Клеры⁠⁠

Начало 80-х прошлого века. После злосчастной коммуналки отец получил от завода малогабаритную квартиру (скорее, Г-образную комнату) в семейном рабочем общежитии. Бывало так, что у отца выпадала дневная смена на заводе, а мама с работы не успевала забрать из детского садика моего брата; мне не отдавали — еще сам мал был. На помощь приходили дедушка и бабушка по очереди. Мы очень радовались, когда они приезжали, потому что они никогда не ругались, разрешали гулять во дворе, а еще привозили сладкие гостинцы.

Была пятница, золотая осень. Я торопился из школы, зная, что дома ждет дедушка. Когда позвонил в дверь, раздался радостный голос брата, который знал, как я звоню, но дверь аккуратно открыл дед. Помню его большие и крепкие руки и то отеческое объятие с колоссальной радостью; он меня называл «сынок».

— Ну что, проходи, школьник, мы тут с Сашей (имя моего брата) обед готовим.

— Дед, да я в школе поел, вроде не хочу. А что там у вас?

— Твой любимый суп со звездочками. Я, правда, в него картошечки и лука порезал, так он от этого еще вкуснее стал. Будешь?

— Еще спрашиваешь, конечно!

— И я буду, дед, налей мне тоже...

— Все вместе будем обедать, а к чаю у меня для вас сладкий сюрприз — «клеры».

Не знаю почему, но дедушка «клерами» называл эклеры. Через дорогу от дома была кулинария, где они продавались; всегда были свежими, стоили 22 копейки, но мне с собой в школу давали 7 копеек на булочку, да и то, когда попрошу, а просил редко. Так что от такого сюрприза слюньки потекли. Сашка, как никогда, торопился быстрее доесть суп, потому что у деда было золотое правило «чистой тарелки»: пока не доешь, никаких «клеров». И вот наступал момент, когда в чашку дедушка наливал заваренный индийский чай со слоном, и каждый брал по «клеру». Белый крем внутри, шоколадное масло снаружи — вся эта прелесть просто таяла во рту, как же это было вкусно и незабываемо! После обеда мы все вместе шли во двор гулять, но с одним условием: только на час. После прогулки, до прихода родителей, я должен был сделать все уроки. Пока Сашка крутился на карусели, я сидел рядом с дедушкой на лавке, и он мне рассказывал очередную историю из своей непростой жизни. Я до сих пор помню наизусть все эти истории: про то, как бабушка приезжала к нему в госпиталь после серьезного третьего ранения, как ему ногу собирали и как он учился ходить, как восстанавливал дом и печь после войны, как работал на заводе мастером, а потом начальником цеха — биография достойного человека, отца и деда.

У нас с братом давно свои дети, мои выросли, сам жду внуков. Моя мама чудом сохранила несколько оставшихся медалей и орденов и, зная, как я любил деда, решила мне их отдать. Моя супруга сделала красивую рамку, куда мы хотим добавить фото моего дедушки. Часть орденов и медалей утеряна, точнее, я догадываюсь, где они, но об этом лучше не говорить. А вот что касается «клеров», таких, какие покупал дедушка, я более нигде не видел: есть очень похожие, тоже вкусные, но не то. Чай со слоном можно найти и брату позвонить, позвать в гости, но у всех дела, все заняты. Поэтому, когда мы с супругой приезжаем к маме, я достаю старые фотографии из железной коробки, мы смотрим наши фото, где дедушка и бабушка еще не старые, улыбаются — позитивные и добрые лица, прошедшие войну, пережившие голод, холод и лишения, такие вот души шире плеч. Для меня это на всю жизнь пример для подражания, недосягаемая высота. Храним память, надеюсь, что будут внуки, и обязательно им расскажу, какие у них были великие предки.