Шеклтон⁠⁠

Глава 11: Тень над миссией

В шлюзе техник столкнулся с пилотом. Пилот был напряжён.

PLT: «Посадочный модуль повреждён микрометеоритом. Датчик ориентации по звёздам разбит».

Техник замер.

PLT: «Без него при взлёте мы начнём кувыркаться и разобьёмся. Кислорода — семьдесят два часа на всех, включая жилой модуль».

В шлюзе повисла тишина. Слышно было только шипение воздуха.

FE: «Нужно сообщить на орбиту. Пусть сбросят запасной датчик грузовым модулем».

CDR: «Не выйдет. Орбитальный ретранслятор не отвечает — только телеметрию шлёт, а на приём не реагирует».

BIO: «Тогда — напрямую на Землю».

CDR: «Нашей рации не хватит мощности».

FE молчал. Он смотрел сквозь иллюминатор на край кратера, где возвышалась старая антенна.

FE: «Есть идея. Пошли».

Спустя несколько минут они стояли у двенадцатиметровой тарелки. Изъеденная микрометеоритами, она сохранила идеальную геометрию.

CDR: «Пассивный усилитель».

FE: «Так точно. Развернём вручную на пять градусов по горизонту. Если поместить передатчик в фокус — усиление стократное».

Командир положил руку ему на плечо: «Работаем. У нас семьдесят два часа».

Собрав всё необходимое группа вышла втроём из шлюза и направилась к технику. Тот стоял у края кратера, держа в руках угломер, и смотрел на Землю, висящую над горизонтом. Он не шевелился.

CDR: «Техник, что скажешь?»

Тот не пошевелился.

«Техник!» — командир тронул его за плечо.

FE очнулся не сразу. Перевёл взгляд с Земли на угломер, потом на звёзды над хребтом. Что-то прикинул в уме. Кивнул.

FE: «Доставим диск и образцы. Я всё сделаю».

CDR: «Что там у тебя?»

FE: «Проверял кое-что. Пошли, нужно развернуть тарелку».

Глава 12: Луч в бездну

Четыре фигуры в скафандрах двинулись вдоль кромки кратера. Огромная чаша антенны издалека выглядела абсолютно целой.

FE: «Командир и пилот — на механизм наведения. Биолог — на страховку. Я координирую».

Механизм застыл миллионы лет назад. Подшипники намертво приварились к осям. Техник нагревал металл резаком, а пилот пытался расшевелить ручной привод.

PLT: «Не идёт! Нужно резать ось и ставить временный шарнир».

CDR: «Срезай всё! Будем вязать тарелку ручной лебёдкой».

Прошло шесть часов. Система терморегуляции работала на максимуме. Наконец чаша дрогнула и медленно повернулась.

«Ещё два деления! — командовал техник. — Есть, фиксируем!» Тарелка смотрела точно на Землю. Техник переключил резервную рацию в режим ретранслятора и закрепил её на штанге в точке фокуса антенны.

FE: «Должно работать. Сигнал уходит на Землю».

BIO: «А как мы узнаем, что нас услышали?»

FE: «Никак. Будем просто надеяться».

Они передавали координаты и код аварии час за часом по рации с двумя клавишами, по очереди. Один передавал, остальные отдыхали в жилом модуле. Время тянулось медленно. Кислорода оставалось всё меньше и меньше.

Биолог сидела у опоры, её пальцы машинально нажимали кнопки. В глазах были слёзы. «Они не слышат, — думала она. — Мы умрём здесь, как те двое». Техник опустился рядом и просто положил руку ей на плечо.

FE: «Ты не умрёшь здесь, как наши предки. Я обещаю».

Биолог подняла на него глаза. Что-то мелькнуло в её взгляде — не просто благодарность, а понимание. Она будто догадалась, что его обещание имеет цену, но ничего не сказала.

Внезапно вибрация прошла сквозь реголит. Недалеко от них опускался грузовой модуль. Его двигатели выпустили облако пыли, и он замер — тяжёлый и прекрасный. Команда заулюлюкала, размахивая руками.

«Они услышали!» — щебетала биолог подпрыгивая в низкой гравитации.

«Действуем быстро! — передал CDR. — Ставим датчик и валим отсюда!»