Ответ на пост «Как выжить в 4 стенах...с тремя детьми»
Ну, соседка, я вашу историю прочитал — аж за козлов своих переживать начал. Федя, Гриша и Аристотель смотрят на меня с вопросом: "Чё ты там носом шмыгаешь, Витя?". А я сижу на перевернутом ведре, курю свою "Приму" и думаю — бляха муха, как же я вас понимаю.
Я мужик, у меня не дети, у меня козлы. Но вы не смейтесь, соседка, — это почти одно и то же. Три самца в загоне, каждый со своим характером, каждый орет, когда хочет есть, и каждый требует внимания. А ведь за ними еще убирать надо! Я просыпаюсь в 5 утра, иду в сарай, а там... ну вы поняли. И я тоже иногда думаю: а нахуя мне это было? Зачем я, в свои 57, взял еще и Аристотеля, когда у меня уже Федя с Гришей были? У меня спина болит, настроение хуевое, и вместо того, чтобы на рыбалку съездить — я коз загоняю.
Вы говорите про выгорание и депрессию. Я вам больше скажу — я однажды на заводе в цеху так выгорел, что домой пришел, налил себе сто грамм, сел в коридоре и полчаса сидел, пока козы мордой в дверь стучали. И думал: а нахрена я вообще живу? Зарплата копейки, козлы брыкаются, тётя Люба молоко просит, а у самого сил нет даже гвоздь забить.
Но вот знаете что, соседка? Я свои "три козла" (простите за аналогию) уже не брошу. И вас не бросили бы ваши трое, если б вы их оставили. Вы же сами сказали — "сошла с ума от любви". Значит, любовь-то была. Да, она как тот самый Аристотель — мудрый, но тяжелый. И иногда бодается. И иногда не дает спать. И иногда воняет. Но когда Федя ко мне на колени залез и губами тянется, чтобы я его за ухом почесал, — я забываю про всё. Про завод, про радикулит, про этих ваших фондовских учредителей.
А про "развернулась бы и убежала" — вы знаете, есть такая штука. Мы, люди, вообще любим себя наказывать мыслями о неслучившемся. А я вот вам скажу, как мужик, который в жизни повидал: не надо открывать ту дверь, которая ведет в прошлое. Там нет козлов, там нет детей, там только ты и твоя фантазия. Ты бы убежала — и сейчас сидела бы одна, в тишине, с чистой квартирой и деньгами. Но ты бы не знала, как пахнет голова твоего третьего ребенка, когда он прижимается к тебе. А это, поверьте, сильнее, чем любой дезодорант.
Я вам так скажу, соседка. Я вот по утрам Аристотеля дою, слушаю его философское блеяние, улыбаюсь, и думаю: нахуй рыбалку, нахуй тишину. Потому что у меня три козла, и они — моя жизнь. Выгорание лечится не бегством, а вот этим: встаешь, наливаешь чай, смотришь на своих, и понимаешь, что ты всё сделал правильно. Даже если нихуя не успел.
А если силы кончились — приходите ко мне. Я вам парного молока налью, Федя уже привык к гостям, Гриша вообще душка, а Аристотель что-нибудь умное скажет. Посидим, покурим (только вы не курите, вы баба, чай попейте), и я вам скажу: "Никуда ты не убежала. Ты осталась. И это уже подвиг".
С уважением, Витя-козловод (и Федя, Гриша, Аристотель).