Амазия, концовка⁠⁠

Научная фантастика. 200 млн. лет спустя археологи изучают электронные переписки XXI века. Идея - авторская. Краткий сюжет - нейросеть. Текст авторский. Иллюстрации - нейросети. Меня критиковали за фотореализм, но именно в этом жанре я решил иллюстрировать этот рассказ. Нейросети использовались на всех этапах, включая редакцию. Однако, последнее слово оставалось за мной. Я ушёл от детского желания заменять нейросетями труд. Нейросети использовались мной как мощный инструмент, но трудился над этим произведением я больше, чем над каким-либо другим. И главное, помните: это - фантастика, а нейросети могут ошибиться, придумывая правдоподобные обоснования сюжету. Основная часть текста - тут.

Я выбрал день, когда Ира уехала на очередную конференцию и разместил фоссилию в сканере. Практически вся информация оказалась легко восстанавливаемой. Здесь хранились несколько древних фильмов, масса юридических документов и толковый словарь. Последний заинтересовал меня, так как я узнал символы языка докоммунистической эпохи. Я видел такие знаки в сводках нейросети, анализировавшей материалы по Великой Катастрофе. Ира говорила, что начертания удалось восстановить благодаря находкам отсканированных книг. Мне пожелалось найти в толковом словаре слово «катакомбы».

Когда я это сделал, мурашки побежали по спине от страшной догадки, и я просидел с толковым словарём и собранными нами каталогами до самого возвращения Иры.

– Как выглядит первая в истории археологии дешифровка сообщений о Великой Катастрофе? – спросил я Иру, когда та, пообедав, вошла в лабораторию.

Девушка покопалась в компьютере и вывела на монитор искомую информацию. Я прочитал:

«Пользователь № 731: Всё в порядке, я в катакомбах. Скоро буду в [не поддающееся дешифровке наименование].

Пользовательница № 732: Я же беспокоюсь!

Пользователь № 731: Я в [не поддающееся дешифровке наименование].

Пользовательница № 732: Чем занимаетесь?

Пользователь № 731: Да так, говорим про красное солнце».

– Это всё?

– Всё.

Я показал Ире янтарь с USB-флеш-накопителем и поведал про толковый словарь.

– Искусственный интеллект перевёл некоторые слова верно, но неточно, – сказал я. – То, что он назвал катакомбами, то есть, подземными убежищами, на самом деле есть электрическая подземная железная дорога Эры Разобщённого Мира. Красное солнце – это обычный закат. А знаешь, что такое «крышка»?

Ира нахмурилась и посмотрела на меня.

– «Крышка» – это слэнговое слово, обозначающее большое, затрудняющее проезд, скопление на дорогах наземных транспортных средств, работающих на двигателях внутреннего сгорания. Не было никакой Великой Катастрофы!

– Послушай…

– Просто поставь другие слова в дешифровки!

– Почему же они так часто толкуют про закат и про эту самую подземную железную дорогу в одних и тех же фрагментах переписок?

– Да кто ж его разберёт! Вероятно, случайность, сколько информации до нас не дошло! Ведь если долго кидать кости, рано или поздно выпадут шесть шестёрок подряд. А может быть, по какой-то причине люди, романтизировавшие закат, предпочитали этот вид транспорта… Лучше поясни, почему они все паникуют и чего-то боятся?

– Здесь как раз ничего странного нет, – возразила Ира. – В мире, где человек человеку – волк, я бы наверное тоже вечно паниковала и всего боялась. Ты же видел, из чего состоит основная масса переписок! Конфликты, ссоры, агрессия, манипуляции! Кстати, чаще всего упоминания о катакомбах и красном солнце встречаются отдельно. Вероятно, мы сами решили фиксировать внимание на фрагментах, где эти слова очутились вместе. Возможно, нейросеть в некоторых случаях переводила словосочетание «красное солнце» верно, как «закат». И почему бы не предположить, что нейросеть искажает слова, чтобы сделать перевод осмысленным? Во всём этом предстоит разбираться.

Между нами повисла неловкая пауза. Первой прервала её Ира:

– Ты сознаёшь, что совершил великое научное открытие? Твоё имя войдёт в историю.

– Нет, – ответил я. – Завтра я покину Землю. Ты искала ответы на вопросы, я скрыл от тебя находку, я неправ. Эти заслуги принадлежат тебе. Я здесь – лишний.

– Ты думаешь, я отпущу тебя? Это – твоё открытие! Я что, зря тебя учила?

– Не перечь мне, пожалуйста.

– Патриархальность? Заразился вирусами ЭРМ?

– Я свободный человек? Я имею право просто уйти?

Я развернулся и направился к выходу. Ира ухватила меня за предплечье.

– Стой!

– Я – свободный человек, – твёрдо повторил я.

Внезапно Ира прильнула ко мне, обняла за плечи. На ней был короткий голубой топик с блёстками, она источала сладкий запах, и я инстинктивно положил руки ей на бока. Они оказались гладкими и холодными. Сама Ира – тёплая и мягкая.

Девушка бессильно разжала руки, я стиснул ладонями её щёки, заставляя смотреть себе в глаза.

– Ты не имеешь права удерживать меня, – сказал я.

– Успокойся, – тихо ответила Ира. – Эра Разобщённого Мира завершилась двести миллионов лет назад. Мы сумеем договориться.

Теперь опустились мои руки. Мы стояли вот так, рядом, напротив, с безвольными руками, разглядывая лица друг друга, изучая такие близкие и такие далёкие черты... Робот приоткрыл дверь, оценил обстановку и тактично скрылся.

Автор: Дмитрий Тюлин