hotReader

#238035036

#210685865

Как-то утром вышел на двор, а тут кот похожий на льва. Меня это немного расмешило

В академическом институте, где я работал патентоведом, кроме академиков были и вполне себе простые рабочие. С одним из них, столяром дядей Колей по прозвищу Танкист, я как-то сидел за одним столиком во время обеда в нашей институтской столовой. На дворе был горбачевский полусухой закон и разговор шел понятно о чем.

- Академик Баранов, - рассказывал дядя Коля, - новую мебель купил, попросил меня собрать. Я собрал. Хозяин расплатился как положено, а потом спрашивает: "Николай Сидорович, Вам что налить? Французский коньяк, шведскую водку «Абсолют», или спирт?". Я думал, думал, а потом говорю: - Эх, наливайте спирт!

Меня выбор дяди Коли, честно говоря, озадачил. Спирта в институте было много. Столяром дядя Коля был хорошим и ему, конечно, перепадало. А вот французский коньяк и «Абсолют» были нектаром и амброзией, напитками богов. Обыкновенные люди вроде меня и дяди Коли их никогда даже не нюхали. Будь я на месте дяди Коли, на спирте бы я не остановился точно.

Пока я думал удобно ли спросить дядю Колю о мотивах его выбора, он доел, вежливо попрощался и удалился. А я поплелся в свой кабинет. Там меня уже ожидал Валентин Моисеевич, доктор наук, профессор. Он зашел посмотреть результаты информационного поиска по своей заявке. Когда с поиском было закончено, разговор перешел понятно на что. Я пересказал свою беседу с дядей Колей. Поделился своими сомнениями. Валентин Моисеевич даже не улыбнулся. Он поправил и без того аккуратные усы и сказал менторским тоном:

- Молодой человек, это элементарно. Гегемон мыслит градусами. Коньяк и водка – 40 градусов, спирт – 96. Вот и все! – потом подумал и добавил, - А Баранов такой гусь, что во второй раз не нальет!

Летом далекого 197... года в здании проектного института небольшого провинциального города N проводился капитальный ремонт с заменой системы отопления, водоснабжения и канализации. При этом работа института не останавливалась – пока работы велись в одном крыле здания, все сотрудники уплотнились в противоположном. Соответственно как вынужденная мера на заднем дворе был построен временный туалет типа «сортир» - деревянная будка с дверью, которая закрывалась изнутри на примитивный крючок.

В один из дней ведущий специалист, маленький, щуплый, по фамилии, пусть будет Гольштейн, неудачно попил молока и его организм потребовал уединения в вышеописанном строении. Зайдя в туалет, Гольштейн увидел, мягко говоря, не очень чистый пол, и чтобы не испачкать брючной ремень, вынул его, продел ремень через пряжку, одел на шею, а свободный конец ремня зацепил на дверной крючок. И спокойно присел в позе орла.

Молоко в этот день видимо пил не он один – к туалету решительным шагом направлялась одна из сотрудниц, женщина мощного телосложения. Будучи человеком деликатным, Гольштейн посчитал, что кричать банальное «Занято!» как-то стремно и наивно подумал, что человек снаружи потрогает дверь, увидит, что закрыто, и даст ему возможность спокойно завершить процесс.

Но видать женщине изрядно приспичило, и она одним мощным махом сорвала дверь с крючка, заодно стянув бедного Гольштейна с насиженного места. Увидев перед собой распластавшегося Гольштейна со спущенными штанами и ремнем на шее, женщина с диким воплем «Гольштейн в туалете повесился!» рванула обратно в здание…

К тому времени, когда из здания толпой повалил народ, Гольштейн успел одеть штаны. Ну а сотруднице пришлось срочно валить домой, так как воды в здании не было.

Пока вчера днем бродили по Ашану с дочкой 5-ти лет, то пару раз сталкивались с молодой семьей в одних и тех же отделах. Папа-мама весьма интеллигентного вида, и сынок лет 6-7. Пацаненок – это нечто что-то и с чем-то. Только при мне его вылавливали из корзины с мячами, снимали с самоката, вытаскивали из открытой витрины с всякими сладкими сырками. Мне так показалось, что именно с такого ребенка и пошли анекдоты про Вовочку.

И вот, волею судеб в кассу мы попали в одну. Они стоят перед нами. Народу мало, папа не спеша выкладывает покупки на ленту, мама их укладывает по пакетам, а этот шкет за спиной у папы в три укуса уничтожает приличного размера мороженое. Запихнув в себя последний кусище и проглотив его одним махом, он тычет зажатой в кулачке грязнючей оберткой папе в поясницу.

- Папа, я это уже съел. Ты же заплатишь?

А глазенки при этом повинные и честные-честные. Ну, в конце-то концов, он же не украл... Папа с мамой одновременно ставят руки-в-боки, и делают нравоучительное выражение лица. Сынуля, видя их настрой быстро-быстро и бочком-бочком проскакивает между ними со словами:

- Ну, все..., я ПОПИ&ОВАЛ..., - и уже за кассой, - мама, я буду у выхода вас ждать!

Уже смешно. Ан нет. Тут подала свой очень звонкий и высокий голосок моя дочурка. Одетая как "тургеневская барышня" в сарафанчик ромашками до пят, в соломенной шляпке, на носике солнцезащитные очечки, сумочка на плече, туфельки в тон.

- Мама, а нам тоже ПИ&ДОВАТЬ надо?!

- Кхм, - я непроизвольно заливаюсь алым цветом во все лицо.

Она видя мое непонимание ситуации тут же поясняет:

- Ну, наша воспитательница нам всегда так говорит, когда кто-то нашкодничает... Пи&дуйте отсюдова, пока ВСЕ-Е-ЕМ не вломила.

Вот теперь ухахатывались все. И я, и родители "Вовочки", и персонал, и остальные покупатели. Хвала детским воспитателям, как говорится, за наш "здоровый" смех!