Будущее принадлежит Азии (2)
Заканчиваем знакомиться с книгой Парага Ханны "Будущее принадлежит Азии. Глобальный порядок в XXI веке."
Коротко: Азия пришла в качестве мигрантов на все континенты. Сингапурская технократия - успешный пример управления обществом в отсутствие полноценной демократии. Сегодня Азия сливается воедино и культурно, и экономически. С ней придётся считаться всему остальному миру.
Наивно было бы ждать, что крупнейший континент не проявился бы своим влиянием на всей планете. Азиаты - они повсюду.
Начнём с Северной Америки. 21 миллион жителей США - азиатского происхождения. Живут они в основном в западных штатах. Понаехавшие и их дети забирают себе призы на всевозможных академических соревнованиях. Индусы трудятся в Силиконовой долине. Конгрессвумен приносит присягу с рукой на Бхагавад-Гите. Камала Харрис хоть этим не занимается, зато выше поднялась. Огромные потоки студентов из Азии текут в американские университеты. Одних лишь китайцев приезжает ежегодно 100 тысяч! Но 82% из них возвращается на родину, причём этот процент растёт со временем. Эти "репаты" сталкиваются с нарастающей конкуренцией тех, кто учился дома в постоянно набирающих уровень местных вузах. В верхней сотне мировых университетов - десять китайских. После этого не станешь удивляться тому, что и всё больше американцев едет учиться и жить в Азию. И далеко не факт, что они когда-нибудь потом вернутся.
Китайский становится самым популярным иностранным языком для изучения в США. Миллион американцев учит его (не забудем, однако, что число китайцев, учащих английский, в 400 раз выше!). Выдающиеся учёные едут преподавать в Азию. Там же организуют филиалы всемирно известные западные вузы: Джорджтаун, Корнелл, Нью-Йорк, Йель, Дюк... Им помогают местные университеты, включающие в свою программу всё больше курсов на английском. И клиент подтягивается: всё больше американцев едет получать американское образование... в Азию! И на работу тоже едут. Число экспатов из США выросло до 9 миллионов в 2017 году. Это говорит о том, что на Таити неплохо кормят. Местные правительства в курсе, что чужие мозги двигают экономику вперёд и облегчают им въезд в страну. Инженеры и учителя, артисты и спортсмены - все эти умные и предприимчивые люди делают в Азии карьеру. И если азиатов, осевших в Америке, называют "азиатскими американцами", то мы имеем дело уже и с "американскими азиатами".
Ещё больше от подъёма Азии выиграет Европа. Новый толчок для усиления связей дала политика Трампа "America first". Несмотря на возражения Штатов, европейские страны, такие как Франция, Германия и Австрия, присоединились к AIIB. Ещё бы: главный торговый партнёр Китая - Евросоюз, а не США. Железнодорожные контейнеры, везущие азиатский товар в Дуйсбург, грузятся на обратном пути французским вином, испанскими окороками и белорусским молоком. Продолжают течь на восток и инвестиции. Деньги вкладываются в ЮВА с её дешёвым трудом и низкими входными барьерами. Бош размещает производство автозапчастей во Вьетнаме, а в Сингапуре осело уже свыше 1800 немецких компаний. Вслед за Японией и Южной Кореей соглашение о свободе торговли готовится с Индией. Мощнеет и встречный поток инвестиций, особенно в обезлюдевшую Восточную Европу с её сельскохозяйственным потенциалом. Хорошая динамика наблюдается не только с Дальним, но и с Ближним Востоком. Европейцы не только строят небоскрёбы у арабов, но и сотрудничают с Ираном, несмотря на санкции американцев.
Конечно, Европа принимает, помимо товарных, и людские потоки из Азии. В 2015 году Мухамед, обойдя Оливера, стал самым популярным именем, даваемым новорожденным в Англии. Миллионы арабов и турок живут в Западной Европе. Как и в Америке, азиаты карабкаются вверх по карьерной лестнице, доходя до верхов. Их можно найти и на министерских постах, и в руководстве компаний. Но нельзя сказать, что их приход не встречает противодействия местного населения. Запрещается паранджа и строительство мечетей, ужесточается миграционное законодательство. Исламистский терроризм и наплыв беженцев не добавляет симпатий к азиатам. В Словакии доходит даже до травли богатых арабских туристов. Но даже если текущие тенденции сохранятся, мусульмане в Европе к 2050 году будут составлять всего 7-8% (по поводу этих цифр я лично сомневаясь, зная, что мусульмане не только активно въезжают, но и активно размножаются, в отличие от местных). Автор считает, что дряхлеющая Европа на самом деле нуждается в большем количестве иммигрантов, чтобы было кому работать. Азиатизации Европы нет альтернативы. Кто знает, пройдёт время - и Турция с Азербайджаном войдут в ЕС. Если же Европа "закроется", то она неизбежно обезлюдеет и обеднеет. И тогда открытие рынков азиатскому инвестору станет неизбежным. Так или эдак - от Азии не отмахнёшься.
Азия идёт и в Африку, которая может предложить сырьё для прожорливой азиатской экономики. Первым идёт Китай с его многомиллиардными инфраструктурными вложениями. Там, где местные "наедаются" сотрудничества с китайцами, они переключаются на Индию и других партнёров (как это случилось с конголезским кобальтом, например). Скрежет зубовный западных комментаторов по поводу новой колонизации вряд ли обоснован. Ведь строятся дороги и электростанции, пользу от которых будут получать в первую очередь местные. Да, растут долги африканцев. Но Китай идёт навстречу в вопросе их реструктуризации. Цель Китая - не колонизация, а как стремление диверсифицироваться в поставках сырья и обезопасить себя от зависимости от нестабильных (в том числе африканских) поставщиков. Автор пишет, что лучшая аналогия текущим процессам - это новый план Маршалла. В конце концов, азиаты платят за африканские ресурсы звонкой монетой по мировым ценам, а не вывозят "за так", как это веками делали европейцы. Что касается людских потоков, то переполнение азиатами Африке не грозит. Хотя традиции массовой азиатской иммиграции имеются. Сегодня там живёт три миллиона одних только индусов. С учётом дальнейшего повышения эффективности производства в Азии, трудно ожидать, что африканцы догонят азиатов в промышленном развитии. Но им есть у кого учиться.
По мере ослабевания хватки янки Азия приходит и в Латинскую Америку. Даже если цены на сырьё падают - объём торговли и инвестиций продолжает расти. Вложения идут в бразильские порты и шахты, аргентинские атомные электростанции, мексиканские автозаводы. Местные не всегда рады азиатскому нашествию, особенно когда тот же Китай ставит барьеры у себя для их вложений. Гордость Коста-Рики - завод Интел - переехал во Вьетнам. Венесуэла и Эквадор - уже буквально в неоплатном долгу перед китайцами. Но и здесь сами китайцы поняли, что зашли слишком далеко, и урезали дальнейшее финансирование. Кончилось это венесуэльским дефолтом, который коснулся и китайских, и российских денег. Пришлось поумерить аппетиты и в Бразилии, обеспокоенной влиянием Китая на энергетическом рынке. Как и в Африке, по следам Китая идут другие азиаты, во главе с Индией.
Азиаты уже давно в Латинской Америке. Сотни тысяч китайских кули работали на кубинских плантациях. Полтора миллиона японцев в Бразилии являются крупнейшей японской диаспорой в мире. Японец Альберто Фухимори стоял десять лет во главе Перу. Историей успешной ассимиляции могут похвастаться и арабы. Сами латиноамериканцы осознают сегодня, что "хоть Бразилия - атлантическая страна, но Азия - это будущее". Это - слова бразильского посла в Сингапуре.
Настоящая технократия намного гибче догматических режимов и более способна на изменение курса, чем демократии. Ли Куан Ю был социалистом в молодости, но когда увидел, что оно не помогает, переделал рынок труда по гонгконгскому образцу. Таким образом Сингапур превратился в страну контрастов. Казалось бы, свобода: торговля без ограничений и легализована проституция. Но с другой стороны государство дотирует жильё, заставляет откладывать на пенсию и обеспечивает эффективное здравоохранение. На свободном рынке доминируют госкомпании. Парадокс!
В культуре технократов доминирует не поиск виноватого, а поиск решения проблемы, пишет Параг. Там, где у демократов список желаний, технократы имеют стратегии. Демократия не гарантирует ни появления новых идей, ни уж тем более их реализации. То ли дело приличный технократ! Тот сконцентрирован на том, чтобы получить приличный результат из того, что есть. Сингапурское правительство следит за ключевыми показателями эффективности, которые оно стремится повысить. При этом оно не стесняется пускать инспекторов во все госучреждения. В стране выборы? Ноги в руки - и на участок голосовать! Здесь тебе не демократия. Грамотные граждане знают, что к их мнению прислушиваются и начинают сразу вякать, случить, например, пенсионной системе забуксовать.
Опирается это всё дело на профессиональных служащих. Требования к ним высоки, но и платят - ого-го! В процессе карьеры служащий поднимается по лестнице, минуя все необходимые станции для получения опыта управления. В каждом министерстве интегрированы планировщики сценариев, работающих по принципу пентагоновских военных игр. В такой меритократической системе легче находить и реализовывать лучшие идеи. Чтобы воспитать способных технократов, необходимо уделять вниманию образованию в стране.
Соответственным образом, учитель является уважаемой и высокооплачиваемой профессией.
Целью хорошего технократического правительства должен быть рост не только богатства, но и благосостояния. Как процветание индивидуальной свободы, так и равные возможности. Утилитарное правительство знает, что прилив не обязательно поднимает все лодки. Большинству лодок приходится помогать. Автор намекает нам, что "технократы", правившие в Европе во время еврокризиса, плохо справились с задачами, заставив целые народы затягивать пояса. Недостаток утилитарного мышления не позволяет вызвать новую Прогрессивную Эру в США.
Ещё до того, как технократия получила своё имя, её практиковали конфуцианские бюрократы в империи Хань. Сегодня авторитарное руководство Китая не экспортирует свою модель управления куда-либо, а наоборот, ищет успешные практики управления по всему миру для подражания. Как результат, политика становится более гибкой. Такую модель называют "консультативным авторитаризмом". Китай - единственная в мире страна, где от кандидата на федеральном уровне управления требуется сорок лет учёбы и практики! Тысячи чиновников трудятся в поте лица, взбираясь по карьерной лестнице и собирая опыт. Не как в США, где каждый новый президент целиком меняет администрацию и четыре тысячи чиновников верхнего звена впридачу.
Если посмотреть на остальную Азию, то мы обнаружим, что всё больше стран двигается в сторону технократии. К технократам можно причислить и Моди, и Дутерте, и Видодо. С восьмидесятых годов азиаты продемонстрировали, что окопавшиеся элиты могут быть вытеснены, после того, как население надоест терпеть их расточительство в погоне за доходом. Военные хунты Таиланда и Пакистана сошли со сцены. Даже в странах, сохраняющих соревновательные выборы, таких как Грузия или Монголия, роль профессионалов в государственной системе растёт. Людям становится важнее качество управления. Всё больше азиатских государств двигаются в направлении гибридных режимов, сочетающих демократию и сильных лидеров. На них нельзя навесить ярлык авторитарности, если в наличии широкая поддержка постоянного лидерства. Как результат по всей Азии растут доходы и технологии, появляются социальные и экономические свободы, но политика остаётся под контролем режимов, которым "так нравится". И народам тоже нравится. Желание стабильности и порядка - это нормально, как и желание свободы. Бывшие колонии не хотят принимать демократию а-ля Штаты, если это подвергает угрозе стабильность в стране. Потому не стоит ждать либерализации общественной культуры, если правление станет менее строгим. Свободы бывает слишком много, а ответственность - это не пустое слово в здоровом обществе.
Важнейшим фактором для движения вперёд является защита частной собственности, либеральная предпринимательская культура и ответственное правительство. Это достигается властью закона, а не демократией. В Азии с её акцентом на сильных лидеров революция сверху - не оксюморон, а реальность. При этом промахи хоть и, бывает, прощаются, но не забываются. Примером может служить правление Путина, который расставил технократов на ключевые должности. Новая гвардия технократов подрастает в Казахстане, Азербайджане, Узбекистане. И даже ригидные арабские монархии, такие, как Саудовская Аравия, находят пути для модернизации своих обществ.
Конечно, трудно сказать, что гражданские общества большинства азиатских стран пользуются той же силой и независимостью, как на Западе. Но по мере смены поколений консервативные азиатские культуры медленно, но верно изменяются. В той же Саудовской Аравии женщины добились права на вождение автомобиля. Широкими шагами шагает филантропия. Миллиарды жертвуются на образование. Техника проникает повсюду. Новая китайская система социального кредита вызывает нарекания с Запада. Но разве сам Запад не лезет в жизнь своих граждан, как это показал уже Сноуден?
Подъём Азии чувствуется во всём мире. Азиаты всё активнее участвуют в установлении глобальных правил по мере отстранения Соединённых Штатов от ключевых аспектов мирового управления. Как бы не затыкали уши на Западе, это - неоспоримые факты. Азиатские державы уже сегодня способны обеспечивать порядок на морях. В глобальной экономике Азия - источник необходимого спроса и расходов, а также иностранной помощи. 200 тысяч индийских миротворцев разбросаны по всему миру. Индия и Япония запускают сотни спутников для других стран. Правила игры должны меняться с изменениями нашего многополярного мира, или старый порядок развалится сам собой. Если Совет Безопасности ООН не включит в себя больше азиатских стран, они просто будут его игнорировать. Уже сегодня мы видим, как меняется политика международных органов, таких как Совет по правам человека ООН, Интерпол или МВФ по мере роста Азии. Когда Штаты захотели исключить иранские банки из SWIFT, они натолкнулись на сопротивление большого числа азиатских банков. Правила игры в будущем мире будет сочетать обычные западные нормы с азиатскими практиками.
Мы станем свидетелями дальнейшего взаимопроникновения азиатских культур, несмотря на то, что ксенофобия ещё сильна во многих обществах. Что-то происходит уже сегодня. Бывшие советские республики переходят на латиницу с кириллицы, чтобы теснее общаться с турками и индусами. Азиаты всё больше предпочитают Азию в покупках, кухне, искусстве и развлечениях. Появление песенного конкурса "Азиявидения" - вопрос времени.
Перемешиваются и народы. 50 миллионов китайцев живут за пределами своей страны, в основном в ЮВА. 30-миллионная индийская диаспора разбросана ещё шире. Миллионы филиппинцев и индонезийцев трудятся в арабских странах, и не только там. В Таиланде насчитывается 5 миллионов гастарбайтеров из сопредельных стран. Старение населения в Китае, России, Южной Корее, Японии и Таиланде неизбежно вызовет (и уже вызывает) приток всё новых миллионов мигрантов из стран с избытком молодёжи (Индия, Пакистан, Индонезия, Филиппины). Миграция и смешанные браки - неотъемлемые черты азиатских мировых городов, таких, как Дубаи, Гонгконг и Сингапур.
Новая азиатская идентичность куётся в школах и университетах континента. Молодые люди пересекают границы, чтобы учиться в Китае, Индии, Южной Корее и Японии. Растут внутриазиатские турпотоки. Азии есть чем гордиться и в смысле современной культуры достижений, начиная с боевых искусств и заканчивая кухней, модой и кино. Времена выбеливания лиц на европейский манер проходят. В моду входит своя, коричневая кожа.
В эпилоге автор говорит, что хотя глобализация создала глобальное общество, моральный компас был унаследован от небольшой группы WEIRD (white educated industrial rich democracies) - белых образованных индустриальных богатых демократий. Азиатское большинство мыслит по своему. Оно не проводит чёткого различия между субьектом и окружением, то есть как бы между собой и другими. Западу суждено погрузиться в азиатское мировоззрение в поисках синтеза в таких материях, как международное право и научная этика. Подвижки к сближению уже есть. Пусть сегодня одни предпочитают "глобальный порядок, базирующий на правилах", а другие - "общество совместной судьбы". Завтра все мы поймём, что то и другое - две стороны одной монеты.
------
Алилуйя. Бравурно звучат эпитеты автора. Весомы его доводы. Позабавила риторика в пользу авторитарных технократов. При всех достоинствах авторитарных режимов главным недостатком остаётся их несменяемость. То есть всё упирается в воспитанность вождя-технократа. Если тот окажется таки тираном - тады ой. Придётся ждать, пока не умрёт. Но и демократия может выродиться в фарс. Одно ясно: форма правления зависит от развития общества. Это показали неудавшиеся попытки Запада экспорта демократии в странах своей сферы влияния. Даже там, где получилось, оно получилось с местной спецификой.
Остаются и сомнения насчёт дальнейшего подъёма Азии. Тревожит рост ксенофобии и радикализма, перекидывающихся от страны к стране. Благостные картины роста благосостояния жителей Азии базируются на многолетнем мирном сосуществовании и глобализации. Проверки прочности азиатская суперцивилизация, однако, ещё не прошла. Вражда и ксенофобия не канули в прошлое. Мы знаем, что любой позитивный сценарий может быть испорчен, случись военное противостояние. В этом случае развитие стран и целых регионов оказывается заторможенным на долгие десятиления.
Глобализация обращается. Проводятся новые границы, сколачиваются новые блоки. Оружия накоплено достаточно для ссоры, доброй или не очень. Экология и перенаселения ставит страны перед новыми вызовами. Как с ними справятся азиаты - мы пока не знаем. Но когда-нибудь увидим.
