Новогоднее наркоманское4
Молодой человек, 30+, приехал к кистевым хирургам — где-то со всей дури схватился за колючую проволоку. И ничего страшного с его рукой не было — достаточно простых перевязок. Но прямо в приемнике его накрыло.
Болезный орал, трясся и вырывался одновременно, сопровождая всё это рёвом больного слона. Для усыпления понадобились слоновьи же дозы седатиков и ИВЛ.
Следующие три дня, стоило немного снизить дозировку седатика и сердце начинало колотиться до 160 в мин, а непробудившееся тело трястись. На четвёртый день тахикардия уменьшилась. Его разбудили, он сам вырвал из горла интубационную трубку. В целом, контакт есть, но всё ещё потряхивает, сознание гуляет: он то в больнице, то едет в поезде к другу на день рождения. Психиатр расписал хорошие дозы седатиков с нейролептиками. Лежит, дремлет, зреет.
Ещё один молодой человек, на этот раз приехал к урологам с орхитом. В тот же вечер был отправлен к нам: он носился по коридору, явно искал выход и опять же орал как больной слон. К орхиту и психозу прилагается нелеченная ВИЧ-инфекция и гепатит С. Со слов психиатра, он сидит на такой дозе метадона, что абстиненция будет длиться не меньше месяца. Через сутки седатиков он пришел в себя и даже оказался доступен голосу разума. К этому моменту урологи решили, что для лечения его орхита вполне хватит просто антибиотиков, которые можно принимать где угодно, так что болезного отправили в инфекционку лечить ВИЧ-инфекцию.
Перед транспортировкой санитарка отправилась за его вещами на склад. Оттуда она прикатила тележку с кучей сумок и баулов. Содержимое потрясающее: восемь пачек сливочного масла, десяток упаковок доширака, распорки для обуви, новые, в упаковках, гора всякого похожего и кухонный нож. Стальной, острый. С каким лицом бригада скорой рассматривала и описывала всё это хозяйство...
Третий молодой человек, тоже 30+. Кольнул бедро особо грязной иглой. Вообще все его ноги в характерных пятнах — так выглядят следы от «крокодила». Место неудачного укола банально расплавилось — на операции вытекло поллитра гноя. На левом плече аккуратный рубец со швами — след остеосинтеза. Месяц-два назад ему явно собирали плечо, а зайти снять швы болезному оказалось недосуг. Рентген показал, что в месте операции кость срослась хорошо, а ниже — сломана заново. Когда — неизвестно, но свежей гематомы не видно. Трясётся молодой человек знатно, чуть успокоился только на постоянной инфузии дексдора.
Четвёртый давно ничего не употребляет. Тоже 30+, хотя выглядет на 60, старше собственной мамы.
Худой, бледный, парализован ниже пояса, весь в пролежнях, гемоглобин на входе 30.
Развалились три грудных позвонка со спондилодисцитом, натёчниками и сдавлением спинного мозга. Нейрохирурги сказали, что не возьмут, пока не заживут пролежни и не поднимется гемоглобин. Каждый день переливаем кровь. Каждый день он говорит, что чувствует себя лучше и просит ещё крови. Я называю его вампиром, он радостно кивает. На гемоглобине 70 останавливаемся и переходим на препараты железа. Мама приносит ему пряники, он с удовольствием ест. Как-то медсестра отвернулась и пряник из его тумбочки стащил наркоман с ВИЧ-инфекцией.
Сегодня его отправили в хирургию — долечивать пролежни и готовиться к нейрохирургической операции. Мама надеется, что его прооперируют и он начнёт двигаться. Вряд ли. Эти операции довольно опасные, а результат совсем не гарантирован, тем более у такого пациента.