К юбилею Победы. Про моих соседей⁠⁠7

В 1973-м году мой папенька купил дом в пригороде областного центра. Мы очень быстро познакомились со всеми соседями.
В 80-х и 90-х годах на нашей и на соседних улицах, впрочем, как и везде по стране, проживало много участников Великой Отечественной. Тогда они казались мне глубокими старичками, хотя многим из них не было и семидесяти лет.
И вот как-то в девятом или, скорее, в десятом классе моя классная руководительница поручила мне договориться с кем-нибудь из ветеранов, чтоб они пришли к нам в школу в преддверии Дня Победы и провели урок мужества, так это называлось тогда, если не ошибаюсь. Я легко согласился, т.к. был уверен, что с кем-нибудь обязательно договорюсь.

Начал я с нашего ближайшего соседа.
- Виктор Дмитрич(1926 г.р.), не хотите к нам в школу прийти и рассказать о своих подвигах?
- О каких подвигах? Я всего две недели с японцами воевал. У меня только две награды – медаль «За победу над Японией» и орден «Отечественной Войны». Юбилейный.
- Ну, Вы же пулемётчиком были? Много японцев убили?
- А я почём знаю? Все стреляли, и я стрелял. Кто там разберёт, от чьей пули японец свалился… По нам тоже стреляли, но у японцев тогда пушек уже мало было, в основном из пулемётов и миномётов по нам садили.
- А бои тяжёлые были?
- Да как тебе сказать… Не Сталинград, короче - за две недели у меня одного напарника убило, второго ранило. Мне повезло. Я первым номером в расчёте был, они вторыми.
- Ну, может, случай какой интересный вспомните?
- Случай, говоришь… Помню, в первый день переправлялись мы через Амур на катерах. Я, вишь, уже когда на катере был, каску уронил в реку. А без каски страшно в бой идти. Спрыгнул на берег и побежал за ней. А на берегу стоял и наблюдал за переправой войск генерал со свитой. А в руках у генерала какая-то палка была. Он меня этой палкой к-а-а-а-к перетянул вдоль спины и как заорёт:
- А ну назад!
Я, чуть не плача от боли, говорю:
- Тащ генерал, я каску уронил, вон, уплывает по течению…
А он мне:
- Назад на катер, я сказал! На том берегу с убитого каску снимешь, там этого добра навалом!  Вот такой забавный случай был…
Виктор Дмитриевич умер от рака печени в 1996-м году.

Пошёл к соседке.
- Наталья Константиновна (1920 г.р.), Вы же медсестрой были, расскажете моим одноклассникам, как наших бойцов с поля боя под огнём вытаскивали?
- Сынок, я была операционной медсестрой в медсанбате при танковой бригаде. Я четыре года у операционного стола простояла, я ни одного человека с поля боя не вынесла.
- Ну, может, случай какой-то интересный был?
- К нам однажды младшего лейтенанта привезли, совсем мальчишку, чуть постарше тебя. Руки и лицо настолько обгорели, что аж веки спеклись. Мы ему первую помощь оказали и отправили в тыл. И ему потом в госпитале скальпелем веки разрезали, чтоб он глаза открывать мог. Но он выжил, и даже приезжал потом на встречи ветеранов нашей бригады. А вообще, медсанбат это грязь, кровь, боль и синегнойная палочка. Захотят твои одноклассники такие истории слушать? Ну вот, а других историй у меня для вас нет.

Наталью Константиновну в середине нулевых забрали к себе её дети. Её дальнейшая судьба мне неизвестна.

Ладно, думаю, пойду к Иркиным дедушке и бабушке.
- Виктор Иваныч (1915 г.р.), Вы же в авиации служили? Сколько у Вас боевых вылетов?
- Я был метеорологом при авиадивизии. Откуда у меня боевые вылеты?
- А за что тогда Вас наградили орденом «Красной Звезды»?
- За точное и своевременное составление метеосводок, что способствовало успешному выполнению боевых задач и позволило снизить аварийность. Так, вроде, в приказе было написано. Вон, Мария Георгиевна гораздо более геройский человек, чем я – туман, пурга, ливень, мы в землянках сидим, а они в наряды ходят, аэродром охраняют. Я, бывалоча, их командиру роты говорю, давай я вместо Машеньки моей в наряд пойду, всё равно мне делать нечего, нелётная погода минимум ещё сутки будет. А он отвечает – «Офицеров не положено в такие наряды ставить!» А я всё равно с ней в непогоду в наряды ходил – смотрел, чтоб её и её подружку диверсанты не украли, ха-ха-ха.
- Марь Георгиевна (1921 г.р.), миленькая, может, Вы к нам в школу придёте?
- Да а мне-то что мне рассказывать? Меня мобилизовали в 42-м, определили служить в батальон аэродромного обслуживания в роту охраны. Так и охраняла аэродромы три года. Там с Витюшей и познакомилась. После войны поженились.
Виктор Иванович умер в 1992-м году от инсульта, Мария Георгиевна скончалась в 2002-м от сердечного приступа.

-Николай Алексеевич (1925 г.р.), мне отец говорил, Вы разведчиком были? Наверное, за линию фронта ходили, «языков» брали? И медаль «За взятие Варшавы» у Вас есть?
- Я воевал в разведроте мотоциклетного полка, за линию фронта не ходил и «языков» не брал. Мне было 18 лет, когда я на фронт попал, был маленьким и щуплым после двух лет голодовки, кто бы меня в разведпоиск отправил? Я в коляске мотоцикла ездил и из ручного пулемёта по фашистам иногда стрелял. А насчёт штурма Варшавы… Там даже танкам было трудно проехать по улицам, разве мотоциклистов отправили бы на штурм? Мы на фланге стояли, смотрели, чтоб никто в город или из города не прорвался.
- А откуда у Вас три медали «За отвагу»?
- Да я не помню уже… Наверное, по совокупности заслуг…
Из наградных листов на медали «За отвагу»:
«Наградить пулемётчика мотоциклетного батальона гв. рядового  Николая Алексеевича за то, что в бою 28.09.44 за нас. пункт Ронтеу мужественно и храбро отразил огнём своего пулемёта две контратаки противника и уничтожил при этом семь немцев.»
«Наградить командира отделения мотоциклетного батальона гв. рядового Николая Алексеевича за то, что при разведке ночью 11.12.44, выйдя со своим отделение во фланг неприятеля в р-не Седлигет, внезапным и смелым ударом сбил вражеский заслон, уничтожив при этом до 12 его солдат и захватил 105-м пушку»
В ноябре 44-го в бою за ст. Киш его отделение отбило три атаки и уничтожило 30 солдат и офицеров противника. В бою за н\п Мезе-Шаш его отделение первым ворвалось к барскому дому (так написано в наградном листе), захватило в плен 12 венгерских солдат, остальных обратило в бегство. Представлялся к ордену Отечественной войны 2-й степени, но получил в итоге медаль «За отвагу».

Николай Алексеевич умер от инфаркта в 1995-м году.

- Юрь Иваныч, судя по году рождения (1923), Вы всю войну прошли. Было бы очень интересно послушать Ваши воспоминания. Вы, видимо, с первого дня на фронте?
- Я, дружочек мой, на фронт попал только в начале октября 42-го. Привезли нас под Сталинград в 64-ю Армию, к Шумилову. При разгрузке эшелона налетели немецкие бомбардировщики. И разнесли всю станцию к херам собачьим в пух и прах. Очнулся я в эвакогоспитале весь в бинтах и гипсе. После восьми месяцев лечения выписался и попал на склад ГСМ, где и прослужил до Победы. А потом ещё два года.
- А за что Вы получили медаль «За боевые заслуги»?

- За образцовое ведение учёта и контроля отпускаемых горюче-смазочных материалов. Но это было уже в июне 45-го.
Юрий Иванович точно дожил до середины 2010-го года, потом я потерял с ним связь.

-Василь Яковлевич (1921 г.р.), расскажите какой-нибудь интересный случай.
- Какого плана?
- Ну, не знаю… Например, на Вашу батарею пошло пятьдесят «Тигров», а вы их все сожгли. Или Вы попали в плен, сбежали, три месяца пробирались к своим…
- Понимаешь, какая штука, я воевать начал в 41-м году младшим политруком в стрелковой дивизии. Такие как я в плену больше часа не жили - евреев и комиссаров немцы в плен не брали. Потом уже попал в ИПТАП. И если б на нашу батарею пошли хотя бы пять «Тигров», думаю, мы бы сейчас с тобой не разговаривали. А рассказчик из меня никакой, поэтому, извини, не пойду в школу.
Из наградного листа на орден «Красной Звезды»:
«22 февраля 1945-го на западном берегу Одера в районе Зоденталь(?) при отражении контратаки противника огнём орудий взвода был подбит танк и уничтожено до 35 солдат противника. Гитлеровцы в течение дня пять раз бросались в контратаку. Три танка и до роты пехоты шли на взвод лейтенанта. Вражеские автоматчики наседали на взвод и пытались обойти его с тыла.  Сам Василий Яковлевич убил четверых немцев. Под сильным артиллерийским и ружейно-пулемётным огнём противника лейтенант Василий Яковлевич бесстрашно руководил взводом. В тот день огневой взвод 1956-го ИПТАПа отбил пять контратак гитлеровцев».
Василий Яковлевич тихо умер во сне в 2005-м году.

Тогда я так и не смог найти ветерана, желающего прийти к нам на урок мужества. И не потому, что они считали себя недостойными, а потому что они искренне считали, что не совершили никаких подвигов.
Тогда к нам пришёл дедушка одного из наших одноклассников. Дед, стесняясь и смущаясь, рассказал, как его в семнадцать с половиной лет призвали в армию, как он в восемнадцать лет в 44-м году стал огнемётчиком, по сути, смертником. Мы, раскрыв рты, слушали, как он около полутора месяцев с декабря 44-го по февраль 45-го участвовал в штурме Будапешта, потом получил осколок мины в голову и День Победы встретил в госпитале.
Вот такие у меня были скромные соседи – простые «рабочие» самой страшной войны в истории человечества.
Вечная им слава.
Вечная слава и вечная память.
С праздником, товарищи! С Днём Победы!