за этим злосчастным пожаром:
Дым от этого пожарища поднялся до неба, пополз по земле и дополз до Пещеры багровых облаков. Старый дракон чихнул во сне... Потом дракон проснулся и, не увидев своего слуги, полетел над землёй.
Китайские сказки. Под ред. А.В.Тюрина. – М.: Издательство «Современный писатель», 1993. – 192 с.

Затем молодой дракончик надоумил людей поразить старика дракона водой (хотя это весьма странно, но в этой сказке драконы боялись воды больше всего на свете, так что даже вброд речки не ходили, а только перебирались по мосту). И вот прибыли люди в пещеру к старому дракону и облили его водой. Дракон умер. Но вот зачем понадобилось молодому туда тоже тащиться? На него попала всего пара капель, и этого хватило, чтобы и он тоже погиб на месте. Вот какие почести воздали благодарные ему спасённые от огненного дыхания старого дракона жители города:

Люди похоронили его под горой и так плакали, что могила раскололась и из неё забил чистый источник. Чтобы увековечить его, к нему приделали голову дракона, из пасти которой теперь и течёт вода. Там же
Последняя фраза, кстати, как будто бы намекает на то, как появились фонтаны с дракончиками. Как бы сказка, объясняющая, откуда пошла такая задумка. Так что уже и не совсем сказка, но и не легенда.

Существует несколько версий данной сказки. Пока расскажу самую короткую. Жил-был некий Цуй, чинил посуду, был беден, в общем. Однако ему повезло: он нашёл на дороге маленького дракончика, подобрал его, выкормил в полноценного большого дракона и нашёл ему пещеру для жизни.

Вскоре возле этой пещеры вырос корень жизни — женьшень. Это растение считалось средством от всех болезней, продлевающим жизнь, да и вообще обладало статусом легендарного, дарующего бессмертие и тому подобное. Император тех мест узнал о женьшене и о драконе, и велел главному герою раздобыть это драгоценное растение. Императора ослушаться, разумеется, было нельзя, и пришлось главному герою идти, хоть и было жутко страшно (ну понятное дело! Идти в логово дракона! А он не рыцарь был, не самурай, не солдат, не волшебник, вообще никто, обыкновенный человек!). Но дракон помнил своего кормильца и по первой же робкой просьбе позволил выкопать целебный корень. Однако император скоро снова обратился к Цую: на этот раз императрица ослепла, и ей, чтобы прозреть, необходимо было снадобье, сваренное из глаза дракона. Император был предельно категоричен:

— Если принесешь мне драконов глаз, сделаю тебя сановником, а если нет — голову отрублю!

Китайские сказки. Под ред. А.В.Тюрина. – М.: Издательство «Современный писатель», 1993. – 192 с.

Пришлось Цую опять идти беспокоить своего подопечного, а может, и скорее всего, рассердить его... Цуй пришёл и взмолился своему дракону, рассказал, какая незавидная участь его ожидает, если не исполнит высочайшее повеление... И дракон позволил ему отнять глаз. А император наградил его щедро, сановником сделал.

Но, к величайшему сожалению, оказалась чёрной душа у главного вовсе не героя этой сказки. Испортился он совсем, людей стал презирать, стал за богатствами гоняться. И вот однажды вспомнил, насколько ценными свойствами обладал глаз его дракона, и нагрянул к своему воспитаннику. Бесцеремонно, беспардонно заявился на паланкине в пещеру и заявил следующее:
— Я ведь тебя вырастил. У тебя есть еще правый глаз, отдай его мне! Там же

Этот дракон, видимо, обладал мудростью, как и многие китайские драконы из мифологии, прозорливостью, ясновидением и умел читать мысли, потому что он разгадал, зачем Цую понадобился его другой чудодейственный глаз. В первый раз дракон оказал величайшую милость человеку, и помня его доброе дело, поступил настолько благородно, что согласился ослепнуть на один глаз, лишь бы спасти ему жизнь , а заодно и обеспечить безбедной жизнью, но вот лишиться зрения совсем, да и к тому же ещё и из-за прихоти, из-за людской жадности, он был не готов. В общем, дракон говорить ничего не стал — говорить он не умел, рычать и вставать на дыбы тоже, как и извергать из себя пламя и делать всё остальное, что обычно делают драконы, когда сердятся, вместо этого он просто открыл рот и в один миг проглотил Цуя живьём. Спокойно, безо всяких возмущений...

Две сказки «Женитьба бога реки Хуанхэ» и «Свадьба речного дракона» разберём как одну: они как две капли воды похожи друг на друга с несколькими несущественными различиями, которые будут разобраны ниже.

Основной сюжет таков: в жертву божеству реки регулярно приносили прекрасную девушку, то есть сажали на плот и пускали по реке, и со временем этот плот тонул, и естественно, девушка тоже — а по другой сказке, её просто бросали в волны, зачем так заморачиваться, ещё плот снаряжать, когда сразу можно... Впрочем, вообще-то всё равно заморачивались: носилки готовили и сажали в них «невесту».

Это делалось (вернее будет сказать — творилось) с подачи власть имущих — жрецов, священнослужителей (в сказке про дракона-властителя реки) или шаманок (в сказке про бога реки), которые только делали вид, что и правда божество благодаря принесению подобной жертвы даёт хороший урожай народу в грядущем году, сохраняет местных людей от бед и напастей, например, сдерживает наводнения, вовремя посылает дожди на землю и прочее прочее. А сами священнослужители (или же шаманки вместе с начальником стражи и собирателем налогов) брали денежки с бедных и богатых: на устройство «свадьбы» бога реки, а с богатых ещё и выкуп, чтобы их дочерей в жертву не определяли. Или же просто с богатых выкуп брали, не на свадьбу — это в сказке про дракона.

И вот как узнал об этом безобразии — так называемой «женитьбе» бога, так и объявился главный герой сказки — правитель области, мудрый и справедливый Си Мэнь-бао. По другой версии, это был Чжао Бай-янь, тоже смелый и умный человек, который однажды за свою жизнь смог принять облик любого человека, и вот он принял вид главного служителя храма. И наш герой, первый или второй, неважно, явился на место, где должны были приносить девушку в жертву, и прервал церемонию. Велел отправиться с докладом на самое дно реки к речному властителю. В одном случае — шаманке, чтобы она сообщила речному богу, что для него переизберут невесту, потому что эта не годится вот по какой причине:

— Как, вы хотите обмануть бога Хуанхэ? Разве ему нужна такая некрасивая невеста? Да она ещё и плачет! Уходи сейчас же отсюда, ты недостойна быть женой бога Хуанхэ! Братья Лю. Китайские народные сказки. Иллюстрации Н. Кочергина. Москва, 1955. — 96 с.

В другом случае служителю — чтобы он сообщил, что на этот раз пусть сам властитель реки выйдет и встретит свою невесту, ибо на этот раз сам Чжао Бай-янь, мол, хочет поприсутствовать на церемонии:

Монах побледнел и стал пятиться от реки. Но Чжао Бай-янь приказал страже схватить непокорного и бросить в воду. На глазах всей толпы стража швырнула монаха в реку.

Прошло полчаса.

— Этот человек ничего не умеет делать, — промолвил Чжао Бай-янь, — иначе бы он давно вернулся!

И, положив руку на плечо толстого служителя храма, сказал:

— Идите, почтенный, к дракону и выполните моё приказание.

Толстый служитель притворился глухим. Но Чжао Бай-янь подал знак страже — и притворщик оказался в реке.

Прошло ещё полчаса. Тогда Чжао Бай-янь закричал:

— Негодные! Ленивые бездельники! Они заставляют меня ждать.

Тут он взглянул на третьего монаха...

Своеобразное чувство юмора у гг, однако... В общем, дальше сюжет, в принципе, совершенно одинаков что для одной, что для другой сказки. Посланник, разумеется, со дна реки не вернулся, и за ним пришлось отправить следующего, а за тем опять следующего. Так избавились от шаманок (в одной сказке) и от служителей, а заодно и от сборщика налогов и начальника стражи (в другой). А бедная девушка была спасена, и не только она одна, а и вообще этот обычай «свадьбы» был навсегда отменён. Хэппи-энд.

Если бы не был известен вариант сказки номер два, то на вариант номер один я не обратила бы никакого внимания, между тем, властелинами, повелителями той или иной реки зачастую в китайских сказках выступают именно драконы. И, как мы знаем из сказок других стран, драконы принимали в жертву прекрасных девушек и взамен давали доступ к питьевой воде, а то и просто не трогали людей, это очень и очень распространённый сюжет в науке драконологии (что-то автора чуточку занесло, такой науки не существует, однако подобные сюжеты встречаются повсеместно и даже не только в сказках, но и в мифах, в легендах, во многих других жанрах вообще). Если серьёзно, в фольклористике и правда сюжеты с присутствием драконов имеют свои названия. Например, драконоборческий сюжет. Или мотив спасения девы (эти два сюжета очень часто связаны друг с другом). В данном случае имеет место спасение девы. В мифологии жертвы приносили не драконам, а вообще всяческим божествам, связанным со стихией воды, и видимо, сказка про бога реки, про которого не говорится, что он и есть дракон, поскольку божество вовсе не обязательно может быть драконом — отголосок эпохи Древнего мира. В общем, в обеих рассмотренных сказках дракона как такового-то и нет, зато присутствуют девушка и её спаситель. Мораль сей басни такова: не выходи замуж за дракона, а то утонешь (нет, это совсем не то, опять что-то путаю, юмор уже не тот). Можно сделать следующие выводы. Стать женой дракона очень трудно, обычной деве не под силу, а только разве что волшебнице какой-нибудь. Или: ставшая супругой дракона уже не является человеком, не принадлежит к миру людей, а входит в иное царство, в потусторонний мир, поскольку дракон ведь существо волшебное, неземное, сверхъестественное и так далее, там эпитетов разных можно напридумывать бесконечно, но общий смысл от этого не меняется... В Древности, кстати, в смерть как таковую многие народы не верили, поэтому и на самом деле могли всерьёз считать, что девушка не умирает, а становится супругой божественного существа, входит в высшие миры и сферы, так сказать. Это тема интересная, но немного не в тему данного поста, так что на этом закончим.