Безымянный проект: Часть 16⁠⁠

Очередной удар под дых, и мои лёгкие вновь сковал удушающий спазм. Я закашлялся, жадно пытаясь вдохнуть спасительную порцию воздуха. Человека, наносящего мне удар за ударом, зовут Скотт Мэнсон. Редкостная скотина на службе у куда еще более страшного человека Генри Лэйка.

- У мистера Лэйка есть все основания полагать, что ты, Джек, причастен к ограблению его автопарка. – медленно закуривая сигарету, монотонно проговорил Скотт.

- Я же сказал тебе, дубина - я ничего не знаю. – продолжая натужно кашлять, ответил я.

Мой левый глаз настолько опух, что я уже ничего им не вижу. Правый заливает медленно стекающая кровь из рассеченной брови. Скот выбрал для допроса отличное место – кладовку того самого помещения, которое мы негласно называем «автопарком». Здесь хранилось 10 глайдеров, принадлежащих Генри…до сегодняшней ночи. На них пилоты, подконтрольного ему клуба выступали в смертельных гонках. Каждая из этих тачек стоит уйму денег, а первые строчки в полицейских списках розыска лишь добавляют им изюминку. Партнеры и даже конкуренты Генри по бизнесу не раз предлагали ему достаточно привлекательные суммы, но он был неприклонен. И не зря – именно эти тачки сколотили ему приличное состояние.

- Я думаю, что ты врёшь, Джек. Послушай… - Скотт вздохнул и подошёл поближе ко мне. – Времени у меня предостаточно, я могу развлекаться с тобой хоть до самого утра. Всего за одну ночь ты сможешь стать счастливым обладателем билета в огромный парк болевых аттракционов. Но к сожалению, у меня есть куда более важные дела. Например, найти тех паскуд, которые обнесли это место. Начнём сначала, Джек. Я слушаю.

Скотт поставил свой стул напротив моего, и сел ко мне лицом. Я слышал, как затрещала бумага, которой был обернут табак в его сигарете. Он выпустил мне в лицо клуб дыма и затянулся вновь. Где-то сзади с противным звуком капает вода. Когда-то давно я читал, что в древности существовала пытка, когда заключенному на голову капала вода, и тот постепенно сходил с ума. Признаться, за эти два часа, что я сижу здесь капель порядком мне надоела, но это не самое страшное. Каждый вдох и выдох даются мне с трудом. Похоже, что сломано несколько ребёр. Лицо медленно продолжает отекать. Скотт периодически направляет мне в глаза яркую лампу, которая стоит на небольшом столе. Излюбленная фишка полицейских. Он отлично усвоил некоторые их приёмы, и овладел искусством допроса в совершенстве. Ох, как бы мне хотелось встать и съездить этому напыщенному ублюдку по роже, а потом испробовать на нём все его методики. Но мои руки плотно связаны за спиной каким-то жгутом. Чем сильнее я дергаю ими, и пытаюсь освободиться, тем сильнее он выкручивает мне запястья.

- Слушай, я ведь всё уже рассказал. Ладно, хер с тобой. – сказал я и выплюнул скопившуюся во рту смесь из слюны и крови. Ублюдок похоже ещё и вывихнул мне челюсть, потому что каждое движение и слово отдаются сильной болью. – Я как обычно пришёл сюда, и сменил Барни. Он сказал мне, что во время его дежурства заходил Бун, и возился со своим глайдером. Наверное, готовил его к гонке, я не знаю…но он записался в журнале. До часу ночи всё было отлично, никаких проблем. Я сделал обход, и вернулся в кабинет охраны. Когда в очередной раз проверял показатели камер, заметил, что время на одной из них замерло. Экран дергался как ненормальный. Мне с трудом удалось откатить запись, и я увидел, какую-то девку, которая копалась в щитке. Она постоянно посматривала на запястье и что-то набирала на своем коммуникаторе. Ах да! На записи было видно, что рука у нее протезированная. Больше ничего о ней сказать не могу, кроме того, что эта сучка крайне умна. Она обошла все наши протоколы за считанные минуты, как будто заранее их знала. Мы меняем их каждые три дня, но это не помогло.

- Что было дальше, Джек? – сложа руки на груди, и опершись об стол спросил Скотт. Почему ты не сообщил о проникновении куратору?

- Я думал, что справлюсь с девчонкой сам, хотел выслужиться перед Генри! Я знаю, какими деньгами ворочают его люди! Настохерело раз за разом возвращаться сюда и стеречь его железки. Я прихожу сюда и слушаю никчемные истории моего никчемного напарника! Каждый грёбаный раз, Скотт! Стоило мне только передать сигнал, и о повышении можно было забыть. Это был мой шанс...Если бы я только знал…

- Ммм, как же ты умён, Джек! Что, всё пошло вовсе не так, как ты рассчитывал? Босс не приедет и не пожмет тебе руку! Знаешь почему?! – неожиданно закричал Скотт, и направил мне в лицо свет лампы. Потому что ты кинул его на несколько миллионов кредитов, тупой ты кусок дерьма! Скотт наотмашь ударил меня по лицу, и всё происходящее перед глазами расплылось в радужном калейдоскопе. Голова загудела, и я словно прочувствовал каждую мышцу на своём лице. Скотт вытер руку салфеткой, которую достал из внутреннего кармана своего пиджака, и абсолютно спокойным голосом добавил – Продолжай, Джек, я слушаю.

Язык заплетался, и совсем не слушался. Опасаясь получить очередной удар, я продолжил:

- Когда я открыл дверь, за ней меня ждала вовсе не эта девка, а какой-то придурковатый мужик. Он странно дёргался, словно находился под наркотой. Я даже бластер не успел выхватить, когда он ударил меня в лицо своим лбом. Через секунду я уже лежал на полу, а этот дёрганный заламывал мне руки. Он нацепил мне на голову повязку, и больше я ничего не видел.

- Совсем ничего? Мой бедный, бедный Джек. Тебе досталось, да? - словно издеваясь, спросил Скотт. – Советую тебе вспомнить всё, что было, а иначе я тебе такое устрою, что ты на всю жизнь запомнишь!

- Подожди, подожди! Я ничего не видел, но слышал! Он оттащил меня в бокс с глайдерами и посадил спиной к стене. Сразу после этого внутрь вошли двое или трое человек. Точнее не могу сказать, по шагам я не понял. Они старались перешептываться, но кое что я слышал. Одного из них, кажется звали Джон. Еще один человек приказал этому самому Джону снять блокировку с машин, а потом добавил: «Кейт, работай». С ними вроде был кто-то ещё, но кроме топота ботинок по полу бокса я ничего не слышал. Примерно через пол часа крыша бокса раскрылась, и каждая из тачек друг за другом взмыла в воздух. Последнее, что я слышал, это вновь закрывающиеся створки крыши. Клянусь тебе, Скотт, я больше ничего не знаю! Я знать не знаю этих людей, и я не был с ними в сговоре! Отпусти меня, сукин ты сын! – из последних сил закричал я.

- Какая экспрессия! Браво! – крикнул Скотт и захлопал в ладоши. – С твоим талантом, Джек, тебе нужно было выступать в театре. Я вот слышал, что они сейчас очень популярны. Но вместо этого ты пришёл к мистеру Лэйку. Ты ведь знал, что он делает с теми, кто его кидает. Знаешь…ему, да впрочем и мне, плевать, как и почему ты проебал глайдеры. Нам неважно уснул ты, или тебя, как ты говоришь, связали – ты по крупному обосрался, Джек.

Скотт прошелся по помещению, закуривая очередную сигарету. Сейчас он напоминал кота, который поймал мышь не потому, что голоден, а ради своей же забавы. Каждым своим жестом, интонацией и даже походкой он пытался показать мне, что именно он является хозяином этой ситуации, и в его власти решать, что будет со мной дальше.

- Ты мне правда нравишься, Джек. Правда. Будь моя воля, я бы, наверное, и не стал тебя убивать. Понимаешь ли…все мы иногда совершаем ошибки. Ты согласен?

- Да, Скотт. – пробубнил я.

- Наверное, каждый из нас заслуживает второго шанса, ты не находишь?

- Отпусти меня! Я всё сказал тебе, Скотт! – закричал я навзрыд.

- Ну что ты сразу «отпусти», да «отпусти?! – я тебе о философии, сука ты такая, а ты мне снова свой скулёж!

Скотт пришёл в ярость, и мощным ударом ноги стукнул по ножкам стула. Я не ожидал подобного, и повалился на пол вместе с ним. От боли по всему телу и безнадёги, охватившей меня, я начал завывать, периодически всхлипывая.

- Твою судьбу решит мистер Лэйк, Джек. Сегодня он твой царь и бог. – сказал Скотт и потянулся за коммуникатором.

«…Да, это я. Думаю, ваши опасения подтверидились, сэр. Похоже на дело рук Гонсалеса и его крысёнышей. Я поболтал с Джеком, да. Нет, ни о каком Эрике речи не было, но он говорит, что их могло быть четверо. Что делать с Джеком? Понял. Постараюсь побольше разузнать о случившемся. Буду держать Вас в курсе, сэр» - эхом раздавался по всей кладовке голос Скотта.

- Ну что-ж, Джек. Похоже, что сегодня у тебя отличный день! – бодро отрапортовал Скотт, и рывком поднял стул вместе со мной.

- Что? Он отпускает меня?! – обрадовавшись, прокричал я.

- Да, Джек! Он отпускает тебя. Отпускает тебя в другой мир. В лучший мир, Джек. Там ты больше не увидишь мистера Лэйка, меня и всего того, что так ненавидишь. К сожалению, он не разрешил мне поиграть с тобой так, как я люблю. Представляешь какую честь он тебе оказал?! Такую спокойную смерть ещё нужно заслужить, Джек. Я поздравляю тебя. Что скажешь напоследок?

Меня захватил порыв эмоций. Я начал кричать и вырываться изо всех сил. Я выкрикивал проклятья и пожелания смерти Скотту и его боссу. Перед глазами пролетали все моменты жизни. Даже самые плохие из них казались чем-то прекрасным на фоне того, что сейчас происходило со мной. Я вновь попытался высвободить руки, о чём тут же пожалел – жгут, сперва впившийся глубоко в кожу, резко скрутился так, что руки пронзила невыносимая боль. Я услышал мерзкий хруст собственных костей и протяжно завыл.

- Зачем же ты так, Джек… Ты лишь всё усложняешь. – сказал Скотт, и приставил к моему лбу дуло своего бластера.

Через пару мгновений Скотт нажал на спусковой крючок. Пучок света, влетевший в голову Джека, навсегда прекратил его мучения. Он еще дернулся пару раз, но Скотт этого уже не видел. Он собрал свои вещи, и как ни в чем не бывало вышел из кладовки, не забыв на ходу погасить свет.