На дальней станции⁠⁠

У моей спутницы не было денег на билет.
Я сомневалась, стоит покупать его или нет — в конце концов, она ведь не человек. Но решила купить. В правилах это не указано, но, мне кажется, в таких случаях стоит ориентироваться на хороший тон.
А он подразумевает, что проезд нужно оплачивать всем — в том числе духам деревьев.

Электричка снова набрала скорость — осталось ещё три станции. Моя спутница постоянно болтала ногой, старый шлёпанец уже трижды спадал с лодыжки. Джинсы, измазанные в засохшей краске, мятая футболка, ветровка, которая была слишком потрёпанной, чтобы продать, но недостаточно, чтобы выкинуть. Выглядела она, будто собрала свой наряд на помойке.
Там мы и познакомились.

Знаю, странно звучит, но помойки всегда вызывали у меня какое-то любопытство. Я часто замедляю шаг, если оказываюсь рядом. Изучаю и стопки книг, что появляются у мусорных баков, — пару раз забирала себе томики старой фантастики. И чужую мебель со сломанными подлокотниками и стёртой обивкой. И игрушки, и обувь...
И незнакомок.

Сначала я её не заметила — засмотрелась на горшок с деревом. Огромный можжевельник будто пробился прямо через асфальт, всё вокруг было усеяно иголками. А женщина в зелёном комбинезоне сидела на бордюре.
Вид у неё был недовольный.
Сначала я подумала, что она хочет утащить дерево к себе домой, но нет. Присмотревшись, различила и наряд, будто скроенный из иголок, и зелёный блеск в глазах. Должно быть, выглядело это глупо, но я так и замерла у помойки, приоткрыв рот.
Надо признать, в Городе не так уж и часто можно встретить дриаду.

Чахлые деревца в новых жилых комплексах, неровно подстриженные кусты — неподходящие места для духов. Но мы имели дело с огромным можжевельником в горшке, больше напоминавшем ведро. И его душой, что сидела рядом на грязном бордюре.
Поймав её недовольный взгляд, я спросила:
— И откуда ты здесь?
— Да вот. — Дриада щёлкнула ногтем по горшку. — Выгнали меня. Сказали, слишком много места занимаю.
Я не удивилась. Можжевельник был выше меня на голову, если можно так сказать. Такой не уместишь в маленькой квартире. Разве что если решишь выкинуть половину мебели и разобрать потолок.
А сколько с него падало игл, я не могла и представить.

Я не стала задавать следующий вопрос: что ты собираешься делать? Какие возможности у дриады, которую выставили на улицу? Бродить среди новостроек в поисках плодородной земли и тихо зачахнуть в каком-то парке?
Вздохнув, я сказала:
— Пошли со мной.
Дриада отказалась отдать мне горшок — и тащила его сама. Я распахнула перед ними дверь, заварила чай с гибискусом, позвонила подруге и сказала, что не приеду сегодня в гости.
Появились срочные дела.

Через час мы с приодетой дриадой садились в электричку. Она несла горшок, а я лопату.

На тихой станции — маленькая платформа среди бесконечной зелени — мы сошли одни. Узкая тропинка, крики птиц, шум поезда вдалеке. Стоило свернуть в лес, дриада тут же обогнала меня. Лишь на секунду замешкалась, чтобы скинуть шлёпанцы.
Я заметила, как вспыхнули зелёным её глаза. Услышала шёпот — другие деревья приветствовали сестру.

Она сама выбрала место: на поляне, усыпанной сосновыми иголками. Я быстро вырыла яму, помогла дриаде освободить можжевельник из горшка. Корни путались, жались друг к другу. Им явно было тесно.
Чем дольше мы работали, тем больше их собиралось вокруг: любопытные духи в одеждах всех оттенков зелёного. Моя дриада то и дело бросала на них любопытные взгляды, но заговорить не решилась.
Наконец я разровняла землю лопатой. Забрала у дриады одежду. И осторожно подтолкнула в плечо.
— Ну, иди.

Она одарила меня улыбкой и маленькими шажками подалась к остальным. Я словно в детский садик попала, честное слово. Но некогда было умиляться.
Нужно было успеть на обратный поезд.

190/2026

Одна из историй, которые я пишу несколько раз в неделю, — для творческой практики и создания контента.

Мои книги и соцсети — если вам интересно!