Местная сумасшедшая⁠⁠

Обычный спальный район на окраине города. Большинство домов кирпичные пятиэтажки, построенные ещё в середине прошлого века. Живёт в этих домах народ разнообразный, а порой и весьма своеобразный. Контраст поражает. Под одной крышей могут уживаться наркоманы, алкаши, интеллигенты, студенты, гопники и обычные работяги с семьями. В общем, народ из разных сословий и с разным благосостоянием. Особо выделяются люди не совсем здоровые психически. Такие сами нормально жить не могут и окружающим не дают. Со стороны, конечно, наблюдать за сумасшедшими бывает весело, при условии, что они не являются вашими соседями по подъезду.

Не знаю почему, но людей с психическими отклонениями в этом месте встречается довольно много. Обычно это пожилые одинокие женщины, которые поселились здесь в свои молодые годы. До поры до времени работали на местном заводе, в девяностые попали под сокращение, затем долгие годы вели затворнический образ жизни. Может у них в голове что-то переклинило, случилось какое-нибудь несчастье, пошатнувшее душевное равновесие, или так просто звёзды сошлись. В один прекрасный день они начинают творить всякую ерунду.

Больше всего мне запомнилась бабка, которая пару минут орала на проезжавшие машины, а затем немного стихла и начала вести диалог сама с собой. Запомнилась она тем, что рядом со мной в тот момент был школьный товарищ, признавший в этой бабке свою соседку, живущую на этаж выше. После она напомнила о себе, когда я заходил к этому товарищу домой. На лестничной площадке, где висят почтовые ящики, кто-то оставил собаку, привязанную к батарее. Как выяснилось позже, таким образом, эта бабка подселила в подъезд свою собаку. То есть к себе в квартиру она собаку не пускала совсем.

Прошли годы. Школа давно окончена, товарищ успел сходить в армию и вернуться. Решили мы как-то собраться и выпить пивка. Расположились на пустыре за его домом, который обычно использовали для парковки машин. Стоим, беседуем. Товарищ периодически поглядывает на свой дом.

- Боишься, что родители засекут? – попытался пошутить я.

- Нет, просто как-то некомфортно. Помнишь ту безумную, что у меня в подъезде живёт?

- Припоминаю.

- Так вот она всем жильцам дома поперёк горла была. То отходы из окна выкинет, то клюкой чью-нибудь машину поцарапает, то посреди ночи выйдет на балкон и начинает кричать во всё горло. Жаловались на неё кому только можно, но результатов никаких. В лучшем случае в больницу на пару дней заберут, а затем возвращают. Потом всё как-то резко стихло.

- Это же хорошо, бабка наконец угомонилась.

- Вроде и так, но жить стало тяжелее. Видишь, вон те окна на третьем этаже.

Товарищ показал пальцем.

- Деревянные, сильно потрёпанные.

- Ну, вижу.

- Окна постоянно занавешены. Периодически она слегка приоткрывает занавески и часами вглядывается в прохожих. Особенно жутко это выглядит вечером. Свет уличного фонаря немного освещает стену дома, в других окнах горят лампочки, а у неё постоянно темно. Клянусь, когда проступает в тёмном проёме еле заметный силуэт, то в душе холодеет.

Я тогда лишь посмеялся над пустыми страхами своего приятеля, а через месяц узнал о том, что бабка скончалась в собственной квартире. Скончалась несколько лет назад. Квартира была не приватизирована, за коммунальные услуги давно никто не платил. Дверь не открывали. То ли приставы, то ли полицейские взломали замок и обнаружили высохший труп.

P.S. История реальная. Мистики здесь на самом деле никакой нет или почти нет. Бабка уснула и больше не проснулась. Умерла, скорее всего, от старости. Родственников у неё не осталось. Со слов моего товарища, трупного запаха в подъезде не было. Поэтому остальные жильцы не стали ломиться к ней в квартиру или вызывать какие-нибудь службы, когда она перестала показываться. Занавески двигал сквозняк из щелей старых окон, а за силуэт принимали одно из комнатных растений (какое-то высохшее деревце).