Глава шестая. Что есть хоррор?⁠⁠

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

Всё началось с того, что Клавдии Степановне пришёл счёт, где в графе «Водоотведение» значилась сумма, способная покрыть годовой бюджет небольшого средневекового графства. Сэр Генри, чья рыцарская честь была уязвлена столь наглым грабежом его, как он считал, новых владений, решил покарать местных разбойников и восстановить справедливость. Разумеется, не привлекая к разборкам Клавдию Степановну.

Утреннее солнце Химок едва пробивалось сквозь пыльные стёкла конторы. В подсобном помещении, густо пахнущем солидолом, перегаром и дешёвым чаем, сидели двое слесарей — Иваныч и Колян.
Они меланхолично крутили в руках ржавый разводной ключ, обсуждая отличие карбюратора новой «Лады Искра» от старого «Форда Фокуса».

Внезапно лампочка под потолком жалобно моргнула, затрещала и начала покрываться тонкой коркой льда. По комнате пополз морозный туман. Запах солидола перебил сильнейший аромат «Альпийской свежести». Сквозь кирпичную стену, плавно покачиваясь, проплыла двухметровая фигура сэра Генри. Его серебристые латы грозно звенели, а фантомные зелёные глаза яростно пылали под забралом.

— Трепещите, презренные расхитители казны! — взревел рыцарь, материализуя в руке блёклый квиток. — Кто из вас, псов, дерзнул наложить оброк на колодезную влагу цитадели с улицы Победы?! Отвечайте, или я предам этот подвал вечной мерзлоте!

Колян медленно опустился на потертый стул. Иваныч перекрестился разводным ключом, судорожно сглотнул и прошептал:

— Слышь, Колян… Я говорил, что тот спирт из бачка сливать нельзя было? Вот она, белочка-то, в железе пришла… С рогами…

— Сдавайтесь, чернокнижники! — сэр Генри для пущего эффекта провёл латной рукавицей по ржавой трубе стояка. Труба отчаянно кашлянула и мгновенно замерзла, заблокировав подачу горячей воды во всём первом подъезде.

Слесари с дикими воплями, бросив инструмент, вылетели из подсобки, сшибая на ходу фикусы в горшках. Сэр Генри, гордый своей молниеносной победой над «передовым отрядом», величественно двинулся дальше по коридору, выискивая главного магистра этой обители зла.

Коридор упёрся в массивную деревянную дверь с табличкой «Бухгалтерия. Приёма нет». Из-за двери доносился мерный, леденящий душу стук клавиатуры. Рыцарь, решив не церемониться с врагом, грозно прошёл прямо сквозь стену и соткался посреди кабинета, грозно раскинув руки.

— Предстань передо мной, верховный паладин этого… — начал было он, но осёкся.

За огромным облезлым столом, заваленным пожелтевшими папками «Дело №», сидела Она. Тамара Павловна. Живой памятник советской бюрократии с начёсом цвета спелой сливы, в кофте с люрексом и очках на толстой цепочке. Она даже не соизволила поднять голову от заполнения формы 1-Т.

— Мужчина, выходить из стены будете в приёмные часы, — ледяным тоном оборвала бухгалтер рыцарский пафос. — На двери русским языком написано: приема нет. И нечего тут светиться, у меня от вас монитор полосит.

Сэр Генри опешил. На его памяти даже ведьмы Стаффордширских болот проявляли больше уважения к баронам Дадли.

— Женщина! Я — сэр Генри, защитник холмов Himley! Я требую ответа за сии свитки грабежа! — он ткнул квитком в сторону стола.

Тамара Павловна медленно подняла взгляд. Ее горящий взор, светившийся многолетним опытом укрощения различных скандалистов и смутьянов, остановился на рыцаре.

— Слышь ты, граф Дракула химкинский. Мне плевать, из каких ты холмов. Паспорт гражданина Российской Федерации на стол. Свидетельство о рождении. Справку о составе семьи из ЖЭКа по месту прошлой регистрации. Военный билет принёс? Нет?

— Какой билет?! Я… я, привидение. Дух! Я обрёл бессмертие в бою! — рыцарь сделал шаг назад, чувствуя, как его эктоплазма начинает предательски истончаться под этим взглядом.

— Ах, дух? Без документов? Значит, бомж, — Тамара Павловна с грохотом шлёпнула по столу тяжёлой ладонью. — Незаконное нахождение на жилплощади Волковой Клавдии Степаноны. Санитарные нормы не соблюдаешь, сквозь стены ходишь, трубы морозишь! Вот вызову сейчас наряд ОВД, они тебе быстро инвентаризацию лат проведут! Ишь, вырядился, аниматор несчастный. Понаедут тут из своих аулов и  Англий, прописаться нахаляву хотят!

Сэр Генри почувствовал, что его призрачные силы иссякают. Двуручный меч стал неподъёмным, а доспехи начали жалобно дребезжать. Бухгалтерша излучала такую концентрированную энергию подавления, от которой его эктоплазма размалывалась на мельчайшие частицы. Рыцарь ужо подумывал с позором отступить обратно в холодильник, как вдруг дверь кабинета с грохотом распахнулась.

На пороге стояла Клавдия Степановна.

— Так, Тамарка! Прекрати прессовать Геньку! — Пенсионерка решительно шагнула в кабинет, закрывая собой призрачного лорда. — Приёма у неё нет! А как квитанции с цифрами, взятыми с потолка слать — так у вас канцелярия без обеда работает?! На каком основании ОДН в три раза завысила?!

Тамара Павловна хищно прищурилась, поправляя очки на цепочке:

— А, Клавка явилась. Ты сильно рот-то не разевай, лимитчица понаехавшая! На заводе она сорок лет отпахала, думает, ей всё можно? Ордер на квартиру покажи сначала! Поселила у себя гастробайтера без ведома паспортного стола и права качает!

Слово «лимитчица» подействовало на Клавдию Степановну как сигнал к запуску баллистической ракеты.

— Кто лимитчица?! Да я этот район строила, когда ты ещё в своей деревне коровам хвосты крутила, Тома! — Клавдия Степановна с размаху опустила ладонь на край стола, отчего папки «Дело №» испуганно подпрыгнули. — Мой завод «Энергомаш» ракетные двигатели выпускает, а ты три бумажки в день правильно переложить не можешь! Давай сюда начальника ЖЭКа, сейчас мы твою базу так перезагрузим, что ты у меня норматив по выдаче справок за пятнадцать секунд сдавать будешь! Геня, врубай кондиционер на полную мощность!

Сэр Генри, увидев, что его Королева пошла в атаку, мгновенно воспрял духом. Он взмыл под потолок, расправил выстиранный плащ, благоухающий «Альпийской свежестью», и издал победный клич:

— За Химкинские земли! Смерть бюрократии!

Кабинет паспортного стола в секунду превратился в ледяной чертог. Календарь на стене покрылся инеем, чернила в ручке Тамары Павловны замерзли, а из её рта пошёл густой белый пар.

— Ладно, ладно! Хватит! — закричала паспортистка, стуча зубами и пытаясь укрыться за папкой с надписью «Входящие». — Степановна, уйми своего терминатора! Пересчитаю я вам воду! Ошибка там, в системе сбой произошёл! Только забери его, а то у меня начёс осыпается!

— То-то же, — Клавдия Степановна победно сделала признаку знак на выход. — Чтоб к вечеру новая квитанция в ящике лежала. Пошли, Геня. Нам ещё слесарей в подсобке откачивать, как бы они с перепугу чего не натворили!

На этом они покинули ЖЭК №3. Сэр Генри осторожно парил чуть впереди, удерживая над головой Клавдии Степановны фантомный шлейф прохлады, и время от времени преданно заглядывал ей в глаза:

— Вы проявили истинную храбрость, моя леди. Ваша доблесть разила врагов аки копьё святого Георгия!

— Нормально, Геня, обычный визит в ЖЭК, — Клавдия Степановна поправила шляпку. — В среду в пенсионный за справкой пойдём. Так что ты латы свои почисти, чтоб сияли. Сделаем им показатели посещаемости!

Больше рассказов автора здесь https://author.today/work/645919