UPD:
📚 Порядок чтения цикла «Мир Полудня»
1. «Полдень, XXII век» (1962)
Это своеобразное введение и фундамент всей вселенной. Книга представляет собой сборник новелл, связанных общим миром и идеями.
2. «Попытка к бегству» (1962)
Первое произведение, в котором пересекаются Прошлое, Настоящее и Будущее.
3. «Далёкая Радуга» (1963)
Повесть о «проблеме нравственного выбора». Действие происходит в течение одних суток на планете Радуга, где ученые проводят эксперименты по нуль-транспортировке.
4. «Трудно быть богом» (1964)
Одно из самых известных произведений цикла. Действие разворачивается на планете, чья цивилизация соответствует земному средневековью.
5. «Беспокойство» (1965, опубл. 1990—1991)
Это изначальный вариант повести «Улитка на склоне». Включение этого текста в список позволяет увидеть творческую лабораторию авторов и альтернативный взгляд на историю.
6. «Обитаемый остров» (1969)
Первая книга трилогии о молодом Максиме Каммерере.
7. «Малыш» (1971)
Повесть рассматривает педагогическую и этическую проблему контакта. Экспедиция с Земли прилетает на планету Ковчег, чтобы подготовить её для приема переселенцев с умирающей планеты Панта.
8. «Парень из преисподней» (1974)
История рассказана от лица юного курсанта Гага с планеты Гиганда, где идет бесконечная и жестокая война.
9. «Жук в муравейнике» (1979—1980)
Вторая книга трилогии о Максиме Каммерере. Спустя 20 лет после событий на Саракше, Каммерер работает в КОМКОНе-2 — организации, отвечающей за безопасность человечества.
10. «Волны гасят ветер» (1985—1986)
Заключительная повесть цикла и трилогии о Максиме Каммерере. Написанная в форме дневника-воспоминаний 89-летнего Каммерера, она рассказывает о расследовании цепи необъяснимых событий, связанных с таинственными Странниками.
💡 Важное дополнение
Далее идёт вольный пересказ с некоторыми допущениями, а также авторский (субъективный) взгляд на странников.
XXII век нашей эры. Войн больше нет. Голода и нищеты тоже. Люди строят звездолёты, лечат любые болезни, отправляют исследователей в далёкие галактики и искренне верят, что человек — это звучит гордо. Полдень человечества. Светлый, умный, справедливый мир.
И вот посреди этого праздника разума люди начинают находить в космосе чужие вещи.
То мёртвый искусственный спутник на орбите далёкой планеты. То заброшенный завод, который продолжает работать в пустоте по непонятной логике. То идеально гладкое шоссе на планете Радуга, по которому катится неуязвимая лавина побочного выброса чей-то чужой науки. То тринадцать каменных саркофагов, спрятанных на безымянной планете, внутри которых лежат человеческие младенцы.
Хозяев этих вещей никто никогда не видел. У них нет ни портрета, ни языка, ни дипломатов, ни одного пойманного радиосигнала. Люди назвали их Странниками.
И чем дольше человечество пыталось их догнать, тем отчётливее понимало одну очень неуютную вещь: мы в этой Вселенной не хозяева. Мы дети, которые играют на обочине чужой дороги.
Почему величайшую расу фантастики никто не видел в лицо
Обычно в фантастике сверхцивилизацию рано или поздно показывают. У неё оказываются либо щупальца, либо светящиеся сферы вместо тел, либо мудрые старцы в белых одеждах. С ней можно вступить в бой или хотя бы поговорить.
Стругацкие сделали гениальный ход: за тридцать лет существования цикла о Мире Полудня они ни разу не вывели Странника в кадр.
Ни одного описания внешности. Ни одного корабля, пойманного на прицел. Только следы.
Впервые само слово мелькает в ранних книгах почти как космогоническая байка, мол, есть где-то следы древней негуманоидной расы, которая прошла через эти сектора космоса миллионы лет назад и ушла дальше. В «Попытке к бегству» герои натыкаются на планете Саула на гигантские вечные машины, которые тысячелетиями гонят колонны техники из одного кратера в другой. Машины оставили Странники, а местные феодалы приспособили их под концлагеря.
Странники здесь как античные боги, которые построили акведуки и ушли, а варвары потом жгут под этими арками костры.
Но чем дальше развивался цикл Стругацких, тем страшнее менялась хронология. Вдруг выяснилось, что следы совсем не древние. Странники никуда не уходили и не вымирали. Они здесь. Прямо сейчас. Просто человек для них настолько мал, что даже не замечает, когда проходит сквозь их присутствие.
Дело «Подкидышей»: саркофаги, которые напугали Землю
Поворотной точкой стал роман «Жук в муравейнике». Именно там тайна Странников перестала быть археологией и превратилась в вопрос выживания человечества. Вольная экранизация романа сейчас выходит на стриминговых сервисас.
Но я советую прочитать книгу, ибо сериал гонит лошадей и тот, кто не в курсе происходящего в этой вселенной может затеряться в переплетениях сюжетных линий.
На планете Безымянной находят подземный бункер явно дело рук Странников. Внутри стоят тринадцать саркофагов-инкубаторов. В саркофагах лежат человеческие эмбрионы. Самые обычные на вид дети, выращенные из земного генетического материала, но с одной странной особенностью: у каждого на запястье есть родимое пятно в виде маленькой буквы или значка, а в черепе спрятаны загадочные структуры — «детонаторы», назначение которых земная медицина понять не может.
Земля оказывается перед моральной развилкой, от которой трещит по швам вся гуманистическая этика Полудня.
Кто эти дети? Подарок? Разведчики? Спящие агенты с заложенной в подсознание программой, которая включится в час икс? Или мыши, которым вживили датчик и выпустили обратно в муравейник?
Рудольф Сикорски, глава КОМКОНа-2, человек, отвечающий за безопасность Земли, десятки лет живёт с этим кошмаром. Он следит за «подкидышами», которых вырастили в секретном интернате и выпустили в обычную жизнь. Самый способный из них — Лев Абалкин. И когда Абалкин, узнав правду о своём происхождении, возвращается на Землю и тянется к своим «детонаторам» в музее, Сикорски стреляет в него без предупреждения.
Стреляет не потому, что доказал вину Абалкина. А потому, что цена ошибки — вся человеческая цивилизация.
И самое жуткое в финале «Жука в муравейнике» то, что Стругацкие не дают ответа. Был ли Абалкин автоматом Странников, который шёл выполнять заложенную программу? Или он был просто несчастным, затравленным человеком, которого убили из страха перед неведомым?
Мы не знаем. Зато мы видим, что Странникам даже не пришлось появляться на орбите Земли, чтобы сломать её главный закон, а именно веру в то, что человек человеку никогда не станет волком. Одного намёка на их вмешательство хватило, чтобы лучший из землян нажал на курок.
Операция «Ковчег» и планета, которую аккуратно прибрали
В повести «Малыш» (и перекликающемся с ней «Парень из преисподней») почерк Странников виден с другой стороны.
Земляне готовят грандиозный проект спасения аборигенов планеты Панта — их солнце скоро вспыхнет, и всю биосферу нужно переселить на другую планету, Ковчег. Ради этого на Ковчеге высаживается группа землян, чтобы подготовить плацдарм. И тут они находят человеческого ребёнка, выжившего после крушения корабля родителей. Ребёнка воспитала негуманоидная цивилизация планеты — таинственные «аборигены Ковчега» или внешняя сила, стоящая за куполами. Мальчик двигается не по-человечески, мыслит в иных измерениях и может воспроизводить голоса умерших людей как магнитофон.
А в финале выясняется деталь, от которой у земных прогрессоров опускаются руки, спасать пантян уже не нужно. Пока земляне строили планы, кто-то неведомый тихо, без шума и пыли, уже решил проблему их звезды или перевёз их сам.
Вот как действуют Странники у Стругацких. Люди сами годами работают «прогрессорами» на отсталых феодальных планетах вроде Арканара или Гиганды: внедряются под видом донов, страдают, пьют горькую, машут мечами, пытаются незаметно подтолкнуть историю вперёд.
А потом поднимают голову и понимают: над самими землянами точно так же стоят прогрессоры следующего уровня. Только мы не видим ни их плащей, ни их лиц.
Главный удар в «Волны гасят ветер»: где на самом деле прятались Странники
Когда читатели тридцать лет гадали, откуда же прилетели Странники и когда состоится контакт, Стругацкие выпустили последнюю книгу цикла — «Волны гасят ветер». И перевернули шахматную доску.
Максим Каммерер и Тойво Глумов расследуют цепь странных, на первый взгляд не связанных происшествий по всей Земле и периферии. То в глухой деревне появляются фантомы, от которых часть жителей впадает в ужас, а часть испытывает странную эйфорию. То люди без видимой причины бросают семьи и уходят в неизвестность.
Глумов и Каммерер уверены: это наконец началось открытое вмешательство Странников. Чужая раса проводит над человечеством какой-то глобальный отбор.
Разгадка оказывается намного страшнее и одновременно величественнее любого инопланетного вторжения.
На каждого стотысячного человека в популяции есть скрытая эволюционная особенность — так называемая «третья импульсная система» в мозге. Если её инициировать, человек проходит метаморфозу. Он перестаёт болеть, перестаёт стареть в привычном смысле, обретает способность перемещаться в пространстве, жить в открытом космосе без скафандра и мыслить категориями, которые для обычного человека недоступны.
Плата за это одна: после превращения у него отмирает привязанность к близким, к дому, к человеческим страстям. Он уходит в космос навсегда. Таких существ называют люденами.
И вот тут в книге звучит мысль, которая соединяет весь цикл Мира Полудня в одну точку:
А что, если никаких инопланетных Странников никогда не было? Или, точнее, что, если Странники — это и есть мы сами? Те люди и выходцы из других разумных рас Вселенной, которые когда-то перешагнули этот эволюционный порог и ушли вперёд?
Подумайте, как изящно это закрывает все парадоксы.
Почему мы никогда не видели их кораблей и лиц? Потому что людену не нужен звездолёт с дюзами, и выглядит он почти как человек, пока не уйдёт совсем.
Почему саркофаги с тринадцатью подкидышами содержали человеческих детей? Потому что людены пытались заранее подготовить мостик между собой и обычным человечеством, вырастить посредников, которые смогли бы выдержать правду о Великом Откровении и не сойти с ума.
Такая вот своеобразная интерпретация вознесения.
Почему Странники не завоёвывают нас и не выходят на торжественный контакт на площади ООН?
Потому же, почему взрослый учёный не заключает дипломатический договор с самим собой пятилетним в песочнице. Он может незаметно убрать с края песочницы острый осколок стекла. Может оставить странную игрушку, чтобы проверить, дорастёт ли малыш до её смысла. Но разговаривать им пока не о чем.
Почему мы так боимся тех, кто умнее нас
Вся история Странников у Стругацких бьёт по самой больной точке человеческого самолюбия.
Мы легко принимаем фантастику, в которой пришельцы хотят нас съесть, поработить или выкачать нашу воду. Это понятно. Это война, а на войне человек знает, что делать: строить пушки, проявлять героизм, умирать за планету. Даже проиграть в такой войне не стыдно.
Стругацкие придумали единственное, чего человеческое эго вынести не может: полное, доброжелательное равнодушие старшего к младшему.
Когда в финале «Волны гасят ветер» четыреста тысяч человек по всей Земле превращаются в люденов и за одну ночь просто исчезают, не оставив ни угроз, ни прощальных писем, человечество остаётся в звенящей тишине. Они никого не убили. Они ничего не разрушили. Они просто выросли из колыбели и ушли заниматься делами, смысла которых мы не поймём ещё тысячу лет.
Спасибо за внимание и помощь каналу!