Работал он нач участка 60-60. И вот через год такой идиллии, приехав домой, он обнаружил, что документы на развод уже поданы - замки на квартире поменяны, с машиной его рядом не стояло и, вообще, "моряк, ты слишком долго плавал!"

Помню, подломало его тогда знатно. Но как-то выбрался. Хотя лет 10 жизни у него ситуация съела.

История вторая, поученная:

Уже через годы, после вышеописанных, я, зная о таких поворотах судьбы, решил, что нам с моей любовью надо улучшать жилищные условия. Ее старший сын уже почти взрослый остолоп, а общая наша дочь - маленькая. Надо брать квартиру, где у детей будут разные комнаты, да и кухню хотелось не хрущевскую, а такую на которой развернуться можно.

Штош, продаю свою старую квартиру, начинаю искать варианты. Но уж больно моя благоверная начала склонять меня к походу на четыре буквы, чтоб там проштамповаться...

"Хмммм", думаю я...

"Хммм!", вторит мне жопа.

Говорю ей, что давай с квартирой разберемся, потом и про ЗАГС подумаем, "нормально же общались!.." Ну и под пригожинские "цирковые" выступления, подгоревшим очком бегу покупать квартиру... И купив, и оформив - обнаруживаю, что разговоры про формальную регистрацию отпали, совсем!

Дальше еще с год протянули, а потом - "я тебя не люблю", ее походы по кабакам, ну и разлёт.

Мораль нужна?..

Но Полине квартира казалась мала, и в конце 2021 года Полина и Александр нашли подходящий вариант с покупкой двухкомнатной квартиры. Александр продал свою квартиру в ноябре 2021 года за 8,5 млн рублей, а в феврале 2022 года купил новую за 10,5 млн рублей, из которых 8 млн оплатил своими деньгами, а 2,5 млн взял в кредит.

В процессе переезда в новую квартиру между Александром и Полиной произошла ссора, и они расстались. В том же году Александр подал на развод и получил решение.

И вот спустя 3,5 года Полина подала иск о признании квартиры совместно нажитым имуществом. При этом так совпало, что иск был подан за несколько дней до отъезда Александра в командировку на 6 месяцев.

В итоге Александр пришёл ко мне за несколько дней до основного судебного заседания — о предварительном судебном заседании он даже не знал.

Наспех подготовившись, я пришёл в судебное заседание, заявил встречный иск о признании квартиры личным имуществом. В доказательство принёс договоры купли‑продажи квартир, сведения о движении денежных средств по счёту, где видно, что в ноябре поступили деньги от продажи квартиры, лежали на счёте нетронутыми до февраля, а за день до покупки новой квартиры со счёта сняли 8 млн рублей.

Тут стоит сказать, что новую квартиру покупали с использованием банковской ячейки (не делайте так, только безналичный расчёт), и это было слабым местом для доказывания нашей позиции.

Естественно, Полина со своей адвокатессой (очень противная тётенька, адвокатом её назвать язык не поворачивается) сразу же стали кричать, что это ничего не доказывает: Полина этих денег не видела, потрачены были совместные, а эти он просто снял, и куда дел — неизвестно.

Судья, уже несколько настроенная против моего доверителя рассказами Полины про «бил, пил, курил, цветы не дарил, по бабам шлялся», задала, справедливости ради, резонный вопрос: как мы можем доказать, что деньги, снятые со счёта, попали в банковскую ячейку, а не в иное место?

Я сказал, что действительно этого доказать мы не можем, но процесс‑то у нас состязательный: и не только мы должны доказывать свою позицию, но и противная сторона имеет такую обязанность. Если 8 млн рублей были скоплены за счёт совместных денежных средств, то должны быть доказательства наличия этих средств на счетах. А если их копили «под подушкой», то нужно доказать хотя бы возможность накопления этой суммы за период с 2018 по 2022 год.

По справкам о доходах Александра получалось, что за 4 года он заработал 4,5 млн рублей. Предположим, что все эти деньги откладывались на покупку квартиры, — значит, Полине нужно доказать наличие ещё 3,5 млн рублей общего дохода.

После этого судья пришла в себя и спросила Полину про её доходы. На что Полина промямлила, что большая часть её доходов неофициальна, а адвокатесса пообещала к следующему судебному заседанию предоставить доказательства этой возможности.

На следующее судебное заседание Полина предоставила справки о доходах с четырёх разных мест работы, на каждом из которых она не задерживалась больше трёх месяцев, — в общей сумме на 300 000 рублей.

Я же предоставил доказательства крупных трат (отпуск, поездки, техника, одежда) на общую сумму около 2 млн рублей.

Суд посчитал, что версия Полины о покупке квартиры на скопленные совместные средства не подтверждается материалами дела.

Нашу же версию суд посчитал доказанной, в итоге в исковых требованиях Полины отказал, а наши удовлетворил, признав квартиру личным имуществом Александра.