Чистое небо - 3. Окончание⁠⁠

— Проснитесь — мистер Фримен. Проснитесь и пооооойййййй…. дж.дж.дж…..

Антон хмуро посмотрел в сторону радио. Сломалось. Ну и чёрт с ним! Не до радио сейчас. Анка только уснула. Он и так знал, что сегодня 20 декабря. Десять дней прошло с того злополучного дня. Полторы сумасшедших недели. Приходили полицейские. Сообщили, что будут всё расследовать. Взяли с них подписку о невыезде и запретили покидать квартиру, вплоть до того момента когда их вызовут. А чтобы соблазна не было: ему и Анке нацепили электронные браслеты с геолокацией. Так и сказали — если покинете дом, за вами приедут и уже заберут в ИВС. Вы, теперь, мол, под следствием. И больше не приходили, и не звонили, потому как в Красногорске был объявлен комендантский час. Якобы, в связи с поиском подпольной, запрещённой в России террористической ячейки организовавшей теракт во время открытия Альфа-маркета. Якобы, террористы распылили боевой отравляющий газ вызвавший массовое помешательство и теперь их активно ищут.

На все попытки Антона и Анки объяснить, что в магазине не было террористов, что покупатели отравились в результате распыления реагента и за всем стоит жадный топ-менеджер - полицейские отвечали равнодушно, что это не их дело. Вас вызовут — там и дадите ваши показания. А пока сидите дома. Ждите. Полиция сама во всём разберётся. Их равнодушие пугало ещё сильнее. В Красногорске явно что-то происходило.

Антон смотрел телевизор и сидел в интернете пытаясь добыть информацию, но её было очень мало. А вот вранья было просто немерено. Солидные военные с экрана телевизора, каждый день рапортовали об успешных поисках террористов, о привлечении военных. О том, что в городе заложены десятки взрывных устройств, которые должны были взорвать перед новым годом члены запрещённой на территории России организации с целью дестабилизации политической и экономической обстановки. Показывали ролики где СОБР штурмует какие-то подвалы и квартиры, показывали десятки задержанных лиц кавказской национальности. Тайники с оружием и мешки с взрывчаткой. Дикторы новостей призывали жителей следить за всеми подозрительными личностями живущими по соседству, вовремя сообщать в полицию, а так же беречь себя и своих близких.

В интернете было ещё хуже. Паблик “Подслушано в Красногорске” — просто кипел от ложной и противоречивой информации. Выложенный список погибших постоянно менялся и подвергался корректировкам. Если в первые дни ветки комментариев пестрели от посланий поддержки и соболезнований, то буквально, несколько дней спустя начали появляться сообщения о мистификации и очередной провокации спецслужб. Чего там только не писали — и о том что не было никаких террористов, а всего лишь случилась большая драка. И о том, что погибло всего три человека, а два охранника получили ранения. Тех кто писал о сотне погибших - чморили и требовали пруфов. Находились и те кто писал, что прекрасно провел время в Альфа-Маркете на открытии и купил много хороших вещей, а все кто утверждают о кровавом побоище просто завистливые неудачники. Самое странное, что на центральном канале лишь вскользь упомянули о случившейся трагедии и больше ничего. И на ютубе ничего. Ни одной видеозаписи о кровавой пятнице. Тишина. Поисковик по запросу о Красногорске находил только парнуху и фильмы ужасов.

Отрывисто запиликал домофон. Митька из магазина вернулся. Антон пошёл открывать дверь.

Митька ввалился в прихожую, отдал пакеты с едой и лекарствами.

— Блин! Менты совсем в отморозков превратились! Комендантский час с девяти вечера, а магазины до десяти работают. У каждого магазина стоят и народ подкарауливают. Где я им пропуск возьму? Пришлось тысячу отдать. Так что вы мне должны. — жаловался он снимая с себя верхнюю одежду.

— Да отдам я, отдам. Ты лекарства купил?

— Купил. Они там, внизу, под пивом. Только учтите: на лекарства тоже цены взлетели. Обезболивающих, почти нет. Я последние три пачки анальгина забрал. И пустырник.

Антон разложил на столе продукты. Убрал в холодильник пиво. Задумчиво пересчитал лекарства. Денег оставалось мало. Как им жить дальше? Они с Анкой больше недели сидят дома и неизвестно когда им разрешат покинуть квартиру. Митьке, как обычно повезло. Когда они объяснялись с полицией, его рядом не было, а поскольку они не упоминали о его участии, то электронный браслет ему не достался. Так-то еды в квартире полно. Консервы. Сухпайки. Крупа всякая. Даже с алкоголем проблем нет. У Старшака, в шкафу, две канистры спирта. Можно несколько месяцев не выходить на улицу.

Антон посылал Митьку больше на разведку, чтобы понять, а что собственно происходит в городе? Чего им ждать от следующего дня? Быть в долгу перед старшим братом ему не хотелось. И так в долгах по уши. Да ещё Анке нужен был хороший психотерапевт. После кровавой пятницы в ней будто что-то сломалось. Плачет по ночам, не спит. Превратилась в бледную тень. Антон боялся оставаться с нею наедине поэтому и просил своего друга приходить почаще, под любым предлогом.

Он не заметил как Анка вошла на кухню.

— Митя продуктов принёс, — попытался улыбнуться Антон — и пивка хотели попить…

— Я вам ужин приготовлю. Вы оба, наверное голодные, — тихо ответила она.

Антон забрал две бутылки и поспешно удалился в зал где в кресле уже развалился Митька.

— В приставку? — предложил Антон протянув ему пиво.

Митька отрицательно помотал головой.

— Не. Лучше деньги давай. Я хотел ночную службу у Сафроновской сегодня посетить. Обещали заплатить всем кто придёт, а таксисты, в комендантский час, дерут три шкуры.

— Они тебя в багажнике повезут?

— Что поделать. Тяжёлые времена, а старые фуфайки вместо комфорта. — посетовал Митька — Я вот всё думаю…

— Ты, и думаешь?

— Ой, очень остроумно. Да. Иногда думаю — чем наш город так от всей страны отличается и какой у него порог этого бесконечного терпения? В городе туман от дыма такой, что скоро дети будут рождаться чёрными — а мы терпим. Больницы переполнены чахоточными и грипозными — а мы маски носим. В аптеках анальгин: по сто рублей за пачку, полки пустые — а только вздыхаем. Весь город наркотой неделю посыпали — а всем пофигу. Куча народа от неё передохло, а власти почему-то упорно ищут причину в другом месте. Теперь вот, в целях борьбы с терроризмом — комендантский час. Ведь так не бывает - Тоха. Когда-нибудь это терпение лопнет.

— А может всё наоборот. Может быть, это нас терпят — угрюмо ответил Антон — Вот представь себе — живёт на территории Красногорска, никому не нужный народ. Копошится, возмущается, права какие-то требует, лечение. Предположим, что этот народ считает себя частью государства, но государство искренне считает иначе. Зачем государству такой народ? Грязный, крикливый. недовольный, налоги опять же платить не хочет. Вот был бы народ богатый, чистый, всем довольный, готовый работать и днём и ночью на благо государства не спрашивая ничего взамен - тогда бы и государство могло заботиться о таком народе. Хороший же народ. Жалко такой терять. Экономически невыгодно. А такой народ, как сейчас, им не интересен, они просто терпят. Ждут, пока мы все не передохнем и на наше место не завезут другой народ.

— Ага. Интересно, где они такой народ найдут, который согласится тут жить? У нас зима: семь месяцев в году, а в остальное время грязища и слякоть. Тут, даже китайцы, за деньги, ни почём жить не будут. Апчхи!!! — выдал Митя и смачно вытер рукавом нос.

Антону стало смешно. Действительно - кто если не мы? Пока живут такие авантюристы как Митя - наш народ непобедим. Он присел на диван и открыл бутылку. С удовольствием сделал несколько глотков. Митя не выдержал и тоже потянулся к пиву. Они начали разговаривать о каких то мелочах, а потом в зал заглянула Анка.

— Старшак звонит, — коротко сообщила она и протянула трубку.

Антон и Митька с удивлением переглянулись. Антон поблагодарил её взял радиотелефон. Последний раз они связывались по сотовому. С чего бы вдруг тот вздумал пользоваться резервной связью?

— Аллё? — как можно спокойнее произнёс он в радиотелефон.

— Привет Тоха. Ты там живой? Как самочувствие? Как Анка? — голос у Старшака был сбивчивый.

— Привет. Нормально всё с нами. Дома сидим. Митька нам еду носит. Ждём, когда нас полиция выз…

— А. Этот прохиндей тоже у вас? Ладно. Слушай меня внимательно — перебил его Старшак — Ты слушаешь?

— Да? — растерянно ответил Антон.

— Валите из города! Собирайтесь и валите пока не поздно!

— Ты пьяный, что ли? Куда мы на ночь глядя должны уезжать?

— Я уже еду в вашу сторону. Подберу вас за городом. Если сегодня не уедете, будет поздно.

— Ты можешь нормально объяснить? Что случилось?

— Могу. Комендантский час только начало. К Красногорску стягивают войска. Если сейчас не покинуть город то всем вам придётся торчать на карантине и последствия… Тоха, я ума не приложу какие могут быть последствия.

— Я не понимаю…

— Да никто не понимает, кроме особо причастных. Включи громкую связь и зови остальных. Не мешкайте. Собирайтесь, пока я буду рассказывать.

Антон позвал Анку и поставил в зале док станцию. Нажал на кнопку. Старшак. судя по посторонним звукам ехал в машине.

— ... К нам, на базу несколько дней назад приехали чудики из одной секретной лаборатории, с ними менеджеры, военная охрана. Вроде как Новый год отмечать. Сняли домики на все новогодние праздники. но это не важно…

Важно, что я с ними мылся в бане. Как положено, забухали. Один перепил и по пьяной лавочке мне выложил, что они сбежали из Красногорска перед грандиозной катастрофой...Вы там слушаете меня?

— Да!!! — хором ответили они.

— Хорошо. В общем, месяц назад, используя облако смога их лаборатория выпустила в городской воздух некоторое количество боевого отравляющего вещества эффект от которого до конца не был изучен. Учёный плакал и утверждал, что это была авария в системе рекуперации. Они надеялись, что погода изменится и облако уйдёт само в местность где не так много народа. Только погода поднасрала и тогда, кто-то очень умный наверху решил ослабить внимание населения к насущным проблемам. Реагент, который использовали в городе это сильный наркотик. Смешиваясь со снегом, он испаряется и эффект от отравляющих веществ не так заметен. Вернее он заметен, просто народ тупеет вдыхая его пары.

Люди заболевают, но не очень сильно обращают внимание на свои проблемы. Отравление проходит медленно. А когда они не обращают внимание, проще изолировать тех кто отравился. Так они считали. Поначалу. Только всё пошло не так. Смешиваясь в организме человека отравляющее вещество и наркотик постепенно изменяют организм.Токсичность накапливается. Отравленный превращается в живую токсичную бомбу. Вы, их, наверное, видели. Ходят такие, опухшие, красные вздувшиеся люди.

Антон заметил как испуганно вздрогнул Митька. Старшак продолжал.

— ...Они взрываются при сильном сотрясении. Чем больше употребили реагента - тем сильнее взрыв. Близко к ним не приближайтесь. Они теряют рассудок, их мучает постоянная боль и галлюцинации. Маски помогают, но не очень хорошо. Вы все можете быть заражены.

— Это что же получается - ищут вовсе не террористов? — спросила Анка.

— Террористов? Половина города, теперь, террористы, а через месяц и вторая половина к ним присоединится. Помочь им уже нельзя. При взрыве, токсичная жидкость или кислота...Я не знаю точной классификации... Разлетается на десятки метров... Выжигает всё вокруг. Я, через свои связи, звонил разным надёжным людям-информация подтвердилась. Заражённых поначалу держали по больницам, но когда они начали взрываться, быстренько подсчитали ущерб и начали отправлять их по домам. Там их собирались убирать по одиночке. Только местные правоохранительные органы уже не справляются. Поэтому с сегодняшнего дня привлекли военных. Город закроют на карантин под любым предлогом и уже завтра из него будет не выбраться. Бежать нужно сегодня.Сейчас.

— А ничего,что на нас браслеты? — спросил Антон.

— Это не проблема. У меня электронный взломщик есть. Сейчас скажу где он лежит. Собирайтесь.

На изучение работы взломщика ушло некоторое время. Со слов Старшака оно перехватывало тревожный сигнал при вскрытии браслета. Они следуя его инструкциям сняли ненавистные отслеживающие устройства и положили рядом со взломщиком. Так было нужно — объяснял Старшак. Помимо тревожных сигналов браслет отправлял еще и сигналы тестирующие связь. Один раз в три часа, не реже. Но времени будет достаточно чтобы уйти.

— Так как нам покинуть город? — спросил Антон.

— Через Водоканал. Там, ночью, только один сторож. Перелезете через стену возле проходной, проберётесь через территорию и увидите ещё одни ворота.Решетчатые. Они выходят на объездную дорогу. Ею обычно не пользуются. Я постараюсь проехать туда, а потом окольными путями вывезу вас.

— А как же твоя квартира?

— Да срать я на неё хотел!!! Ещё наживу, и вы наживёте, если дебилами не будете!!! Тоха!!! Какая в жопу квартира? Я видел колонны бронетехники, они движутся к Красногорску!!! Это не шутки и дома вам не отсидеться!!! Рядом взорвётся ваша соседка и всё!!! Не будет больше квартиры. Ничего не будет, когда за дело берутся военные. Ладно, до связи. Включите трубку, когда будете у Водоканала.

Антон посмотрел на Митьку и спросил:

— Ты с нами?

Митя пожал плечами:

— Старшак врать не будет. Раз дело такое, я тоже сваливаю. Только проблемка есть.

— Какая?

— Такси ночью возит по одному пассажиру в багажнике.

— Может грузовое закажем? — предложила Анка.

— Неее…. — почесал затылок Митя— Не варик. Грузовых, всех проверяют и машины отбирают. Не будет никто ночью так рисковать. Но мыслишка верная. Нам нужно особенное такси.

— Говори Аферюга,чего задумал?

— Спокойно. Это всяко лучше чем пешком идти. Только деньги готовьте. Он бесплатно живых не катает.

——————————————————

Лежать в гробу было мягко, но очень непривычно. Да что б Антон ещё раз повёлся на Митькины авантюры?!! Да не в жизнь! Ладно он, а Анке сейчас каково? В отдельном гробу лежать?

Водитель чёрного фургона, хитрый старичок с живыми глазами, уверил их,что это самый надёжный способ. Менты как только гробы замечают, сразу дают разрешение ехать дальше. А работы нынче полно. Каждую ночь, мертвецов в крематорий возит. В последние дни, битком. Все документы в порядке.

Дедушка не соврал. Когда машину остановил полицейский патруль Антон услышал как тот препирается со стражами порядка, а потом демонстративно распахивает перед ними заднюю дверь.

— Гробы заколочены. В крематорий везу. Будете вскрывать так сами пеняйте на себя,— донёсся до него глухой голос. Он замер затаив дыхание. Ой, только бы Митька не чихнул. С него станется.

— Да чёрт с тобой. Ехай давай, — разрешил полицейский и уже через минуту фургон пришёл в движение.

Антон облегчённо выдохнул. Эта поездка в гробу показалась ему вечностью. В кромешной темноте, под крышкой гроба начали мерещится страшные волчьи глаза и хищный оскал. Какие-то щупальца. Фургон покачивало на ухабах. Гробы бились друг о друга. Начало тошнить. И тут фургон остановился. Пока старик открывал двери, Антон сам отодвинул тяжёлую крышку и помог остальным.

— Ф - фух. Митя, я тебя убью! — оказавшись на свободе первым делом пообещала Анка.

— Да ладно вам. Если бы пешком пошли, давно бы уже в ментовке оказались, — заныл испугавшийся Митя.

— И то верно. Полиция лютует детишки. Уж не знаю, что вам тут понадобилось, посреди ночи, но я вас ждать не намерен, — поддержал Митю водитель катафалка и тут же, на месте, потребовал расчёт. Сумма была дикая. Двенадцать тысяч. Но они предварительно её обговаривали и Антон безропотно передал ему деньги.

Фургон уехал, а они пошли вдоль бетонного забора. Начали искать удобное место чтобы перелезть и оказаться на территории Водоканала. Трещину нашли, почти у самой проходной. Удобно. Можно поставить ногу и перелезть на другую сторону. Первой полезла Анка. Пока она взбиралась на забор Антон решил связаться со своим старшим братом.

—- Алло Старшак. Мы уже уже у забора. Анка идёт первой. Ты где?

— Отлично Тоха. Я уже на другой стороне. Возле ворот. Перебирайтесь, пройдите территорию насквозь, вдоль цистерн и увидите другую стену.Там ищите решетчатые ворота. Я в джипе, жду вас с горячим кофе и печеньками, — отозвался тот.

— Анка ты слышала? — радостно крикнул Митяй.

— Да! — прокричала Анка. И тут завизжала полицейская сирена и их ослепил яркий свет.

— Руки за голову! Прижаться лицом к стене! — услышали они.

— Анка! Беги! Это полиция! — по заячьи заверещал Митя.

Антон попытался запрыгнуть на стену. Раздался выстрел и пуля швыркнула рядом с его плечом.

— Ещё движение, и стреляем на поражение!

Им пришлось подчинится. Полицейские обыскали их нашли радиотелефон.

— Тааак. С какой целью пытались проникнуть на территорию стратегического объекта без документов и со спецаппаратурой? — голос задавшего вопрос не сулил ничего хорошего.

— Какое спецсредство? Это старый телефон! — попытался возмутиться Митя, но его ударили под дых так что он моментально заткнулся.

— Малолетние террористы. Наверное, из детей Христовых? — предположил другой тут же добавил — Ничего детишки, поедете с нами в отделение. Там, с вами поговорят.

На Митьку и Антона надели наручники и грубо затолкали на заднее полицейского Форда. Антон лихорадочно соображал — что дальше делать? Скоро их привезут в отделение и там узнают, что он носил браслет. А за то, что сбежали из-под ареста - по головке не погладят. Ладно хоть Анка убежала. Оставалось надеяться, что Старшак увезёт хотя бы её.

— Дяденьки!!! Отпустите к Маме!!! Я у неё один и детей в семье семеро!!! Кто кормить будет? Отпустите ради христа! Я вам все деньги отдам!

— Нет у тебя денег террорист. Мы все твои карманы обшарили, — заржал полицейский сидевший на переднем сиденье.

— Есть. У меня заначка есть. Отпустите, а? А за это, я вам скажу где дети Христовы синие гранулы хранят. Десять мешков. Почти тонна. Вам сразу повышение дадут. — продолжал Митя.

— Это которые в Сафроновской церкви окопались? Так и знал, что вы уроды с ними заодно! Только, сегодня, в полночь, вашим сектантам- кабзда придёт. Приказ пришёл о зачистке. Возле Сафроновской: три БТР-а и рота солдат. И ещё скоро подъедут. Будете знать наркоманы, как с официальной властью ссориться! — злорадно сообщил водитель.

— Ясно. Государство против православия пошло,.. — проворчал Митя.

— Какого православия? От детей христовых, уже само РПЦ отказалось. Деятельность вашей организации - запрещена в России. Все кто с вами сотрудничает и общается, получат наказание по статье Двести пять, точка, один.

Антон побледнел и посмотрел на Митьку. Идиот! Лучше бы молчал. Сошёл бы за умного.

Полицейский автомобиль двигался медленно по туманным улицам Красногорска. Полицейские, чтобы развлечь себя, рассказывали им, какой срок им светит да что с ними на зоне сделают. Но до отделения они так и не доехали. Рация в машине ожила и тревожный голос диспетчера потребовал, чтобы все патрульные машины срочно ехали на Центральную площадь к Сафроновской церкви. Водитель матерно выругался и в свою очередь сообщил по рации, что они только что задержали двух особо опасных преступников и везут их в отделение поэтому не могут ехать на Центральную. Диспетчер ответил, что ему глубоко насрать и приказ генерала не обсуждается. Антитеррористическая операция началась. Все в оцепление. Попробуйте только сдриснуть. Машина отслеживается по геолокации.

Тут уже полицейские начали материться вдвоём. Судя по всему, им не очень хотелось ехать на Центральную площадь.

— Может, колесо проколем? — предлагал сидевший на переднем сиденье.

— В пизду, а если на нас опухший кинется? Забыл, как они взрываются? Лучше с военными сейчас быть. Всё равно нас на штурм не бросят. Поехали.

“Какой опухший”? — подумал Антон и вспомнил про заражённых.

Минут через 15 - машина въехала на Центральную площадь.

Сафроновская церковь находилась с правой стороны напротив здания городской администрации. Их разделяла площадь в центре которой высилась гигантская ель. Та самая, без иголок. Антон увидел в окно. что полицейский соврал. БТР— ов было намного больше. Два стояли у входа входа в администрацию. Ещё шесть, полукругом, перекрывая церковь. Каждая улица выходившая к площади охранялась солдатами. Три улицы были перекрыты грузовиками. Полицейские автомобили заезжали по единственной открытой улице и выставляли свои машины также полукругом, в некотором отдалении за бронетехникой. Так же поступили и те кто вёз задержанных Митьку и Антона. Их просто бросили в машине поставив её боком. Сами полицейские куда-то ушли.

— Хрена себе  тут солдат! — присвистнул Митька. — Они что, войну решили устроить?

— Что-то мне, это всё не нравится. Митя, ты вроде на ночное собрание собирался? Вот тебе шанс, присоединится к своим.

— Они такие же мои как и твои. Сейчас начнётся такое, что мало никому не покажется.

— Митя, ты что-то об этом знаешь?

— Представь себе - немного знаю! Вон — посмотри в просвет между техникой. Что ты там у церкви видишь? — огрызнулся Митя и сорвав с себя маску начал ощупывать свои карманы.

— Укрепления. Баррикады…

— Да. Епископ не дурак. Половина детей Христовых это бывшие военные, контуженные бойцы прошедшие горячие точки. Они умеют стрелять, а в подвалах под церковью полно оружия.

— Они будут стрелять?

— Уж поверь, мирно они не сдадутся. Но они не самое страшное.Лучше поищи скрепку или чего-нибудь острое. Нам надо избавиться от наручников и свалить пока…

Антон увидел как забегали солдаты и человек в бронежилете взобравшись на бронетранспортёр начал кричать в мегафон.

— Граждане сектанты! Вы окружены! Выходите с поднятыми руками и отпустите заложников! Обещаем, всем кто добровольно сдаст оружие и сдастся не применять силу! Пожалуйста- мы хотим решить конфликт мирным путём!

— Хана. А сейчас ударит колокол! — простонал Митька — Они выпустят их.

— Кого?

— Ищи лучше чем наручники открыть! — Митька сунулся на переднее сиденье и нагло начал шарить в бардачке.

Антон принялся ощупывать себя. В кармане была связка ключей. Может-быть они подойдут?Там была острая железка.

Тревожно забили церковные колокола, а потом загудел самый большой. Митька отвлёкся, поднял голову и замер.

— Началось. Нам надо торопиться!

Антон показал ему свою связку ключей, Митька обрадовался, снял ключи с колечка и распрямил его. Получившейся загогулиной он с энтузиазмом принялся орудовать в замке.

Колокол всё не утихал. Раздались выстрелы. Сначала неуверенные и одиночные, а потом загрохотало так,что у сидевших в машине ребят заложило уши. Митька освободился от своих наручников и занялся Антоном, а тот в ужасе смотрел в окно. Площадь заволокло дымом. Отовсюду велась стрельба. Мимо них, пронесли человека в крови. Военные кричали и матерились, понять,что же происходит было невозможно.

— Готово! — воскликнул Митька освобождая дужку.

Раздался взрыв. Антон увидел как один из Бронетранспортёров отбросило в сторону вместе с теми кто находился на его броне и в щель между машинами начали протискиваться страшные уродливые существа. Они только отдалённо напоминали людей. Они шли медленно. На них почти не было одежды. Раздувшиеся, красные опухшие больные люди. Солдаты открыли по ним огонь.

— Не приближайтесь к ним! Огонь на поражение! Пулемёты! Нам нужны пулемёты! — доносился мегафонный рёв.

Солдат в которого вцепился раздувшийся человек со страху выпустил из автомата целую очередь и тот взорвался забрызгав всё вокруг едкой синей жижей. Жижа попала на ближайших солдат и они начали кричать кататься по грязи. Антон ясно увидел как жижа разъедала их тела. Их прожигало до костей. Один из них в шоке уставился на свою руку от которой остались одни кости. На упавших солдат набрасывались заражённые. Их было очень много. Они смяли оборону у Бронетранспортёров и приближались к полицейским автомобилям. Военные и полиция разбегались перед ними, а заражённым нечего было уже терять- они шли напролом.

Митька взвизгнул от страха увидев как опухшее лицо прижалась к боковому стеклу с его стороны и чья то рука попытались открыть дверь.

— Нам пиздец Тоха! Прощай!

Автомобиль тряхнуло. Лицо заражённого размазалось по стеклу. Послышалось ядовитое шипение.

— Чёрт! Он лопнул! — вскрикнул Антон — Вышибай дверь!

— Щас!

Митька ногами начал биться в плавившуюся дверь. Вслед за ней начала деформироваться крыша.

— Скорее!

— Господи — помоги!

Дверь отлетела в сторону и они кубарем выскочили из машины едва не вляпавшись в большую синюю лужу. Митька за рукав дернул Антона в сторону и тот чудом избежал встречи с другим опухшим.

— Бежим!!!

Антон бросился следом за Митькой. Позади них послышался громкий лопающийся звук и брызги пролетев над головами попали в солдата преградившего им путь. Солдат закричал от боли. Лицо его моментально превратилось в синюю клейкую массу. Митька оттолкнул его в сторону, прямо под ноги ещё одного заражённого и побежал дальше. Антон старался не отставать. Главное было не оглядываться, но уже на краю площади возле брошенных грузовиков он не выдержал и посмотрел назад. То что он увидел потрясло его до глубины души. Огромная чёрная ель падала. С хрустом и грохотом она упала подминая под собой и и солдат, и заражённых.

— Скорее! — дернул его Митька.

— Нет,ты видел?!! Видел?!!

— Да чёрт с ними! Ты смотри, что впереди!

Антон задохнулся от ужаса. Снизу по улице к ним приближалась ещё одна толпа заражённых. Раздувшиеся до неузнаваемости Старики, дети и взрослые. Они шли медленно словно участники карнавала уродов. Они не боялись зимнего холода. Им было всё равно.

— Они идут на звон колокола! Бежим,через дворы. — сообразил Митька и нырнул за угол.

— Куда? Там тупик!

— Гаражи! Через крыши уйдём!

Дальше им пришлось лезть на старые деревянные гаражи. Потом по крышам перебираться на другую улицу. Потом они прячась в самых тёмных углах, перебежками шли в сторону Водоканала. Людей на своём пути они почти не встречали, а если и видели. то прятались и ждали пока те пройдут мимо. До них доносились звуки взрывов.Центр города пылал в пожаре. Несколько раз проезжали пожарные машины, а потом они увидели танк. Он проехал по дороге лязгая гусеницами направляясь явно в сторону Центральной площади. Бегство из Красногорска показалось им вечностью.

У Водоканала Митька облегченно вздохнул:

— Дошли!

Антон посмотрел на стену и горько сказал:

— Ну и что? Думаешь Старшак нас до сих пор ждёт? Он давно уже уехал. А по глубокому снегу, мы из города далеко не уйдём. Замёрзнем, или нас поймают. Радиотелефон у ментов...

— Радиотелефон у меня. Я его в бардачке нашёл и обратно спиздил — торжествующе продемонстрировал аппарат Митя.

— Митька! Да я тебя после такого готов простить… За всё что ты Сука сделал!!! — восхищённо произнёс Антон выхватывая у него телефон из рук.

— Старшак! Алло! Мы живы! Старшак! Ты слышишь? Мы живы!

—————————————————

Через полчаса они уже ехали в машине Старшака куда глаза глядят.

— Поживём пока на турбазе, а потом подумаем как дальше жить — говорил Старшак.

— Но как же город? Что же будет с людьми? Там творится настоящий беспредел! — говорила Анка.

— Мы, всего лишь люди. За нас уже всё давно решили: кому жить, а кому умереть. Город обложат войсками, уничтожат заражённых, а все убытки спишут на детей Христовых. Скажут, что они распространили бактериологическое оружие, а может ещё чего. Какая разница? — отвечал Старшак.

— Но ведь это катастрофа! Огромная экологическая катастрофа! — не унималась Анка поглядывая на Антона в качестве поддержки.

— Нет детка. Ты ещё молода и не шаришь в политике. Когда самолёт падает — это катастрофа. А когда гибнут десятки тысяч человек — это уже статистика. Статистика— штука расплывчатая, там любое количество жертв можно спрятать используя нужные числа.

Антон не участвовал в их беседе.Рядом дрых Митька. Старшак дал им хлебнуть коньяка из фляжки и его быстро укачало. Молчал и смотрел в окно. Он только сейчас заметил какое там ночное звёздное небо. Такое красивое и чистое.

————————————————

Послесловие.

Ликвидаторы не слушают попсу. Они слушаю Дет-метал. Когда в наушниках ревут басы проще и спокойнее работать. Нет жалости к заражённым. Нет сомнений в своей работе. Они не убивают. Они оказывают милость. Сегодня 1 января. Город практически зачищен. Здоровые эвакуированы, но кое-где по домам и квартирам ещё прячутся опасные несчастные люди. Ликвидаторы вооружены распылителями пены. Она охлаждает заражённых людей. Делает их тела твёрдыми и они не взрываются. Умирают почти сразу. Нужно только побольше пены. У него её два баллона за спиной и костюм химзащиты. Токсичная жидкость её не берёт. Сегодня ему выдали новый участок работы. Многоэтажный кирпичный дом. Он шёл в группе из пяти человек. Сначала идут взломщики и ломают двери.

Потом ликвидаторы. Последними уборщики — они забирают тела и увозят в крематорий. Обычно долго в квартирах они не задерживаются. Сделал дело и дальше. Но сегодня...

В одной из квартир он обнаружил лежавший на столе дневник разрисованный фломастерами и из любопытства открыл его. В квартире никого не было. Он уже проверил шкафы и лоджию.Нужно было идти дальше. Однако дневник почему-то привлёк его внимание. Он открыл его и прочитал.

22 декабря. На улице весь день слышны выстрелы. Мама сказала на улицу больше выходить нельзя. Даже в маске.Скучно. Сижу играю.

23 декабря. Бабушка пошла за хлебом и не вернулась.

24 декабря. Мама пожаловалась на плохое самочувствие по телефону. Пришли люди в масках и она с ними уехала, а я нет. Мне сказала сидеть в шкафу. Ждать Папу. Папы всё нет и нет.

26 декабря. Отключили свет и батареи совсем холодные. Но это не страшно. У меня покраснели ручки и ножки и мне совсем не холодно.

29 декабря. На улице тишина. Обошла весь подъезд. Никого нет дома. Все уехали. Осталась одна Таня.

31 декабря. Дорогой дедушка Мороз. Мне не надо от тебя никаких подарков. Отдай их тем кому они в этом году были нужнее. Я прошу тебя чтобы мои Папа и Мама снова вернулись. Чтобы вернулись бабушка и кошка Муся. Чтобы всё было по прежнему, а на небе светило яркое солнышко. Дорогой дед Мороз, я так давно не видела чистого неба...

Он услышал шум под кроватью и повернулся.Из-под кровати выползала маленькая распухшая девочка.

— Дедушка Мороз это ты?

— Да это я, малышка, — помедлив ответил он вспоминая, что ликвидаторы не знают жалости. Они оказывают милость — Скоро ты встретишься со своими родителями. Скоро, все будет хорошо.

Не в силах смотреть на её счастливую улыбку он нажал на кнопку распылителя.