Сибирский всадник⁠⁠

Глава 27: Ветер и скалы

Покинув Каменку на рассвете, четверо путников — Лёха, Радомир, Светозар и Гриша — двинулись на север по старой шахтёрской тропе. Их цель, Пик Ветров, маячила где-то впереди, скрытая утренней дымкой и обещанием трудностей. Тропа, о которой говорил хозяин корчмы, когда-то была широкой и утоптанной, но теперь заросла папоротником и молодыми деревцами. Местами она почти исчезала среди камней и корней, заставляя путников внимательно выбирать каждый шаг. Воздух был прохладным, но уже чувствовалась тяжесть грядущего дня.

Лёха шёл впереди, его чувства обострились после встречи с сущностью в Сердце Переплетений. Он замечал тонкие изменения в окружающем мире: тени деревьев порой двигались не в такт ветру, а словно по собственной воле. Он пока не делился этим с остальными, не желая сеять тревогу раньше времени.

Радомир шагал рядом, изучая карту, наспех нарисованную хозяином корчмы. 

— Тропа должна вести до старой шахты, а оттуда — к перевалу, — сказал он, сверяясь с линиями на бумаге. — Но дальше всё расплывчато. Придётся ориентироваться по вершине, если её будет видно. 

Светозар, замыкавший группу, время от времени останавливался, прислушиваясь к потокам магии. Его лицо оставалось сосредоточенным, но тёмные круги под глазами выдавали усталость. 

— Эхо здесь сильнее, чем в деревне, — тихо произнёс он. — Оно пульсирует, как сердцебиение мира. И с каждым шагом к Пику оно усиливается. 

Гриша крепко сжимал копьё, оглядываясь по сторонам. 

— Надеюсь, это не значит, что нас ждут неприятности. Хотя, зная нашу удачу… — усмехнулся он. 

К полудню они вышли к заброшенной шахте. Вход был завален камнями, вокруг валялись ржавые инструменты и остатки вагонеток. Воздух пропитался сыростью и металлическим привкусом. 

— Похоже, здесь давно никого не было, — заметил Лёха, осматривая развалины. 

— Или кто-то не хочет, чтобы здесь кто-то был, — мрачно добавил Радомир, указывая на свежие следы обвала. 

Они обошли шахту стороной и начали подъём к перевалу. Тропа становилась круче, лес редел, уступая место каменистым осыпям. Ветер усиливался, принося холодные порывы, которые заставляли путников плотнее кутаться в плащи.

Внезапно небо потемнело, и на них обрушился ливень. Вода лилась стеной, превращая тропу в грязевой поток. Герои укрылись под нависающей скалой, но всё равно промокли до нитки. 

— Это не просто дождь, — пробормотал Светозар, глядя на небо. — Магия в нём. Искусственная буря. 

— Кто-то не хочет, чтобы мы шли дальше? — спросил Гриша, стряхивая воду с волос. 

— Или что-то, — ответил Радомир. — Нам нужно двигаться. Переждать здесь — потерять время. 

Дождь прекратился так же внезапно, оставив парящую дымку и скользкие камни. Они продолжили путь, осторожно ступая по мокрой тропе.

К вечеру они достигли перевала. Отсюда открывался вид на Пик Ветров — величественную, зазубренную вершину, окутанную туманом. Ветер свистел в расщелинах, заставляя камни шептаться между собой. 

— Там, на вершине, должен быть Оракул, — сказал Лёха, указывая на едва различимый силуэт в тумане. 

— Но как туда попасть? — спросил Гриша. — Скалы почти отвесные. 

— Должна быть тропа, — уверенно ответил Радомир. — Шахтёры как-то поднимались. И Оракул, если он там живёт, тоже должен иметь путь. 

Они спустились с перевала и вскоре нашли узкую, едва заметную дорожку, вившуюся между скал. Она была опасной: обрывы по одну сторону, осыпающиеся камни — по другую. Продвигаясь медленно, они к ночи достигли небольшого плато, где разбили лагерь. Костёр разжигать не стали — ветер был слишком силён, да и не хотелось привлекать внимание. Поев всухомятку, они устроились спать, прижавшись друг к другу для тепла.

Ночью Лёхе приснился странный сон. Он стоял на вершине Пика Ветров, вокруг кружились ветры, шепча на непонятном языке. В центре вихря появился старик с белой бородой, его глаза были закрыты, но Лёха чувствовал, что тот видит его. Старик протянул руку, словно требуя что-то. Лёха лихорадочно искал в карманах, но находил лишь пустоту. Ветер усиливался, старик начал растворяться. 

— Ты обещал, — прошептал он, и Лёха проснулся в холодном поту.

Утро встретило их хмурым небом и усиливающимся ветром. Они продолжили подъём, карабкаясь по скалам. После крутого участка перед ними открылась площадка с ветхой хижиной, из трубы которой шёл дымок. 

— Неужели это он? — выдохнул Гриша. 

— Похоже на то, — ответил Радомир. — Будьте осторожны. 

Они постучали в дверь. После долгой паузы она отворилась, и на пороге появился старик — точь-в-точь как во сне Лёхи: с белой бородой, в поношенной одежде, с посохом. Его взгляд был отрешённым. 

— Молчаливый Оракул? — спросил Радомир. 

Старик кивнул. 

— Нам нужна ваша помощь. Эхо разрушает мир, — сказал Лёха. — Мы обещали одной сущности его спасти. 

Оракул жестом пригласил их войти. Внутри было аскетично: стол, стул, лежанка, очаг. Он сел, закрыл глаза и долго молчал. Наконец заговорил хриплым голосом: 

— Мир болен. Эхо — лишь симптом. Корень зла — в предательстве и забвении. Чтобы исцелить его, найдите источник боли. 

— Источник боли? — переспросил Светозар. 

— Сердце мира. Место, где всё началось. Восстановите баланс. 

— Но где это? — спросил Гриша. 

— В ваших воспоминаниях, — ответил Оракул. — Каждый из вас несёт частицу правды. Вместе вы увидите путь. 

Они сели в круг и закрыли глаза, погружаясь в прошлое: 

- Лёха вспомнил гибель наставника, защищавшего его. 

- Радомир — предательство брата ради власти. 

- Гриша — потерю семьи в эпидемии. 

- Светозар — отказ от любви ради магии. 

В их сознании возникло пылающее древо — Сердце мира. 

— Я вижу древо, — прошептал Лёха. 

— И я, — отозвался Радомир. 

— Его нужно потушить, — сказал Светозар. 

Оракул кивнул. 

— Пройдите через Земли Забвения и Долину Теней. Только чистота намерений поможет вам. Идите и будьте мудры. 

Путники вышли из хижины. Ветер стих, туман рассеялся, открывая вид на далёкие земли. 

— Земли Забвения и Долина Теней, — задумчиво сказал Гриша. — Звучит не очень гостеприимно. 

— Но мы справимся, — ответил Радомир. — Мы должны. 

Они начали спускаться с Пика Ветров, готовые к новым испытаниям. Их цель стала яснее, но путь впереди обещал быть нелёгким.