Как это всегда бывает 22 июня в сети разворачивается серьёзная антисоветская пропаганда. В комментарии к постам на тематику Великой Отечественной войны (ВОВ) сбегается стая антисоветчиков и антисталинистов и поднимают вой по поводу стандартных тем.
Я же издаю книги на политическое-историческую тематику, поэтому на основе этих книг отвечу на кое-какие мифы о начале ВОВ. Вот некоторые примеры распространённых вбросов:
Дата, время начала войны в условиях, когда на границе развёрнуты отмобилизованные войска противника с тысячами танков и орудийных стволов, определяются просто — по расчётному времени для выдвижения на рубежи атаки ударных группировок. Это не проблема даже для свежеиспечённого лейтенанта.
Замначальника разведотдела штаба Прибалтийского особого военного округа Деревянко:
«Данные о времени начала боевых действий со стороны гитлеровской Германии, добываемые разведотделом, начали поступать в штаб округа, по крайней мере, в первых числах июня. В последнюю предвоенную неделю эти сведения поступали почти ежедневно, причём за 3–4 дня в них указывалось довольно точно не только о дне, но и о вероятном часе начала боевых действий».
2) Не привели войска в боевую готовность, проспали начало войны
Стержень мифа — директива № 1, якобы не успевшая прийти в войска (эту версию, кстати, сочинял сам маршал победы Г. К. Жуков). Но никакая армия не приводится в боеготовность к часу «Х» по щелчку пальцев Наркома обороны после подписания какой-то директивы. Растащить самолёты по аэродрому и их замаскировать — нужно одно время, стрелковую дивизию отвести на несколько километров и посадить в окопы — другое, механизированный корпус вывести из парков и выдвинуть к границе — третье. Отсюда и такой разнобой в сроках получения шифровок о приведении частей в боеготовность. Всё это свидетельствует только об одном: армия последнюю неделю жила приготовлением к ожидаемой войне, её части приводились в готовность с таким расчётом, чтобы по тревоге вступить в бой, как только война начнётся.
И. Х. Баграмян указывает:
«По распоряжению Генерального штаба 21 июня… штаб Киевского Особого военного округа выступил из Киева в г. ТАРНОПОЛЬ, на восточной окраине которого был заблаговременно подготовлен КП фронта. Штаб закончил выход на КП в ночь с 21 на 22 июня и, к началу боевых действий, был полностью развёрнут».
То есть пока Жуков с Тимошенко только уговаривают Сталина подписать Директиву № 1, «киевляне» уже начинают переезжать на заблаговременно подготовленный КП фронта, наконец, в 00 часов 30 минут Директива передана в Округа, а из ТАРНОПОЛЯ ответ: «Ку-ку, а мы уже на КП фронта! Раньше, чем вы в Генштабе со Сталиным вместе догадались, что войну оттянуть нельзя». Так же Баграмян передаёт привет всем поклонникам Кузнецова, приведшего флот в боеготовность вопреки высшему руководству.
Далее, вечером 21 июня в кабинете Сталина собрались: будущие члены ГКО, нарком обороны и нарком ВМФ, а также некий И. А. Сафонов — начальник мобилизационно-планового отдела Комитета обороны при СНК СССР. Зачем начальника мобилизационно-планового отдела позвали? Так войны не ждали, что даже мобилизацию намеревались начать проводить? Конечно, ни для чего другого товарищ Сафонов на том совещании и не был нужен, кроме как для получения задачи на подготовку документов о мобилизации.
3) РККА перед войной обезглавили, репрессировали цвет военной мысли.
а) Со времён Хрущёва расстрелянных военных заговорщиков (бездарных к тому же) стали называть невинно репрессированными (немецких и японских шпионов). Сталин:
«Он… (Тухачевский — прим. ред.) оперативный план — наше святая-святых, передал немецкому рейхсверу…».
б) Действительно, РККА развёртывалась в 5-миллионную из 800-тысячной, поэтому не соблюдались никакие сроки по выслуге лет. Но вермахт развёртывался со 100 тыс. до 8 млн., да и с учётом того, что офицерских училищ там было меньше, чем в СССР. В 1938 году кандидатами в офицеры (курсанты) в вермахте стали 2 тысячи человек! В СССР, как докладывал Ворошилов на XVIII съезде, — больше 20 тыс. Поэтому в вермахте в танковом взводе был только один офицер, в РККА каждым танком командовал офицер. Дефицита командных кадров в СССР как раз не было, а вот у Германии был в этом полный провал.
в) Действительно, в конце 30-х в РККА прошли чистки: избавлялись от профнепригодных, пьяниц и, конечно же, от заговорщиков и шпионов.
г) Ну и давайте процитирую кумиров всех этих антисоветчиков, Геббельса и Гитлера:
«Генштаб представляет мне книгу с биографическими данными и портретами советских генералов и маршалов. Из этой книги нетрудно почерпнуть различные сведения о том, какие ошибки мы совершили в прошедшие годы. Эти маршалы и генералы в среднем исключительно молоды, почти никто из них не старше 50 лет. Они имеют богатый опыт революционно-политической деятельности, являются убеждёнными большевиками, чрезвычайно энергичными людьми, а на их лицах можно прочесть, что они имеют хорошую народ-ную закваску. В своём большинстве это дети рабочих, сапожников, мелких крестьян и т. д. Короче говоря, я вынужден сделать неприятный вывод о том, что военные руководители Советского Союза являются выходцами из более хороших народных слоёв, чем наши собственные.
…Фюрер полностью разделяет моё мнение. Наш генералитет слишком стар, изжил себя и абсолютно чужд национал-социалистическому, идейному достоянию. Значительная часть наших генералов даже не желает победы национал-социализма. В отличие от них советские генералы не только фана-тично верят в большевизм, но и не менее фанатично борются за его победу, что, конечно, говорит о колоссальном превосходстве советского генералитета»
4) СССР был не готов к войне, нападение проспали, посмотрите — даже товарные эшелоны шли утром 22 июня в Германию.
Объясняется это просто: нельзя было дать повода Гитлеру выставить СССР агрессором. Если начать проводить мобилизацию, прекратить поставки по торговым договорам, стянуть войска к границе и т. д., то Гитлер бы объявил на весь мир, что СССР готовится на него напасть, поэтому мы справедливо защищаемся. Тогда Германия не получила бы ярлык «вероломного агрессора», США и Англия как минимум объявили бы нейтралитет, а как максимум — вошли бы в антисоветскую коалицию. Это обернулось бы для СССР серьёзными дипломатическими, военными и людскими потерями. Стянуть же основную массу войск к границе для решительного отпора врагу — это подставиться под блицкриг.
5) Отступление РККА 1941-го — это не результат ошибок? Неужто планировалось отступать до самой Москвы?
В военной доктрине СССР (в основе которой лежит статья Фрунзе "Военная доктрина Красной Армии") чётко прописано, что
«...размеры наших территорий, возможность отступить на значительное расстояние, не лишаясь способности к продолжению борьбы и прочее, представляют благоприятную почву для организации манёвров стратегического характера, т. е. вне поля боя».
«Второе средство борьбы с техническими преимуществами армии противника мы видим в подготовке ведения партизанской войны на территориях возможных театров военных действий».
Всё это и было применено. А до куда придётся отступать — будет ясно в результате войны. Можайскую линию обороны начали создавать спустя месяц после начала войны. Конечно, не струсил бы Д. Павлов, то не факт, что немцы дошли бы до Москвы, но война — это событие со многими неизвестными. То, что Павлов именно струсил... Вот прямо из приговора:
«…обвиняемые Павлов, Климовских, Григорьев и Коробков вследствие своей трусости, бездействия и паникёрства нанесли серьёзный ущерб Рабоче-Крестьянской Красной Армии, создали возможность прорыва фронта про-тивником на одном из главных направлений и тем самым совершили преступления, предусмотренные статьями 193-176 и 193-206 УК РСФСР...»
Также нужно понимать: Франция пала под ударом только одной танковой группы, по СССР же ударили 4 (четыре!) танковые группы. Удар такой чудовищной силы можно сдержать только активной обороной (отступая и контратакуя). И как результат: за четыре месяца войны РККА уполовинила вермахт, как заявлял Сталин 7 ноября 1941-го.
Для кого 1941-й стал катастрофой, можно судить по итогам: план «Барбаросса» полностью провален, ни один пункт не достигнут. Блицкриг сорван, так как основных войск РККА на границе не оказалось, окружены только слабые войска прикрытия. Вермахт уполовинен, потери 2,5 к 1 в пользу РККА (со слов Сталина от 06.11.1941; вот сейчас вой-то начнётся). Танковые группы сильно потрёпаны: после побоища 1941-го уже никогда в танковых дивизиях вермахта не будет два танковых полка, только один. Люфтваффе понесло такие потери, что на битву под Москвой смогли выделить только 600 самолётов против 1200 советских. Вылетел в отставку почти весь цвет германской военной мысли, создавший и командовавший «идеальной машиной блицкрига».
Здесь я привёл лишь некоторые антисоветские и антисталинские тезисы про ВОВ, но в книгах моего издания «Клевета на Красную Армию (историография 1941 года)» и «Жаркое лето 1942-го. Шах и мат Фон Боку от Тимошенко» есть много чего ещё интересного.
