Расправа⁠⁠

Всё это сон, то ли не сон,
давно не видел я кошмары:
толпою злобной окружён
и труп собаки под ногами.

Рельеф бетонного столба
чуть не вонзился в позвоночник
и руки чувствую едва,
завязанные туго скотчем.

Шипенье, крики, бабий вой,
в живот удары, под дыхалку,
а дед дрожащею рукой
клюкой мне тычет под лопатку.

Переходя на визг кричал
пиджак с чиновничьей закалкой:
"Накажем суку! Это тварь!
И тварь такую нам не жалко!"

А следом бабка: "Мразь он, мразь!"
И наклонилася сутуло,
силясь разлитое собрать
в пятилитровую кастрюлю.

Им в такт кивали головой
и осуждающе смотрели,
тут тип с искусанной рукой
дал знак кому-то еле-еле...

Когда сверкнул у горла нож,
сынок спросил у мамы звонко:
"Что будем делать мы потом
вон с той замёрзшею девчёнкой?"

И этот каверзный вопрос
застыл в глазах, стуча в подкорки...
А у стены гаражной пёс
лизал лениво скальп ребёнка.