ПИСС значит Писатель, Издающийся на Собственный Счет. «Мануций» — одна из тех фабрик славы, которые в англоязычных странах называют «vanity press.». Прекрасный товарооборот, никаких накладных расходов. Штат: Гарамон, госпожа Грация, бухгалтер в чуланчике в конце коридора с табличкой «замдиректора по хозяйственной части», пенсионер-инвалид Лучано на должности экспедитора, распоряжающийся обширным складом в полуподвальном этаже.

...

Система «Мануция» отличалась простотой. Немногочисленные рекламные объявления в провинциальных газетах, в специальных журналах, в городских литературных альманахах, в периодических изданиях, которым не суждено прожить больше трех выпусков. Объявления скромного формата, с фотографией автора и подписью «высочайший голос нашей поэзии» или «новая захватывающая повесть автора романа „Флориана и ее сестры“».

— Таким образом расставляются силки, — продолжал Бельбо, — и ПИССы падают в них гроздьями, если, конечно, грозди могут попадать в силки, но так как неопрятная метафорика характерна для авторского коллектива «Мануция», она отчасти передалась и мне, так что прошу простить.

— Ну и?

— Ну и возьмем к примеру Де Губернатиса. Через месяц, дав пенсионеру хорошо повариться в собственном соку, поступит звонок от Гарамона с приглашением на ужин, где будут и другие авторы. Вечер состоится в арабском ресторане, для своих, без вывески; надо прямо звонить и говорить в домофон свою фамилию. Шикарная обстановка, рассеянный свет, экзотические мелодии. Гарамон здоровается за руку с метрдотелем, обращается на ты к официантам и возвращает в погреб бутылки, потому что год разлива его не устраивает, или же говорит: извини меня, дорогой, но разве это кускус, как готовят в Марракеше? Де Губернатиса знакомят с комиссаром Таблетти, все наземные службы аэропорта под его контролем, но главное в нем — что он изобретатель, апостол нового языка Косморанто, это язык мира во всем мире и сейчас он стоит на повестке дня в ЮНЕСКО. Потом — профессор Пилюлли, настоящая крепкая проза, лауреат премии Петруцеллис делла Кукуцца 1980-го года, светило медицинской науки. Сколько лет у вас преподавательского стажа, профессор? В те времена студенты действительно учились. А вот и наша утонченная поэтесса, Теодолинда Клистери-Клизмони. Та самая, которой принадлежат «Целомудренные касания», вы, конечно, читали.

Я приступила к ней прошлым летом, когда казалось, что мое писательское невезение приобрело космические масштабы. Одни рукописи не брали в издательства (теперь я, конечно, понимаю, почему - они были первыми, очень слабыми), от других спустя какое-то время отказывались (тоже понимаю, из-за чего). В конкурсах, конечно, я проигрывала. И это тоже могу понять. Глупо пробовать свои силы новичку там, куда подаются настоящие мастера!

Но в прошлом году я этого всего не понимала и очень переживала, думая, что дело не в текстах, а... в невезении! Вот так и родился на страницах моих блокнотов мальчик по имени Космос - такой же космически невезучий, как я

Рукопись вошла в желтую папку конкурса "Короткий список, или Саламандра" в прошлом сезоне. Для меня это и первый подростковый текст, и первая история, которую я писала, как пишется, по вдохновению. Не подбирая часами слова, не думая, насколько вообще правильно то, что получается. Наверное, поэтому история вышла жанрово гибридной, в каком-то смысле даже неправильной, ведь здесь нет антагониста. А есть герои, которые просто живут жизнь, ищут в ней свое место и обретают семью.

Я их очень люблю. И Мечтаю познакомить с ними подростков.
"Отель Бледный лис", издательство "Книгусь", 6+, книга для детей 10-14 лет и взрослых, которые хотят вспомнить, каково это - быть подростком