Коммуналка 3⁠⁠

А теперь о нас.
Жили мы вчетвером в одной комнате, не считая время от времени появляющейся кошки/кота, или попугайчика. Родители спали на двухместной пружинной кровати, брат на кровати из сетки Рабицы, я же на софе, которую приобрели для меня сразу после детской кроватки. Прагматичные родители выбрали софу, которая раскладывалась до полутора метров, хотя последние годы часть меня спала за её пределами. В этой комнате наша семья прожила двадцать два года, я же родился спустя год после новоселья. Представьте себе, больше половины жизни я провёл с родителями и братом в одной комнате, в квартире с двумя соседями, с общей кухней, ванной и туалетом. (Вот это предложение можно дать почитать детям, у которых одна комната на двоих).
Наша комната была двадцать квадратных метров. Обеденный стол, телевизор "Горизонт", трехстворчатый шифоньер под тёмное дерево, небольшой школьный столик и пару книжных полок под папину литературу.
У папы прямые руки из плеч и творческий склад ума. Чтение, рыбалка, подводная охота, выжигание, склейка моделек техники, конструирование подводных ружей - часть тех увлечений, в которых он преуспел. Ещё он мог многое починить. Или, в конце концов, доломать. Последнее качество в полной мере мне передалось по наследству. Работал отец на заводе сварщиком шестого разряда. Помню, когда батя что-то мастерил в общем коридоре нашей коммуналки, то обязательно курил. И никого не смущало, что рядом дети, и курил он "Беломорканал". Я не хочу в чем-то его упрекнуть, раньше было так заведено. Многие курили в своих квартирах при некурящих членах семьи.
Воспитывал нас папа кожаным ремнём. Учитывая то, что моя бабушка в своё время наказывала папу резиновым шлангом, нам с братом ещё повезло. Предположу, что отец при физическом наказании таки рассчитывал свои силы, иначе были бы последствия в виде шрамов. Прилетало в основном за курение, порчу общественного имущества, конкретное непослушание и прочее глобальные залёты. Менее значимые подвиги карались нахождением в углу и лишением свободы на пару-тройку дней.
Мама тоже трудилась на заводе заточником режущего инструмента, а потом контролёром ОТК. Мама добрая, строгая, справедливая, доверчивая и тоже творческая личность. Состояла в партии. Вела разъяснительную работу среди подростков в неблагополучных семьях. Папа упрекал маму за то, что она не могла принести свёрла с завода. Возможность-то была, убеждения не позволяли. Чем-то особенным мама не выделялась. Пела песни на гитаре, сочиняла стихи, участвовала в рабочей самодеятельности. В доме всегда были гости и хорошее настроение.
Был и сложный период, который мы с братом не осознавали. Например, когда папа сказал маме, что сегодня макароны будут без масла, потому, что денег совсем нет. А меня всё устраивало, я люблю макароны до сих пор. Было ещё, что на заводе зарплату кастрюлями выдавали. Но эти сложности были далеко не всегда.
У нас с братом были другие заботы: пошататься с друзьями, поиграть на стройке, пожевать гудрон, набрать мелочи на газировку из автомата, покататься на "сосиске" сзади трамвая. Сифа, зубарики, земельки, квадрат, подстенок, соловьи-разбойники, селитра, соронча (когда приходили в гости и жрали всё из холодильника). В более взрослом возрасте: родить денег на сигареты/дискотеку/алкоголь, не выхватить люлей от сверстников, потискаться с девками.
Наверное, как и у всех, некоторые из того круга общения не дожили до взрослой жизни. Кто-то перевернулся по пьянке на машине, кого-то убило током, когда он катался на крыше поезда, кто-то повесился вернувшись из армии, потому, что родители бухают, кто-то просто не вернулся из армии, кого-то зарезали в деревне на дискотеке, кто-то заснул дома бухой с горящей сигаретой. Это всё реальные жизни.