Я иду к морю.
Справа — палатка с надписью «ШАУРМА 24».
Слева — мужчина в кепке предлагает сфотографироваться с енотом.
Енот на вид — пережил войну, эмиграцию и две смены хозяев.
Он смотрит на меня как на шанс на побег.
Я отворачиваюсь.

Море — тёплое, мутное, раздражённое.
Оно не принимает тебя.
Оно терпит, как тётя, которой тебя оставили на выходные.

На пляже мужчина орёт в телефон:
— Да всё нормально, Лена! Я отдыхаю!
Его тапки лежат у меня под боком.

В обед я пытаюсь найти кафе.
Захожу в одно — кондиционер не работает, зато работает телевизор.
На экране — сериал. На кухне — жар.
Меню начинается с пиццы и заканчивается пиццей.
Пицца — с майонезом и философией.
Официантка говорит:
— У нас быстро.
Я говорю:
— Я не тороплюсь.
Она смотрит так, будто это неуважение к ритму Анапы.

Вечером я иду по набережной.
Люди кричат. Дети визжат. Музыка играет одновременно из пяти точек, и каждая — громче, чем предыдущая.
Пахнет:
• кукурузой,
• кальмарами,
• ностальгией по 2003-му и песней Numa Numa,
• лёгкой безнадёжностью с ароматами Верхоянска.

В воздухе витает мысль «А вот если бы не вторая форма, поехали бы в Шарм».

Я покупаю мороженое. Оно тает быстрее, чем вера в качественный отдых.
Подходит мужчина с надувным мячом:
— А вы одна?
Я говорю:
— Уже нет.
Он не понимает. И уходит.

Анапа — это не отпуск.
Это курс молодого бойца по отпуску в своей стране.
Ты должен быть готов ко всему:
жаре, очередям, песку в уши, отелю с видом на стройку и к тому, что всё, что ты запланировал — уже не важно.

Важно только:
• дойти до моря,
• не сгореть,
• не вступить в шашлык.

Аглая Миронова