Водолазы (не мое)
Албасты
Летом 2007 года, сдав ЕНТ, и поступив в универ - я нанялся батраком в фотосалон с загадочным названием Шапағат. В начале августа, когда я доделывал в пиратском фотошопе очередную тойға шакырушку - ко мне заглянул одноклассник, недавно вернувшийся из Чехии. С глазами по пять копеек, он поведал жуткую историю, которая приключилась с двумя его товарищами:
Два друга, один из которых занимался вольной борьбой(Вольник), а второй плаванием(Пловец) - отправились купаться на один из диких пляжей Капчагая. Рослые, крепкие пацаны - они, естественно, отплыли далеко от берега. И тут, Вольник заметил, что Пловец тонет. И как-то странно он начал тонуть - вынырнет, захватит воздуха - и будто кто-то опять его на дно затягивает. Вольник направился выручать товарища; занырнув поглубже, и открыв глаза - он увидел леденящую кровь картину: к ноге Пловца, липучкой была прикреплена веревка - за которую его на дно тянул водолаз!.. Вольник бросился лупить нарисовавшегося “водяного” - и Пловцу в этот момент удалось освободить ногу. Вдвоем, они попытались схватить нечисть - но шансов у них было мало; водолаз смог уйти от праведного гнева спортсменов.
Я был в ужасе от этой истории. Оказалось, что фишка в следующем - водолаз топит человека, припрятывает трупик в каком-нибудь “своём” месте; а затем, когда убитые горем родственники - предлагают любые деньги за тело утопленника - вуаля!.. Наш водный маньяк спасает положение, возвращая вожделенный труп. Мой коллега, умудренный жизнью уйгур, чье становление произошло в 90-х - подтвердил историю одноклассника, сказав, что раньше такой бизнес был на потоке. Я, содрогнувшись, вспомнил те детские, летние дни в Караганде, когда каждые сутки приходило известие о том, что кто-то да утонул в разрезе. А потом, бравые водолазы - находили труп, и спасали родственников - от захоронения пустого гроба…
Через много лет, я читал страшный, метафизический роман Юрия Мамлеева “Шатуны”, написанный в 1966 году. Первая работа главного героя романа - была именно таким водолазом, топящим людей, и наживающимся на горе их близких. Это была одна из немногих книг, которую я поминутно откладывал в сторону - охуевая от хтони и ужаса пространства, в котором я имею честь жить.
