Только раз...
Деда Василя' давно нет в живых. Он прошел войну от Кубани до Берлина. Был ранен и искалечен - ходил на протезе-культяпке. Никогда не сидел, сложа рук: плотничал, плел корзины, пас коз (когда уже не видели глаза и дрожали руки). Детей своих он пережил и коротал век с бабулькой, с которой сошлись лет за двадцать до смерти обоих. У бабульки тоже детей не осталось, умерли от голода в войну.
Деду почти каждую ночь снилась война, он кричал, метался, бабушка его уговаривала:"Вася, Вася, ну что ты, милАй...".
Ребятишек они оба очень любили. Бабуля, бывало, напечет хлебов, вынесет на лавочку у дома, поставит табуретку, застелет холстиной, и зовет нас покушать горяченького. И мы - ну рады ж стараться, хлебушек горячий, из печи, мисочка с душистым маслом, крупная соль, бывало, что и лучок зеленый, и редисочка, -- только те хлеба и видели. Аж за ушами трещит.
А они, старики, любуются на нас, в глазах слезы блестят.
И вот как-то дед рассказал.
Заняли они какую-то высоту, приказ - окопаться, закрепиться и удерживать до подхода основных частей. Василь нашел себе воронку от снаряда, углубил ее, расширил - говорил - ну красота, хоть живи.
И вот лежит там, смотрит в небо. На память пришла бабушка, оставшаяся на Кубани, в оккупации. Родителей унес тиф еще в гражданскую, бабушка их пятерых и вырастила на своем горбу, все выросли, с ремеслом в руках, не пили, ни курили, обженились, замуж повыходили, детей родили, и вот война... Как там теперь бабушка, старая, под немчурой, трое внуков-красноармейцев...Вспомнил, как бабушка по праздникам водила их в местную церквушку, учила молиться, креститься, просвирочки давала, вкусные...
И так вдруг ему захотелось закурить, прямо сил нет.
А дед не сделал за всю свою жизнь ни одной затяжки. Ни до того случая, ни после.
Курить охота, так охота! И нет ведь ни махорки, ни бумажки, ни спичек. А сосед в своем окопчике курящий.
Дай, думает, сползаю, попрошу покурить.
Вылез, только отполз метров двадцать - в его обустроенный окопчик прилетел гаубичный немецкий снаряд. Замесило все в кашу. Началась артподготовка, потом бой.
Вот, говорил дед, что это было? Не иначе бабка своими мыслями и любовью, выгнала его из-под неминучей погибели.
Только раз, только раз в жизни захотелось закурить.
Светлая тебе память, Василий-воин. Светлая тебе память!
Во время работы на одном местном информационном портале, довелось мне побеседовать с ветераном ВОВ накануне дня Победы. Писала репортаж о нем, и вот какую историю он рассказал: На фронт попал молодым пацаном, сразу после армии. Ситуации разные были, война есть война, но одна история запала в сердце.
Небольшой перерыв между бомбежкой. Усталые и голодные бойцы коротали время за игрой в карты, и нашему герою (Василию Николаевичу) тогда просто Ваське, тотально не везло. Проигрывал раз за разом. Сослуживцы не упускали возможности поддеть молодого пацана, от этого злился еще больше... И тут кто-то прокричал что приехала полевая кухня. Солдаты оживились, бросили игру, и Василия, как самого молодого, да еще и проигравшего отправили за пайкой, нагрузив своими алюминиевыми чашками да котелками... Только подошел паренек на раздачу, как раздался взрыв. Откинуло на несколько метров, заложило уши...
Последнее, что успел заметить, снаряд прилетел ровно в то место, откуда только что вышел проигравший в карты боец...
Василий , прошел всю войну, дошел до Берлина, за всю войну получив всего пару легких ранений. И только уже будучи дома узнал, что его мама, ждущая с фронта троих своих сыновей ежедневно молилась у старой иконки. Все три сына вернулись живыми и невредимыми. Именно это и спасло его на войне, считает ветеран.
Василий Николаевич прожил долгую жизнь, и скончался в преклонном возрасте в 2016 году. А на его доме до сих пор висит табличка с Красной звездой и надписью: "Здесь проживает герой Великой Отечественной войны Егоров Василий Николаевич"