2. Большая медведица⁠⁠

Представьте, что у вас в руках билет, по которому можно отправиться в любую точку мира. Вы разворачиваете большую карту на столе, прижимая скручивающиеся углы чернильницей, пресс-папье, парой книг и выбираете какое-нибудь известное место с хорошей транспортной доступностью – на корабле или экипаже – изысканной кухней и разнообразным досугом. Обдумывая своё путешествие, вы никогда не посмотрите в сторону Трансильвании, а если и решитесь на путешествие в эту маленькую страну, то задержитесь в Сибиу на несколько дней, откуда поедете в Бухарест. И вы не узнаете об Извору-Мунтелуй, не услышите тихое рокотание Биказа. Для вас останутся неизведанными горные озера, в которых хрусталём звенит морозное утро, благородные хвойные леса не спрячут вас от горячих поцелуев полуденного солнца, страстные ветра у подножия мшистых гор не закружат подол вашего плаща. Вы не узнаете местных традиций и не познакомитесь с Большой Медведицей.

В этих краях чтят старых духов земли, вступивших на каменистые берега до того, как человек расправил плечи и взял в руки первую палку. На южной стороне озера четко прослеживается тропа, ведущая до небольшой поляны, заключенной в полукруг отвесной каменной скалой, скрупулезно изрезанной столетиями дождей и снегов. Величественный идол, выдолбленный в сером камне, отполированный несколькими поколениями деревенских жителей, изображает огромную медведицу, стоящую на задних лапах, и к её бокам жмутся два медвежонка.

В Извору-Монтелуй известно множество легенд о Большой Медведице. Старшие рассказывают их младшим, собравшись у семейного костра, когда еловые ветки трещат и выбрасывают снопы искр в тёмное небо, исколотое песчинками звёзд. Слышится детский шепоток, он скачет по губам, от рассказчика к рассказчику, пока не возвращается к хозяину. Тот прячет его во рту, прикрывая маленькими ладошками, измазанными сажей и солью. Когда дети наговорятся, нашепчутся, насмеются, то глава деревни берёт большую кружку, вырезанную из ясеня и отполированную мозолистыми руками праотцов, делает глоток, громко кашляет, провозглашая время ночных историй. Дети умолкают и во все глаза смотрят на широкую фигуру, замотанную в суконный плащ, вглядываются в сухое обветренное лицо с неизменным шрамом-талисманом, которым украшают лицо каждого вождя. Голос, властвующий над умами днём, вечером льется золотистым мёдом, звучит мягко, почти нежно, заставляя молодые сердца трепетать, а голоса – умолкать.

— Сегодня я поведаю вам легенду о Красном озере и Звездном Сыне Большой Медведицы, - он делает большой глоток из резной кружки, фыркает и начинает.

«Когда смотришь на тёмные воды того озера, оно кажется вечным, неизменным. Но так было не всегда. Давно, когда мой прадед был мальчишкой, и лицо его не было удостоено священного шрама, он жил в деревне, располагавшейся на месте Красного озера. Люди разводили коз и выращивали рожь, сахарную свеклу, картофель, яблоки, абрикосы, виноград. Каждый день начинался с труда, каждый вечер завершался доброй песней. Жители ходили на капище и молились Большой Медведице, чтобы она даровала отцу силы, матери – терпение, а детям – здоровье. Всё шло своим чередом, пока в горы не пришёл летний дождь. Все думали, что это обычная непогода, и только старый целитель заподозрил недоброе. Набросив на плечи потертый плащ, он поспешил на капище, чтобы испросить совета у Большой Медведицы. Как только он шагнул за пределы деревни, молния, способная ослепить великана, ударила в скалу, и та обрушилась за спиной целителя. Обратного пути не было. Дождь нарастал, и целитель с ужасом понял, что он – единственная надежда своего народа.

С проворством, несвойственным людям столь почтенного возраста, он домчался до идола, бросился на колени и стал молить Большую Медведицу о милости. Облака над поляной пришли в движение, солнечные лучи один за одним разрывали плотную серую пелену, освещали мокрую траву рядом с целителем. По капелькам на траве бежали золотые искры, собирались в огненные снопы. Стало так светло, что целитель закрыл лицо руками и уткнулся лбом в сырую землю. Через несколько мгновений он почувствовал, как ласковая рука провела по его затылку, и глубокий женский голос позвал его:

— Встань и скажи, для чего так неистово звал меня.

Целитель поднял голову и увидел перед собой женщину. На ней было зеленое льняное платье, украшенное золотой вышивкой на рукавах и груди, на плечах виднелась медвежья шкура. Рядом с ней стояли юноша и девушка, оба в широких зеленых рубахах, в тон платью матери, – а целитель не сомневался, что перед ним Большая Медведица с её медвежатами, - на головы были накинуты капюшоны в виде медвежьих голов. Целитель остался на коленях и вознес молитву к своей богине.

— Ужасная непогода грозится смыть мою деревню и всех её жителей. Когда я шёл сюда, то вход в деревню завалило огромным куском скалы, и теперь никто оттуда не выйдет. Скала упала настолько плотно, что наше убежище превратилось в ловушку, и низина медленно наполняется водой. Скоро она поднимется до крыш домов, на которых прячутся люди и скот, а затем ещё выше, забрав их жизни. Молю тебя, спаси мой народ!

Вперёд выступил сын Медведицы:

— Я отправлюсь на небо и попрошу Стрижа, Бога Дождя, на время усмирить свои тучи. Моя сестра поможет тебе вывести людей из деревни. Вы спрячетесь в горах и будете ждать. Как только почувствуете, что гроза слабеет, не теряйте времени, бегите. Дождю суждено идти до тех пор, пока не появится Красное озеро.

Сказав это, юноша развел руки в стороны, прокричал слова на неизвестном языке и резко свел ладони над головой. Подул сильный ветер, который закрутился вокруг сына Медведицы, растрепал золотые волосы, выбившиеся из-под медвежьего капюшона. Последнее, что запомнил целитель, это ярко-зеленые глаза, сверкнувшие изумрудом в сердце урагана. Потом всё стихло, и на поляне осталось двое богов и один человек.

Вскоре дождь перестал, целитель вместе с дочерью Медведицы Луминицей, что значит «свет», помогли всем жителям выбраться из деревни и спрятаться в горах. Как только последний старик оказался в пещере, дождь начался с прежней силой и длился ещё пять дней, пока не заполнил Красное озеро до краёв. На исходе пятого дня опустевшие тучи пришли в движение и направились за острые зубцы гор. Целитель первым направился к озеру, чтобы поблагодарить Большую Медведицу и её детей. Не дойдя двадцати шагов, он увидел обнаженную Медведицу, стоящую по пояс воде. Её большая грудь медленно поднималась и опускалась, тёмно-зеленые глаза высматривали что-то на небе. Рядом стояла Луминиция, хрупкая и невесомая. Она крепко держала мать за руку и тоже вглядывалась в темнеющее небо. Целитель посмотрел наверх и увидел яркую звезду, медленно спускавшуюся к богам. Когда первый её луч коснулся зеркала озера, то по воде побежала рябь, а сама звезда стала расти, пока не превратилась в сын Медведицы. Он светился холодным лунным светом, но не обретал плоти и оставался прозрачен.

— Меня зовут Нелу, что значит «добрый бог», - сказал он, - и чтобы доказать это я поклялся служить Стрижу до тех пор, пока не настанет время моего перерождения. – он ласково посмотрел на свою мать. – он сказал, что ты почувствуешь, и тогда мы снова будем вместе. До тех пор я смогу видеться с вами, когда в Красном озере отразится оранжевая луна. До скорой встречи!

Нелу обратился в звезду и устремился в небо, к собратьям. Большая Медведица смотрела ему в след, Луминиция продолжала крепко сжимать её руку. Целитель не осмелился привлечь к себе внимания, и скрылся в тени деревьев.

С тех пор, когда наступает ночь оранжевой луны, на берегу Красного озера можно встретить Большую Медведицу с Малой Медведицей, которые стоят в воде и смотрят на звездное небо, ожидая встречи с добрым богом Нелу.