Охота

GPS-ошейники, дроны с тепловизорами и скрытые камеры — северные егеря используют всё, чтобы защитить оленьи стада. Браконьеры уходят от погони по замёрзшим рекам, заметают следы, но их вычисляют по звуку выстрела и следам гусениц. В тундре нет полиции — есть только инспекторы, местные охотники и древние законы тайги. Как сохраняют дикую природу на Крайнем Севере.

Экипировка на 200 тысяч, ружья, которые передают по наследству 300 лет, и собаки, способные остановить медведя — а всё равно каждая ошибка в тундре может стать последней. "Хлопок — смертельный враг", "не берите складной нож", "унты должны быть на размер больше". Смотреть видео о том, чем северная охота отличается от обычной — и почему там нет права на слабость.

Юкагиры на лодках убивали по семь оленей в час, волка валили деревянным посохом, а медведя даже вслух не называли — только "лесной дедушка" или "чёрненький". Перед охотой окуривались багульником, чтобы перебить запах, а капкан на песца ставили так, что даже следы заметали. Как северные народы превратили выживание в искусство, где снегоходы соседствуют с древними табу, а собаки едят горячее — чтобы не терять силы

Хищник смотрит в глаза, рыба не берёт, а в тайге осталось совсем немного мест, где можно встретить настоящего зверя. Как осенняя Красноселькупская тайга встречает охотников суровой красотой, а человек идёт всё дальше на север — туда, где ещё слышен хруст медвежьей тропы

Поохотились — теперь можно и подкрепиться. Меняем ружьё на поварёшку. Охотник Константин Бабиков показывает, как сварить на костре настоящий утиный суп из добытой птицы

Оленеводы предсказывают пургу по тому, как телёнок зовёт маму, ориентируются в безориентирной тундре… на ощупь ногой по сугробам, а волка не называют вслух, потому что он — "гуляющий на улице" и "длиннохвостый" злой дух. Смотреть видео о том, как северные охотники читают следы, окуривают одежду багульником и стреляют "навскидку" — без оптики, но с вековой магией навыка.