Сальмонелла. ЧАСТЬ 3. НЕ ОТЛИЧИШЬ. Глава 2⁠⁠

«Наше время»

Эттин получил задание от начальника, покинул отдел, сел в свою машину и выдохнул, расслабившись.

— Итак, что тут у нас, — агент взял с пассажирского сидения папку с делом.

Дело было для Эттина плевым. В соседнем городе от Торонто взять под командование штурмовую группу, и накрыть подпольную «столовую», где занимаются кустарным изготовлением наркотиков. Число пострадавших от их стряпни уже перевалило за четыреста человек.

— Что ж, пора закрыть эту лавочку, — Эттин отложил папку, и завел двигатель. Автомобиль плавно выехал с парковки.

Пока Эттин ехал через Торонто, в голове прикидывал примерный маршрут, как быстрее добраться. Если дело не затянется и не будет никаких сюрпризов, то обратно он вернется уже вечером. Может быть поздним вечером. Это было сейчас не так важно, Эттин все думал о линзах, которые блеснули на глазах Гемини. С каких пор этот бравый мужик носит линзы? Показаний для этого не имелось, у него всегда было зрение около идеального. А то, что он был отличным стрелком — тому подтверждение. И этот момент, когда блеснули линзы, никак не выходил у агента из головы.

Ну, ладно, с одной стороны это его сугубо личное дело. Носить линзы или нет. Сам-то вон, в очках приперся, и ничего.

Уже на выезде из Торонто что-то случилось с агентом, в глазах резко потемнело, конечности не слушались. Автомобиль начало клонить в разные стороны, благо на дороге было мало машин. Резко встряхнув головой, Эттин словно сбросил это наваждение, и припарковался на обочине, с удивлением осматривая свои руки, что слегка подрагивали, но слушались.

Эттин еще несколько минут просидел в машине, ничего не предпринимая, а в голову закрадывались какие-то странные мысли, точно чужие.

— Андрей? — словно переспрашивал самого себя агент, — Андрей… какой еще Андрей?

Взгляд Эттина метнулся на папку с делом.

— Все правильно, ехать… — на лбу агента проступила испарина, которую он утер ладонью, и снова покосился на папку, — а куда ехать?

Эттин взял папку, и открыл ее, собираясь повторить для себя пункт назначения, подпольную нарко-столовую, штурмовую группу. А заодно продлить больничный сразу же после этого дела, тут нужен еще отдых.

А вот сейчас, листая дело, Эттин уже засомневался в своей адекватности.

«в подвале Нижегородской поликлиники пропадают люди» — гласили главные строчки дела.

— Чего? Какой еще подвал?

Эттин внимательно вчитывался в строчки дела. Предположительный подозреваемый — Темнов Андрей Макарович, стоматолог в частной стоматологической клинике. Просьба федеральной службе установить круглосуточный контроль за поликлиникой и непосредственной деятельностью подозреваемого за час до работы, во время смены и через час после окончания.

Эттин смотрел, и не мог понять, откуда он вообще вычитал про штурм какой-то подпольной столовой в соседнем городе. Вот же его цель, его долг. Эта папка с делом — его святыня, а устав гласит, что дело, которое тебе поручили, ты должен выполнить в назначенный срок и отчитаться перед непосредственным руководителем. И ни в коем случае не медлить. Замешкался, значит проиграл.

— Надеюсь, успею, — Эттин положил папку с делом на сидение, осмотрелся на дороге и развернул автомобиль, что умчался в обратном направлении.

Дело изучено, цель установлена. Следующая остановка — аэропорт.

***

Агент без проблем прошел все пункты контроля в аэропорту, избегая лишних проверок. Приобрел билет на ближайший рейс в Москву, ближе к полудню самолет благополучно взлетел. Перелет был долгим и нудным, агент постоянно перечитывал дело о некоем Андрее, отказывался от предлагаемой еды и напитках, ничего не хотелось абсолютно.

— Кто же ты, таинственный похититель людей, — пробурчал Эттин себе под нос.

Мужчина рядом, читающий газету, опустил ее, посмотрев на агента.

— Что, простите? — мужчина в возрасте сорока лет, в очках, посмотрел на агента.

— Ничего необычного, простите, если отвлек, по делу лечу в Нижний Новгород.

Протянув понимающее «а-а-а», мужчина еще раз мельком оглядел Эттина, снова уткнувшись в газету. Так же он с отвращением посмотрел на мужчину слева у окна, который иногда прихлебывал спрятанную в куртку водку. Запах алкоголя вскоре ощущался все сильнее.

Практически целый час они провели молча, Эттин иногда осматривал салон, людей в нем, но не рисковал снимать очки, не хотелось осознавать, что может лететь с измененными в одном самолете. А вдруг таинственный собеседник, читающий газету, такой же? Нет уж, снимать очки он точно не собирался. Если бы он увидел в лице соседа такого урода, то пришлось бы придумывать вескую причину, по которой ему нужно пересесть на другое место, а желательно в другую часть самолета. А если и там они? Нет уж, лучше быть в неведении, так спокойнее.

Еще через полчаса этот мужчина, опустив газету, обратился к агенту.

— Извините. Конечно, это не мое дело, но вы летите из другой страны, у вас уже предусмотрен транспорт из Москвы до Нижнего Новгорода? — поинтересовался мужчина.

— А-а-а… — Эттин оторопел от этого вопроса, но затем задумался.

Действительно, у него же толком никакой подготовки, даже оружие оставил в машине. И о транспорте он не подумал, да и Гемини не обмолвился об этом, когда говорил о деле про столовую. Что говорится — гол, как сокол.

«Стоп, Гемини говорил что? Столовая? Какая еще столовая?»

Мысли потянулись у агента беспорядочным потоком, среди которого он пытался уловить суть, которую передавал ему начальник. Что-то про задницу, да, это он сразу вспомнил, как же тут забыть.

«Какая столовая? А, да, Гемини ему говорил о парнишке в Нижнем Новгороде, которому якобы вооруженные люди заводят на эксперименты людей, а из подвала выходят только вооруженные люди и сам Андрей с мусорным пакетом в руках. Ни одна жертва так и не покинула злополучный подвал»

Эттин снова открыл дело, не обращая внимания на мужчину, что так и смотрел на него, ожидая ответа. Да, все верно, вот любительские фотографии, монтаж исключен.

Облегченно выдохнув, Эттин посмотрел на мужчину.

— Извиняюсь, сверялся с материалами дела, — сказал Эттин, посмотрев на мужчину, — да думаю, на месте разберусь, поездом или так же самолетом, — он пожал плечами.

— Не хочу показаться настойчивым или подозрительным, но я из Москвы еду сразу в Нижний Новгород, у меня на парковке фургон, по времени это займет, как на поезде, — сказал мужчина, смотря на агента, — и дешевле, чем самолетом.

Агент посмотрел на мужчину с легким налетом недоверия. Вот так незнакомому человеку предлагает место в своем автомобиле, и даже не задумывается о возможной опасности. Да, Эттин не серийный убийца, но если бы на его месте был кто-нибудь другой, прикинувшийся федералом? Беде не миновать.

А может, этот мужик и сам серийный убийца? Вот сядет он к нему в фургон, а там его дружки поджидают, сразу огреют по голове, и увезут невесть куда. А там ищи свищи этого доверчивого агента.

Ладно, прочь эти мысли, надо думать согласно логике. На самолете быстрее, но самолет ждать, скорее всего, долго. Поезд тоже не сразу приедет, и ковровую дорожку никто не постелет.

— Думаю, что это была бы неплохая идея, — задумчиво ответил Эттин.

— Меня, если что, Иваном звать, — мужчина протянул руку агенту, улыбнувшись.

— Эттин, — он ответил, пожав руку мужчине, — вы русский?

— Да, но я долго работал в Канаде, знаю местный язык, — ответил Иван, — и что-то, если честно, я не слышал, чтобы службу разведки и безопасности засылали в другие страны.

— Сам с таким впервые сталкиваюсь, — Эттин пожал плечами, показав папку с делом Ивану, — но дело — есть дело.

— Все верно. Если государство требует, отлынивать нельзя, — сказал Иван.

Эттин такой подход оценил, и вскоре более свободно общался с новым знакомым. Все-таки перелет был долгим, больше 14 часов. Если просто пялиться в дело, то можно сойти с ума. Мужчина у окна, на которого изредка поглядывал Эттин вместе с Иваном, уже крепко спал от выпитого спиртного. Иногда Иван подшучивал над пьяным мужчиной, причитал о вреде алкоголя, тем более в самолете.

Агент даже сам не понял, когда уже начал рассказывать о деле, по которому он летит в Россию.

— Я, конечно, сам родом из Нижнего Новгорода, всякого повидал у нас, но чтобы такое. Чтобы на месте, где работаешь, свою какую-то лабораторию устраивать, это наглость, — прокомментировал Иван, — куда наша-то полиция смотрит? ФСБ те же, а?

— В этом уже разберусь я сам, — сказал Эттин, увидев понимающий кивок Ивана. Дальше они продолжали общаться, но больше на отстраненные темы.

***

Самолет благополучно приземлился в Москве, Иван проводил агента до парковки на территории, где они прошли к фургону. У фургона их ждали двое мужчин, один крупный, высокий мужик в джинсовых шортах, футболке и безрукавке, а второй среднего роста, лет сорока, одет в серые брюки и кожаную куртку.

— Здарова, Ваня, — здоровяк пожал руку Ивану.

— Тебя только за смертью посылать, Ваня, — улыбнулся мужчина в кожаной куртке, пожав руку Ивану, но Эттин не совсем понимал их речь.

— Да уж, парни, за смертью меня пошлете, я никогда не вернусь, — улыбнулся Иван.

Иван заметил, что остальные уставились на Эттина.

— Ребят, давайте поприветливее, он с Канады, — Иван потыкал пальцем вверх, — федерал, по важному делу прилетел.

— Да ладно? — здоровяк подошел к Эттину, — удостоверение покажи, фуфло?

Агент сглотнул, и растерянным взглядом смотрел на здоровяка.

— Что… вам нада? — с трудом проговорил Эттин на русском, но с акцентом.

— Покажите им удостоверение, — на привычном языке сказал Иван.

Эттин сразу достал из внутреннего кармана пиджака удостоверение, которое открыл, показав здоровяку.

— Серег, давай без этого, — выдохнул Иван, когда здоровяк разглядывал удостоверение, — не хватало нам еще из-за бугра проблем. Я, наоборот, с ним приветливее, а ты сразу бычишь.

Отстранившись, здоровяк отмахнулся, обратившись к Ивану.

— Поехали уже, мы тебя тут уже битый час ждем, — сказал Сергей.

Иван прошел к фургону, открыл все двери, забравшись на водительское место.

Сергей открыл выдвижную дверь в салон, окрикнув Эттина.

— Ты с нами, нет?

— Проходите в салон, Эттин, — выкрикнул Иван.

Эттин услышал его, и с опаской зашел в фургон, крепко сжимая в руках дело, и сел на свободное место.

Сергей забрался так же в салон, а второй мужчина на переднее сидение рядом с водителем, после чего фургон тронулся с места.

Эттин с опаской поглядывал на здоровяка, но тот, вопреки его опасениям, даже не обращал на него внимания.

Вскоре стабильная качка фургона начала клонить агента в сон. Он боролся с ним до последнего, но все же сдался, ибо перелет был довольно долгим, а тут еще ехать часов шесть. Уже не было сил, и Эттин, держа в руках свое дело, откинулся на спинку сидения, засопев.

Фургон трясся уже больше двух часов, Эттин так и продолжал спать, прижав к себе дело. На эту папку с интересом поглядывал здоровяк.

— Че у него там, Вань? Даже во сне не отпускает, — хмыкнул Серега.

— Это дело государственной важности, — отмахнулся Иван.

— Да ладно тебе, Вань, никто тебя не расстреляет за государственные дела Канады, — усмехнулся Серега.

Второй пассажир поддержал.

— Щас бы от друзей скрывать, что этот пендос забыл на наших землях, — сказал мужчина.

— Да там как-то непонятно все, — буркнул Иван, посмотрев в зеркало заднего вида и, убедившись, что Эттин спит, продолжил в полголоса, — мол у нас серийный убийца в Нижнем завелся, в частной клинике работает. А после работы приходят порой вооруженные люди, доставляют кого-то в подвал, а с ними и этот убийца. Сидят там час или два, а из подвала выходят только эти с автоматами, да сам Андрей с мешком, и больше ничего. Ни одной жертвы еще якобы из подвала не вышло. И зачем это дело Канадским федералам, ума не приложу.

— Не, Вань, — здоровяк вдруг задумался, смотря на Эттина, — он же не с потолка это взял? Откуда ему знать, что за дела у нас делаются на родине. Может, договорились государства, да этого и отправили? Откуда нам-то знать? Скажи, Никит?

— Вообще логично, — задумался Никита, тот, что второй пассажир, — если наше правительство запросило помощь другой страны, это дела только их, а не наши.

— Да верю я ему, — выдохнул Иван, — не похож он на балабола.

— А я вот че предлагаю, — Серега подкрался к передним сидениям, — давайте мы поможем нашему агенту, да выловим этого засранца все вместе? Глядишь, может, и поможем родине, да плюсик нам в карму будет, а? Пацаны? Что скажете?

— Не хотел бы я лезть в дела федералов Канады, — замялся Иван, смотря на дорогу, — но и родину в беде не хочу бросать, все-таки у нас эти похищения происходят.

— Именно, Вань, наша это страна, — сказал Серега, посмотрев на Никиту, — че думаешь?

Сергей отодвинул край кожанки, где блеснул пистолет в кобуре.

— За правое дело, брат, — Никита протянул Сереге кулак, — если на родине бушует маньяк, значит, мы его найдем.

— Вот это по-нашему, — Серега стукнулся с другом кулаком, и вернулся на свое место в салоне.

Еще через час езды все изъявили желание перекусить, и Иван остановил фургон у придорожного кафе. Мужчины вышли из фургона, а Иван, забравшись в салон, аккуратно растолкал Эттина.

— Начальник, есть хочешь? — спросил Иван.

— А-а-а, — Эттин заспанным взглядом осмотрелся вокруг, — попить бы.

— Ну, пошли, мы как раз у кафешки встали, — Иван позвал агента за собой.

— А да Нижнего Новгорода сколько? — спросил Эттин, выйдя из фургона вслед за водителем.

— Еще час, максимум полтора, — сказал Иван.

Они вдвоем зашли в кафе, где за одним столом сидели двое, Сергей и Никита, что уже с аппетитом поглощали суп и картошку с котлетами.

Иван прошел к стойке, приняв у тучной женщины из рук чашку супа, и прошел, присев к окну. Эттин присел рядом.

— Закажешь, как подойдут, — сказал Иван, налегая на суп.

Эттин молча кивнул, и ждал, когда к нему подойдут. Попутно он осматривал русских, что налегали на еду.

Через несколько минут, к агенту подошла женщина.

— Заказывать будешь чего? — спросила она.

Эттин повернулся, и поднял взгляд на нее, но сначала уловил ее не через очки, и сразу отвернулся.

— Ух ты ж блять… — сглотнул Эттин, зажмурившись, а перед его лицом был круглолицый, белоснежный урод с тупой улыбкой.

Надо было сначала встать, а потом только смотреть на нее!

«Что б вы все сдохли, уроды» — подумал Эттин, когда товарищи уставились на него непонимающими взглядами.

— Он не голоден, — Иван махнул рукой на женщину, и та, цыкнув, ушла.

— Спасибо, — буркнул Эттин, — я в туалет схожу, и можно ехать.

Он прошел к уборной, зашел в вонючую комнату, морщась от вони. Агент подошел к умывальнику, зажав между ног дело, и умылся ледяной водой, что немного привела его в чувства.

Вскоре он вышел, и не заметил своих товарищей, лишь пустой стол. Они ждали его уже в фургоне.

Эттин вышел из кафе, забравшись в фургон, и уселся напротив здоровяка. Фургон тронулся, и вскоре привычно начал трястись.

— Скоро Нижний Новгород? — поинтересовался Эттин.

— Час еще максимум, — сказал Иван.

— Ладно вам, пока есть время, можно посекретничать, — сказал Серега, — странно, это, конечно, но в последнее время странные сны мне снятся.

— Эт еще какие, Серег? — поинтересовался Иван.

Эттин их внимательно слушал.

— Каждый раз одно и тоже, будто в пустыню я какую-то попадаю, иду себе, иду, и тут на тебе, из песка какие-то белые, тонкие волоски появляются, да хватают меня так крепко, чувствую, кровь пьют, сука, и под песок тянут. Бороться не могу, просыпаюсь только, когда под песок затягивают, чтоб их, — поделился Серега.

— А мне, не поверите, снится то, как мы едем в Нижний Новгород, вот как сейчас прямо помню, — поделился Никита, и все его слушали, — только едем мы долго, часов десять, наверное, или больше. И все никак не приедем. Но приезжаем мы, наконец, и встречают нас какие-то люди с огнеметами, и сжигают нас. Вот, как только кричать начинаем, так я и просыпаюсь, — тяжело выдохнул Никита.

«Да уж, точно какие-то ненормальные» — подумал Эттин.

— Чего там ваши сны, — выдохнул Иван, — вот мне моя дочурка покойная снится, веселая, озорная, как раньше.

— Вань, ну зачем ты это вспоминаешь? — сетовал Серега, — мы знаем, как она тебе дорога.

— А то, что вам белиберда всякая снится, — хмыкнул Иван, — вот она приходит ко мне во сне, здоровая, счастливая, и все что-то приготовить просит. Ну, я ей и блинчиков нажарю, маленькой своей, разве ж жалко?

— Конечно, нет, — вмешался Никита, — ты ради нее на все готов был.

— Во-о-от, — горделиво выдал Иван, — и вот, кушает она блинчики, а я ей и чаю наведу, варенье достану, она все лопает с удовольствием, Ксюшенька моя, — мужчина, кажется, всплакнул, вспоминая почившую дочь, — я ей оладий на десерт жарю, ставлю ей тарелочку. Кушай доченька, говорю. Она смотрит на меня, а я замечаю что глаза и рот у нее… зашиты ворсом…

Иван осекся, словно только сейчас вспомнил эту особенность из сна, и встряхнул головой.

— Говоришь, мы долго едем по этой дороге? — спросил Серега, обратившись к Никите, и посмотрел на Эттина, — а тебе что снится?

— Мне снится, что я на деле в ресторане, где меня отравили по итогу. Но последнее время вижу, что не отравили меня будто, а все посетители меняются, в уродов превращаются круглолицых, а в конце сна появляется мужик какой-то в маске, и говорит, что уже пора, — поделился Эттин.

Услышав это, Серега начал откровенно ржать.

— Уроды круглолицые, хахахахаха, — не прекращал ржать здоровяк, как вдруг фургон мотнуло резко в сторону, и Серега, стукнувшись в спинку своего сидения, чуть ли не упал на пол, — че за нах!?

— Да я откуда знаю? Промчались ОМОНовцы щас, чуть не сшибли, ей Богу, — открестился Иван, — совсем из ума выжили.

Оставшийся путь до города все провели молча.

— В общем, так, капитан, мы тебе поможем поймать этого урода, — сказал Иван, когда фургон уже двигался по городу.

— Каким образом? — поинтересовался Эттин.

— Назови адрес этой клиники, мы направимся туда, и отловим гада, — сказал Серега, — адрес ему назови.

— Говнюк в нашем городе, мы поможем его отловить, — ухмыльнулся Никита, сверкнув пистолетом, — говори адрес.

— Х-хорошо, спасибо вам, — замялся Эттин, но адрес назвал. Фургон двинулся в путь, и через пятнадцать минут был уже по нужному адресу.

Было утро, клиника уже открылась.

— Давай, иди в клинику, мы подвальную часть прикроем, — сказал Серега.

Эттин, кивнув, вышел из фургона, пройдя к дверям клиники, и прошел внутрь.

Агент прошел к стойке администратора, и девушка ему приветливо улыбнулась.

— Чем могу помочь? — спросила администратор.

— А-а-анд…

— Что? Повторите, — смутилась администратор, поджав губы.

В этот момент, к Эттину со спины подошли двое. Один из них замахнулся бейсбольной битой, вмазав ей по затылку Эттина.

Агент потупил взгляд, словно ничего не произошло, но второй удар гарантированно вырубил его.

— Он вырубился, Лейн? — спросил мужчина, смотря на лежащего агента.

— Откуда я знаю, Гемини!? — спросил агент, а на них смотрела с округленными глазами администратор.

— Шевелится. Еще раз уеби, чтобы наверняка, — сказал мужчина, и Лейн изо всех сил снова ударил по голове Эттина, что тот больше не двигался.

— Есть, сэр, — Лейн утер испарину со лба.

— Этого говнюка в лабораторию, остальных, с кем контактировал — сжечь, — отрезал Гемини.

В клинику ворвались вооруженные люди, на улице началась перестрелка, в фургон, из которого вышел Эттин, направилось несколько струй мощного пламени.

Пока несколько вооруженных людей вытаскивали Эттина из клиники, Гемини подошел к стойке администратора, заговорив на русском.

— Темнов Андрей у вас работает? — спросил он.

— Д…да, а зачем вам это?

— Мне незачем, — сказал Гемини, и пошел на выход из клиники…

Сальмонелла. ЧАСТЬ 1. ДОБАВКА. Глава 1

Сальмонелла. ЧАСТЬ 1. ДОБАВКА. Глава 2

Сальмонелла. ЧАСТЬ 1. ДОБАВКА. Глава 3

Сальмонелла. ЧАСТЬ 1. ДОБАВКА. Глава 4

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 1

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 2

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 3

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 4

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 5

Сальмонелла. ЧАСТЬ 2. ЧУЖЕРОДНЫЕ. Глава 6

Сальмонелла. ЧАСТЬ 3. НЕ ОТЛИЧИШЬ. Глава 1